Звёздный дар - Абердин Александр М. - Страница 16

Родион Давыдов расплылся в широкой улыбке и радостным голосом ответил:

— Не волнуйся, Дзао. Здоровье у этого парня отменное. Он вчера прошел медкомиссию и она признала его полностью годным для полёта в космос. Это действительно какой-то медведь, а не человек. В нём я уверен полностью. К тому же он полетит на «Благовесте» вместе со своим сыном, Даниилом. К моему удивлению маршал Свирский счёл этого паренька самым лучшим кандидатом в бортинженеры из всех возможных. Говорят, что этот парень настоящий гений в технике, хотя ему и исполнилось всего двадцать три года. Представляешь, Дзао, этот юноша знает, как устроены все ракетные двигатели не только у нас, но и у американцев. Специалисты из нашего центра управления полётами были просто поражены, когда стали задавать ему вопросы. Впрочем, это не удивительно, ведь этот парень заканчивает наш лучший авиационный институт.

Известие о том, что в космос полетят отец и сын, не явилось для Дзао Дзияна неожиданным. Он уже знал об этом решении маршала Свирского и даже знал о том, что этот юноше предложил установить на «Благовесте» какую-то совершенно уникальную систему навигации, равной которой не было в мире. Хотя это была всего лишь идея, высказанная Даниилом Медведем перед специалистами со стажем, никто из них даже не усомнился в том, что она может быть реализована. Наоборот, все сходились во мнении, что только с таким навигационным оборудованием «Благовест» сможет успешно долететь до «Звёздного дара».

Поговорив на берегу озера ещё полчаса, оба политических лидера отправились в небольшой уютный отель, чтобы там приступить к дальнейшим переговорам. Начиная с раннего утра над текстом секретного договора трудились десятки специалистов. Это был не просто очередной документ, декларирующий благие намерения, а договор, которому было суждено внести в политическую жизнь планеты совершенно новые реалии, радикально изменить всю её дальнейшую жизнь.

Главным достоинством этого документа было то, что он устанавливал новые порядки на планете Земля и вводил такое понятие, как мировое правительство. Создать его предстояло не сейчас, а только после того, как земляне смогут принять «Звёздный дар» и обрести новые знания и технологии. По мнению политологов из семи стран, принимавших участие в этой работе, в том числе и израильских, человечеству было пора задуматься о том, что оно должно измениться в целом, а отдельным народам следовало принять, как должное, новые общественно-политические доктрины и институты власти.

Земле, отныне, предстояло стать столичной планетой галактического сообщества людей. Таким странам, как Индия и Китай, предлагалось максимально разгрузить планету и отправить к новым мирам сотни миллионов своих граждан, чтобы там, в далёком космосе, на новых мирах создать планетарные цивилизации. Принятие «Звёздного дара» обещало продлить жизнь человека как минимум на четыреста лет только за счет терапевтической медицины и новых, совершенно неведомых человеку, медицинских препаратов. Это грозило демографическим взрывом колоссальной силы.

Даже по самым скромным подсчетам уже спустя пятьдесят лет количество людей в галактике Млечный Путь могло вырасти до сорока миллиардов человек. Планет же, пригодных для колонизации, диарцы, во время своего пребывание в нашей галактике обнаружили более сотни. Это если считать те миры, которые почти полностью повторяли Землю по своим физическим параметрам и подходили по биологическим. Так что с прошлым нужно было прощаться быстро и основательно.

Поэтому в секретном договоре, который должен был быть заключен между Россией и Китаем говорилось о том, что время сверхдержав и взаимного противостояния должно уйти в прошлое. Подобно тому, как объединилась Европа, должен был объединиться и весь остальной мир, но не с той целью, чтобы одни народы жили и процветали за счёт других, а лишь с целью всеобщего процветания. Поэтому такое понятие, как «золотой миллиард» должно быть отвергнуто навсегда. Обе страны, Россия и Китай, выступившие инициаторами создания нового миропорядка, а также ещё пять государств, которые были готовы присоединиться к ним, договаривались о том, как объединить всех людей Земли не вокруг какой-то идеологии, а просто сделать их обитателями одного дома, которые стремятся жить в обстановке мира и добрососедства.

Отсюда происходили такие статьи договора, которые ограничивали доступ к новым технологиям всяких одиозных режимов и отдельных правителей. Уже одно то, что вскоре должен был уйти в отставку северокорейский лидер и произойти объединение Севера и Юга, могло послужить сигналом для всех остальных политических деятелей подобного пошиба. Ирану, если, конечно, над ним не смилостивятся американцы, не только не светило отправить своих граждан в космос, но и получить новые технологии до тех пор, пока в этой стране не произойдет масштабная секуляризация и она не станет светским государством, граждане которых получат всю полноту гражданских прав.

То же самое касалось еще целого ряда мусульманских стран в Азии и Африке, ведь что ни говори, а надев на себя чадру, женщина не сможет облачиться в скафандр.

Китай же в свою очередь, обещал добровольно ввести политические свободы для своих граждан, но они, похоже, вскоре и не понадобятся, так как все государства должны были вскоре исчезнуть с политической карты планеты и Земля должна была стать единой планетой без каких-либо границ. Это было обязательным условием договора, технический прогресс взамен границ.

Два политика, русский и китайский, поставили перед некоторыми президентами, которые прилетели к берегам Байкала накануне, строгое условие — или мы все объединяемся, или вы сидите в своих собственных государствах хоть до позеленения, но тогда ни космических кораблей, ни новых технологий вам не видать, как собственных ушей. Первым на этот призыв откликнулся израильский премьер-министр, да, и японский тоже не стал долго раздумывать, ну, а уж правительство Индии такая постановка вопроса и вовсе только радовала. Имея население в миллиард с хвостиком, да, ещё целую кучу проблем с этим связанных, устоять против соблазна отправить три четверти лишних людей на другие планеты было трудно.

Все это послужило тому, что на берег Байкала прилетело пятеро политических лидеров, избранных в своих странах на высший государственный пост. В Россию все они прилетели не только инкогнито, но и переодевшись в обычных любителей рыбной ловли, хотя единственным рыбаком среди них был Осами Ивадзума. Правда, опасаясь быть узнанным телерепортёрами, он всё утро просидел в отеле дожидаясь того часа, когда инициаторы этой встречи вволю наговорятся. Для этого семидесятишестилетнего политика всё и так было ясно — зачем ждать приглашения от американцев, когда это уже сделали китайцы, предложив послать в Россию десять лучших пилотов.

Раньше премьера Ивадзумы успел отреагировать только израильский премьер-министр Натан Вейсман. Он вылетел в Москву тотчас, да, к тому же не на пассажирском авиалайнере, а на боевом самолете в сопровождении целой эскадрильи, пилотируемой лучшими израильскими летчиками. Говорят, что все они уже прошли медкомиссию и приступили к тренировкам. Подумав об этом, Осами невольно вздохнул и подумал про себя: — «Хорошо евреям. Они почти все знают русский язык и им будет легко готовиться к полёту в космос». Тут он несколько заблуждался. В отряде космонавтов, возглавляемом маршалом Свирским, очень многие знали английский язык и потому японским лётчиками не составит особого труда общаться с российскими инструкторами. Осами, сидевший в кресле неподвижный, словно Будда, собравшийся на рыбалку, обвёл всех своих коллег взглядом. Кроме него, израильского и индийского премьер-министров, в эту глушь прилетели ещё президенты Индонезии и Южной Кореи. Увы, но северокорейскому диктатору, которому Китай пригрозил физическим устранением в том случае, если он не уйдёт с политической арены добровольно, места здесь не нашлось. Зато его южного соседа уже поздравляли с объединением страны. Увидев через окно, что репортеров повели куда-то вдоль берега озера, японский премьер-министр негромко сказал: