Психоисторический кризис - Кингсбери Дональд - Страница 106

Не отвечая на взгляд своей гостьи, гиперлорд смотрел сквозь нее, как бы проверяя, достаточно ли она невидима.

Отария, в свою очередь, наблюдала за своим старым соблазнителем с растущим нетерпением. Этот ненормальный бессмысленно таращился куда-то сквозь нее, даже не отреагировав на сообщение. Она решила не стесняться и повторить:

— Я сказала, что нашла человека. И этот человек, — в ее голосе зазвучали металлические нотки, — психоисторик!

Раздражение гиперлорда мгновенно сменилось тревогой — психоисторики опасней, чем вся полиция Братства! Его пам тут же переключился в чрезвычайный режим, деловито снабжая мозг сведениями, необходимыми для надлежащего допроса девчонки.

— Мы никогда не имеем дела с психоисториками, — сурово произнес Джама.

— Постой, не спеши! Может, это и в самом деле надменная элита, ограниченная в своих устремлениях, но ты не можешь отрицать, что до сих пор они правили Галактикой абсолютно честно.

— Они хотят убедить нас в этом, — криво усмехнулся лорд. — В их распоряжении масса средств, чтобы ловко лгать, а потом заметать следы.

— Кикажу…

— Я понимаю твои сомнения. — Ни он, ни ее мать никогда не рассказывали ей про Зурнл. Никогда не следует доверять тем, кому меньше тридцати. — Ты думаешь, что я изворотливый старик, который разбрасывается голословными обвинениями, чтобы раздуть значение своего дела. Вот тебе лишь один небольшой эпизод — а я немало таких откопал за свою жизнь. Я загружу его прямо в твой Пам, и ты сама решишь, можно ли мне верить.

Джама подал знак рукой, и пока он бормотал команды, Отария вошла в режим приема данных. Ее паму потребовалось некоторое время, чтобы обработать информацию. Гиперлорд опустил кое-какие детали, но суть истории осталась прежней.

Давным-давно, в четвертом столетии эры Основателя, пятьдесят молодых психоисториков были принесены в жертву, чтобы скорректировать катастрофическое отклонение от Великого Плана. Все началось, когда Клоун Упрямый из Лакгана, первый из диктаторов Междуцарствия, заполучил в свои руки настраиваемый психозонд. Он был достаточно сообразителен, чтобы научиться подчинять с помощью нового устройства человеческие массы, что привело к изменению психологических законов взаимодействия людей в масштабах всей Галактики.

Скрытая организация психоисториков, которая продолжала контролировать выполнение Плана, укрывшись на полуразрушенном Светлом Разуме в бывшем Императорском университете, была вынуждена перейти к открытым действиям, чтобы вернуть ход истории в предначертанное русло. Но План требовал, чтобы сам контроль за его выполнением был тайным — даже для граждан Дальнего Мира, который был главным рычагом этого Плана. И чтобы вновь скрыться из виду и продолжать направлять историю, не давая никому отчета в своих действиях, психократы прибегли к хитроумной уловке, создав иллюзию самоуничтожения. В этом и состояла ложь. Пятьдесят молодых психоисториков — якобы все Братство — были отправлены в лагеря Дальнего и в конечном итоге приняли мученическую смерть.

Отария высокомерно поджала губы.

— Я никогда не слышала о столь предосудительном инциденте. Это попахивает исторической фальсификацией. Но очернение репутации галактического руководства вряд ли поможет общему делу. У нашей милой элиты и так достаточно пороков и не стоит опускаться до того, чтобы приписывать ей еще и новые смертные грехи. Самое надежное оружие — правда.

Джама закатил глаза, и свет заметался по комнате.

— Я и сам так подумал, когда двадцать лет назад до меня впервые дошли слухи об этой истории. Однако уж больно правдоподобными оказываются некоторые детали! Помнишь, как давным-давно, когда ты была еще совсем маленькая, твоя мать взяла отпуск и довольно надолго уехала со Светлого Разума? Вот тогда мы с ней и нашли захоронения этих героических жертв — в жуткой дыре под названием Зурнл на периферии Галактики. Конечно, все следы были тщательно уничтожены, но современные археологические методы многое позволяют сделать. У меня есть специальная группа, которая работает над дешифровкой того, что я нашел там, в заброшенной шахте. Может, ты помнишь моего друга Хиранимуса Скоджила? Он бывает здесь время от времени. И свидетельства продолжают поступать — по мере дешифровки. Всего лишь двенадцать вахт назад…

Он осекся. Нет, об этом нельзя.

— Я хорошо помню Хиранимуса Скоджила. Он был с тобой, когда моя мать уезжала?

Джама оставил вопрос без ответа.

— Моя главная надежда — что наша маленькая группа сумеет воссоздать психоисторию. Глянь-ка на математическое приложение в конце моего послания!

— В математике я кое-что смыслю, но твои уравнения прочесть не могу. Даже специальные расширения пама ничего не дают.

— Могу объяснить. Это психоисторические уравнения, которые как раз и поясняют, почему отклонение от Плана может быть скорректировано с помощью широкомасштабной лжи, включающей смерть пятидесяти молодых ученых. Уравнения, которые взяли из Великого Плана еще в четвертом столетии эры Основателя.

— Чушь! Психократы защищают свои священные уравнения кодом, который нельзя расколоть! И уж кто-кто, а ты никак не можешь иметь к нему доступа!

Джама расплылся в улыбке.

— И тем не менее. У меня нет психоисториков, которые могли бы написать такие уравнения или получить из них следствия, но мои кретины по крайней мере вполне профессионально могут их читать.

Отарию вдруг осенило.

— Ты что, все материалы получаешь от Скоджила?

— Но он берет их из мемуаров Мучеников, которые нашел я! Можешь мне поверить! И я нисколько не сомневаюсь, что этот фрагмент Великого Плана — подлинный. Любая ложь, даже самая ничтожная, когда-нибудь всплывает на поверхность. Психократы лгали нам в течение тысячелетий — это факт!

Его взгляд на мгновение осветил нефритовое яйцо в золотой чаше на подставке.

Взгляд Отарии на несколько секунд застыл, пока ее сознание в симбиозе с памом, перестав активно отвергать новые данные, модифицировало свою позицию. Враг, способный прибегнуть ко лжи, — совсем не то что честный противник. Наконец необходимый перерасчет был закончен. — Думаю, тебе все-таки стоит встретиться с моим психоисториком.

— Ты что, уже вступала с ним в контакт? — Джама был явно недоволен.

— Нет.

Забавно. Кикажу несколько переоценивал ее смелость.

— Так это он вышел на тебя?

На сей раз в словах гиперлорда прозвучал гнев.

— Да нет же! — Отарии приходилось защищаться. Ее губы презрительно скривились. — Послушайте, гиперлорд Джама, это я нашла его — он даже не подозревает о моем существовании. Я же не дура, в конце концов! С какой стати я буду раскрываться, зная, что поставлено на карту! Я помню все, чему меня учили. И помню кто! Вы вовлекли меня в свою жестокую игру, когда я была ребенком, почти младенцем, и ничего еще не смыслила. И можете не говорить, что психоисторики — самые опасные люди в империи, независимо от того, говорят они правду или лгут. Я это прекрасно знаю!

— Ну, ладно. — Джама улыбнулся. Яростная вспышка Отарии успокоила его. — Какой ранг у этого твоего математика?

— Седьмой.

— Тьфу! Он знает не больше, чем младенец в чреве матери! Какая может быть от него польза?

— Это необыкновенный человек. Единственный в своем роде.

— Что, хорош собой? Как он в постели?

— Ты полагаешь, я увлекаюсь простолюдинами? Отария саркастически усмехнулась. Лениво потянувшись в своем аэрокресле, она сдвинула набок свою розовую шляпу и бросила на старого лорда косой взгляд из-под полей. Сейчас она напоминала испорченного подростка. Взгляд Джамы ярко освещал ее, она же, игнорируя собеседника, вглядывалась в тени его миниатюрного садика.

Лорд внутренне напрягся. «Она дуется. Какого черта? Не стоило намекать на секс так быстро после того раза на прошлой неделе. Сейчас будет меня дразнить». И он не ошибся.

Отария сменила тему.

— Мне нравятся твои растения.

Она оттолкнулась от пола и с легким возгласом поплыла над зарослями папоротников прямо к ветвям причудливо искривленного дерева, достававшего вершиной до паутины оптических волокон, которые проводили розовый свет восходящей Империалис в мрачное убежище Джамы.