Пылкие слова - Уокен Джанин - Страница 18

— Два? Ночи? Ты с ума сошел?

— Ты забыла, что у нас с тобой был уговор?

— Какой уговор? О чем ты говоришь? Берт привычно сложил руки на груди.

— Я говорю о нашем соглашении. О том, что мы заключили с тобой вчера днем. Мы ударили по рукам и все такое. Помнишь об этом?

— В такое время я не помню даже, как меня зовут, не говоря уже о соглашениях. — Заметив простыню на полу возле кровати, Люси нагнулась и водворила ее на место. — Уходи, Чансей. Я слишком устала для подобной чепухи.

Он снова отбросил простыню, на этот раз на середину комнаты.

— Ничего подобного. Я помогу тебе ответить на один пункт твоего вопросника, а ты за это исследуешь остров вместе со мной. Если ты напряжешь немного мозги, то вспомнишь: ты делаешь без рассуждений то, что я скажу и когда скажу. Это тебе о чем-нибудь говорит?

Лишившись простыни, Люси опять свернулась клубочком посреди постели, зарывшись головой под подушку.

— Нет! — раздалось из-под нее. — Только не в два ночи! Зайди ко мне в шесть. А лучше — в семь. Возможно, к тому времени у меня прояснится память.

— Похоже, нужно применить иные средства убеждения. — Берт сдернул подушку и, легко подхватив девушку, поднял с постели.

У Люси перехватило дыхание, и она словно рыба стала хватать ртом воздух.

— Отпусти меня! Я не хочу никуда ехать среди ночи!

— В следующий раз убедись в том, что правильно поняла статьи договора. Там все было сказано. — Берт поставил ее на пол между собой и кроватью. — Но я буду милостив. Я позволю тебе выбрать между нормальной одеждой и шортами с майкой.

Только сейчас сообразив, во что одета, Люси с пронзительным вскриком бросилась к скомканной на полу простыне и замоталась в нее. Из шелкового кокона осталась торчать лишь голова.

— Пошел вон!

— Если ты настаиваешь. Но когда я вернусь, рассчитываю застать тебя одетой. — Берт направился в смежную спальню. — Даю тебе две минуты.

Он появился через минуту и пятьдесят секунд и явно расстроился, застав ее в белых джинсах и хлопчатобумажной кофточке, — шорты и майка испарились. Люси перед зеркалом завязывала волосы в конский хвост.

— Прекрасно. Ты готова. Люси обернулась к нему.

— Ты не напомнишь мне, в чем там дело? — спросила она в самой деловой манере.

Берт замер в дверном проеме, подавляя желание улыбнуться. Без косметики, одетая не в традиционные туфли на высоких каблуках и строгий костюм, Люси смотрелась шестнадцатилетней девчонкой.

— Мы идем обследовать остров. Как договорились.

Люси уперлась руками в бедра.

— Интересно, что здесь такого я могу увидеть только в два часа ночи? Не просветишь сейчас?

— Нет. Я пытался попробовать раньше, но луна к этому времени еще не всходит. — Берт помигал ей фонариком и повернулся, чтобы выйти. — Пошли.

К ее чести, спорить больше Люси не стала. Она надела кроссовки и пошла за ним следом. Берт провел ее через холл и небольшой кафетерий для обслуживающего персонала в кухню.

Здесь все сверкало, стол для готовки был вычищен до блеска, равно как и сковородки, висящие вдоль одной стены. Это означало, что шеф-повар Блу-Пайнтриз знал свое дело. Идеальная чистота, разнообразие и оригинальность блюд были его девизом.

Миновав кухню, Берт открыл дверь в небольшую кладовку. Одну из стен которой занимал большой встроенный стеллаж.

— Вот оно! — объявил Берт.

— Это все, что ты можешь мне показать в два часа ночи?

— Сарказм не идет тебе, Принцесса. И, кстати, мы могли предусмотреть это раньше. — Берт нашел небольшой выступ и, слегка нажав, отодвинул полки, открывая вход в тоннель.

— Не то впечатление. Потайные ходы хорошо смотрятся в полночь или на рассвете. Ты когда-нибудь такой видела? — спросил он, доставая второй фонарик из кармана и направляя луч в темноту.

Люси с раскрытым ртом смотрела в черную дыру, ее бархатистые глаза блестели от возбуждения. Если минуту назад она еще толком не проснулась, то сейчас все это прошло.

— Ух ты, — зачарованно прошептала Люси. — А куда он ведет?

— Идем, и я тебе покажу. — Он снова был хозяином положения. — Включи фонарик и смотри под ноги, когда будешь спускаться по лестнице.

В тоннеле пахло сыростью, малейший звук отражался от кирпичных стен и отдавался эхом. Берт показал фонариком.

— Этот ход ведет к океану и заканчивается под водой.

Люси подошла к нему и схватила за руку.

— Им пользовались контрабандисты? Берт усмехнулся:

— Уверен, что Доусоны никогда не были замешаны ни в чем предосудительном. Хотя ты сама можешь спросить об этом у Карен… Мы уже почти пришли, так что говори тише. Видишь ответвление. Этот ход оканчивается в сарае, примыкающем к конюшням.

Тоннель уперся в узкую массивную дверь, к которой вели каменные ступени. Берт дал знак молчать и открыл дверь. Через минуту они были в сарае. Через деревянную перегородку было слышно, как всхрапывают во сне лошади.

— Осторожнее, змеи, — шепотом предупредил он, когда они вышли наружу.

— Что? Ты шутишь, Берт?

Он не ответил, просто схватил ее за руку и обогнул бассейн, ведя через лужайку в направлении поля для гольфа.

— Не так быстро! — взмолилась Люси, едва поспевая за ним.

Берт удивленно приподнял бровь.

— Только не говори мне, что ты не в форме.

— Да. Именно так. Ты рад? — Она испуганно осеклась, заметив человека, появившегося из темноты.

— Добрый вечер, мэм. Это ты, Берт?

— Я же предупреждал тебя, что сегодня ночью собираюсь прогуляться, — ответил Берт, прижимая к себе Люси и успокаивающим движением проводя по ее волосам. — Дорогая, это — Лукас Мендоса, начальник службы безопасности. Он следит за тем, чтобы все в отеле чувствовали себя спокойно. Лукас, это — моя невеста, Люси Тальбот.

— Рад с вами познакомиться, мисс Тальбот, — сказал Лукас, касаясь полей своей шляпы. Он посмотрел на Берта: — Я приготовил снаряжение, которое ты просил, возле Старины Джо. Оставьте его там, когда закончите, а я позабочусь, чтобы его убрали на место.

— Спасибо, я очень тебе признателен.

— Всегда рад помочь.

Берт кивнул и, снова поймав Люси за руку, повел ее дальше.

— Кто такой Старина Джо?

— Не кто, а что. Старина Джо — это двухсотлетний дуб.

— И у него есть имя?

— Да, благодаря Карен. Когда она возвратилась на остров после урагана, часть поместья была разрушена, а деревья местами повалены. Но это дерево уцелело. Когда она увидела дуб, то воскликнула: «Ты такой же стойкий, как мой дед, Старина Джо!» С тех пор дерево так и прозвали.

— Просто дух захватывает, — прошептала Люси.

Берт указал рукой.

— Вот он.

Люси замерла в восхищении. Она никогда не видела такого огромного дуба. Дерево непоколебимо вырисовывалось на фоне ночного неба, с изогнутых ветвей свисал испанский мох. Сколько же видел Старина Джо! Его корни были так же глубоки и мощны, как семейные узы отцов-пилигримов, приплывших в Америку на «Мей-флауэр». Вот о таком замечательном наследстве она всегда мечтала.

Люси выжидательно посмотрела на Берта.

— Итак, зачем мы сюда пришли?

Он молча подошел к подножию дерева и поднял сумку со снаряжением для гольфа.

— Ты притащил меня сюда в два часа ночи, чтобы поиграть в гольф? — спросила Люси недоверчиво.

На его губах заиграла улыбка.

— А днем у тебя получится лучше? Конечно нет. И он, несомненно, знал это.

— Нет, — призналась она. — Не получится.

— Потому что ты боишься. Потому что это поле для мастеров, а ты ни разу в жизни не держала клюшку. Верно?

У Люси перехватило горло. Неужели она настолько понятна для него? Это огорчало. Ей не хотелось, чтобы Берт так легко читал ее мысли. И еще ей не хотелось, чтобы он нянчился с ней. Как можно сохранять нужную дистанцию, если он будет вести себя с ней подобным образом?

Что ж, покорно вздохнула Люси, два часа ночи годятся для урока игры в гольф, как и любое другое время.

— Это очень любезно с твоей стороны, Берт.