Страх Мудреца. Дилогия (ЛП) - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 301

Затем он встал на ноги в размытом движении, одеяло слетело с его плеч.

Он грубо схватил Хрониста за горло, зубы обнажились, глаза светились глубокой, непрерывной голубизной.

Хронист посмотрел ему прямо в глаза.

- Ктаэ установил все эти движения, - спокойно сказал он.

- Он знал, что ты нападешь на меня, и из этого выйдут страшные вещи.

Выражение ярости Баста стало жестче, его глаза расширились.

Напряжение ушло с его плечей, когда он отпустил горло Хрониста.

Он начал тонуть обратно в подушках дивана.

Хронист отдернул руку и ударил его еще раз.

Во всяком случае, звук был еще громче, чем раньше.

Баст оскалился еще раз, потом остановился.

Его глаза метнулись к Хронисту, затем в сторону.

- Ктаэ знает, что ты боишься его, - сказал Хронист.

- Он знает, что я хотел бы использовать это знание против тебя.

Он продолжает манипулировать тобой.

Если ты не нападешь на меня, то из этого выйдут ужасные вещи.

Баст замер, как будто парализовало на полпути между стоячим и сидячим положением.

- Ты слышишь меня? - сказал Хронист.

- Ты наконец проснулся?

Баст посмотрел на писца с выражением смешанного изумления.

Яркий красный след расцветал на его щеке.

Он кивнул, опускаясь медленно обратно на диван.

Хронист занес назад свою руку.

- Хочешь, я ударю тебя снова?

- Выбьешь десять цветов кишок из себя, - искренне сказал Баст.

Хронист кивнул и присел на его ложе.

- Я хочу, ради доказательства, признать, что Ктаэ знает будущее.

Это означает, что он может контролировать многие вещи. - Он поднял палец.

- Но не все.

От фруктов, которые ты ел сегодня, по-прежнему сладко во рту, не так ли?

Баст медленно кивнул.

Если Ктаэ такой вредоносный, как ты говоришь, он бы всячески мешал тебе.

Но он не может.

Он не мог удержать тебя от того, чтобы заставить твоего Реши смеяться этим утром.

Он не мог удержать тебя от наслаждения солнцем на лице и целования розовых щечек дочерей фермеров, не так ли?

Усмешка промелькнула на лице Баста.

- Я целовал намного больше этого, - сказал он.

- Это, - сказал Хронист, - моя точка зрения.

Он не может отравить все, что мы делаем.

Баст задумался, потом вздохнул.

- Ты прав в некотором смысле, - сказал он.

- Но только идиот сидит в горящем доме и думает, что все в порядке, потому что фрукт еще сладкий.

Хронист счел обязательным для себя оглядеть комнату.

- Таверна не похожа на объятую огнем вокруг меня.

Баст недоверчиво посмотрел на него.

- Весь мир подожжен, - сказал он.

- Раской свои глаза.

Хронист нахмурился.

- Даже игнорируя все остальное, - сказал он, набычившись.

- Фелуриан дала ему уйти.

Она знала, что он говорил с Ктаэ, безусловно, она бы не выпустила его в мир, если бы она каким-то образом не защитилась от его влияния.

Глаза Баста просияли при этой мысли, то почти сразу померкли.

Он покачал головой.

- Ты ищешь глубину в мелком потоке, - сказал он.

- Я не поспеваю за тобой, - потребовал Хронист.

- Какие возможные причины у нее были, что она смогла позволить ему уйти, если он действительно так опасен?

- Причина? - спросил Баст мрачно развлекающимся голосом.

- Нет причины.

Ей не нужны никакие причины.

Она отпустила его, поскольку он порадовал ее самолюбие.

Она хотела, чтобы он вышел в мир смертных и пел ей дифирамбы.

Рассказывал истории о ней.

Тосковал по ней.

Вот почему она отпустила его. - Он вздохнул.

- Я уже говорил тебе.

Мой народ не славится своими правильными решениями.

- Может быть, - сказал Хронист.

- Или, возможно, она просто признала тщетность попытки предугадать Ктаэ. - Он сделал небрежный жест.

- Если все, что ты собираешься делать это неправильно, ты мог бы также делать все, что захочешь.

Баст долгое время тихо сидел.

Затем он кивнул, сначала слабо, затем более решительно.

- Ты прав, - сказал он.

- Если все идет к печальному концу в любом случае, я должен делать то, что я хочу.

Баст оглядел комнату, потом вдруг вскочил на ноги.

После мгновения поиска, он обнаружил толстый плащ, смятый на полу.

Он энергично встряхнул его и обернул вокруг плеч, прежде чем отправиться к окну.

Затем он остановился, вернулся к дивану, и порылся в подушках, пока не нашел бутылку вина.

Хронист выглядел озадаченным.

- Что ты делаешь?

Ты собрался назад на поминки Шепа?

Баст остановился на обратном пути в окно, как будто почти удивился, увидев, что Хронист все еще стоял там.

- Я пошел по своим делам, - сказал он, заправляя бутылку вина себе под мышку.

Он открыл окно и вымахнул одну ногу на улицу.

- Не ждите рано.

***

Квоут быстро шагнул в свою комнату, закрыв за собой дверь.

Он двигался деловито.

Он вычистил холодный пепел из камина и установил новые поленья на свои места, затем вызвал огонь к жизни с помощью толстых спичек из красной серы.

Он принес второе одеяло и распростер его на своей узкой кровати.

Нахмурившись немного, он взял мятую бумажку, откуда она упала на пол и вернул ее на свой стол, где она лежала рядом с двумя другими смятыми простынями.

Затем, двигаясь почти неохотно, он пробрался к подножию кровати.

Глубоко вздохнув, он вытер руки о штаны и встал на колени перед темным сундуком, который стоял там.

Он положил обе руки на изогнутую крышку и закрыл глаза, как бы прислушиваясь к чему-то.

Его плечи двинулись, когда он потянул против крышки.

Ничего не случилось.

Квоут открыл свои глаза.

Его рот превратился в мрачную линию.

Его руки двинулись снова, вытаскивая сильнее, напрягаясь на долгое мгновение до отказа.

Без выражения, Квоут встал и подошел к окну, которое выходило на лес за таверной.

Он сдвинул ее и высунулся, протянув вниз обе руки.

Затем он выпрямился обратно внутрь, сжимая тонкую деревянную коробку.

Смахивая покрытие от пыли и паутины, он открыл коробку.

Внутри лежал ключ из темного железа и ключ из яркой меди.

Квоут встал на колени перед сундуком и снова вставил медный ключ в железный замок.

С медленной точностью он повернул его: налево, потом направо, потом снова налево, внимательно прислушиваясь к слабым щелчкам какого-то механизма внутри.

Затем он поднял железный ключ и вписал его в медную пластину.

Но этот ключ не обернулся.

Он сдвинул его глубоко в замок, пронес его на полпути, а затем толкнул его обратно, прежде чем сделать это свободно гладким, быстрым движением.

После замены ключей в коробке, он положил руки назад по бокам крышки в том же положении, как и раньше.

- Откройся, - сказал он себе под нос.

- Откройся, черт побери.

Эдро.

Он приподнялся, напрягая спину и плечи от своих усилий.

Крышка сундука не шелохнулась.

Квоут сделал долгий вздох и наклонился вперед, пока лоб не прижался к прохладному темному дереву.

Когда из него вышел воздух, плечи обвисли, оставив его выглядеть маленьким и раненым, страшно усталым и старше своих лет.

Выражение его лица, однако, не показало ни удивления, ни горя.

Это была всего лишь передышка.

Это было выражение человека, который, наконец, получил плохие новости, о которых ему было уже известно по пути.

Глава 152

Бузина.

Это была плохая ночь, что быть пойманным на открытом месте.

Облака наконец раскатились, как серый щит протянувшийся по небу.

Ветер был холодный и порывистый, с порывистым дождем, тяжело капавшим и дошедшим до исчезновения в мороси.

При всем этом, двое солдат расположились в зарослях у дороги, казалось, веселились.

Они обнаружили тайник дровосека и сделали свой огонь таким высоким и жарким, что случайный порыв дождь сделал немного больше, чем заставил его плюнуть и зашипеть.