Будь моей мамой. Искалеченное детство - Гласс Кэти - Страница 48

— Джоди очень сильно травмирована, — заключила Салли, — и мои рекомендации абсолютно совпадают с точкой зрения доктора Берроуз.

В повисшей тишине Гейл записала что-то у себя, потом достала из папки документ и зачитала отчет из школы. На момент его составления Джоди посетила семьдесят два дня занятий, и мистер Вест основывал свои наблюдения как на способности Джоди к обучению, так и на ее опыте общения со сверстниками. На данный момент она усвоила алфавит и научилась считать до двадцати. У нее маленький словарный запас, но каждую неделю она разучивала по пять новых слов. Она не могла сосредотачиваться ни на чем в течение длительного времени. Заводить друзей ей непросто, во многом из-за вспыльчивого и странного характера. Результаты теста показали, что в вопросах чтения и письма она была развита на уровне четырехлетнего ребенка. Отчет Веста подытоживало его заключение:

«Обучение и социальное взаимодействие Джоди сильно ограничено ее прошлым опытом, на это нужно обратить внимание в первую очередь, без проведения надлежащих мер нельзя надеяться на серьезные достижения в обучении и адаптацию ребенка».

Гейл убрала отчет, и мое сердце забилось быстрее, потому что к докладу приступала доктор Берроуз. Она была последней выступающей, после ее рекомендаций Мэри проведет необходимые подсчеты, чтобы выделить средства на лечение Джоди, и ребенок начнет свой путь к выздоровлению. Оставалось надеяться, что сумма будет разумной. По моим ощущениям, девочке требовались сеансы психотерапии, не меньше двух часов в неделю.

Доктор Берроуз начала:

— Как вам известно, суд назначил меня проверить состояние Джоди в связи с заявлением о полной опеке. Изначально стоял вопрос определения возможности возвращения ребенка домой, но в свете новых фактов нам стало понятно, что это невозможно. Теперь моей задачей является определить текущее состояние ее психического здоровья… — Она приступила к медицинскому заключению о состоянии Джоди, основываясь на двух наших последних встречах. Присутствие доктора Берроуз и ее доклад показали, насколько серьезно все воспринимали случай Джоди. Ей полагалось только высказать свои заключения на финальном слушании, которое предстояло в будущем месяце, но она вышла за рамки своих обязанностей, чтобы сделать анализ раньше. То, что она наблюдала у Джоди, не могло не обеспокоить ее, и она уверяла, что требуется немедленно принимать какие-то действия, — потому она и присутствует здесь, невзирая на свой плотный график.

Я посмотрела на всех, сидящих за столом. Они подробно все записывали. Доклад доктора близился к завершению.

— Следовательно, я настаиваю на том, что Джоди требуется интенсивная, долгосрочная терапия у детского психотерапевта, который специализируется по вопросам жестокого обращения с детьми.

Слава богу! Теперь остался лишь финансовый вопрос.

— Терапию какого порядка вы бы рекомендовали? — спросила Гейл. Мэри придвинула калькулятор.

— У Джоди проблемы в обучении, — ответила доктор Берроуз. — Ее психическое развитие находится на уровне ребенка младшего возраста. Как результат, у нее не получается усваивать понятия и удерживать их в памяти. Ввиду этого, а также тяжелого ее состояния, я не думаю, что даже самая лучшая и серьезная помощь психотерапевта на обычных сеансах принесет результат. Для того чтобы наши действия возымели эффект, начинать следует немедленно и серьезно заниматься ребенком в дальнейшем. Так что лучшим решением будет поместить Джоди в клинику при специальном детском доме.

Услышав последние слова, я даже не сразу осознала их. В комнате воцарилась тишина, все бросили писать. Я чувствовала, как сердце бьется у самого горла, внутри все перевернулось. Джилл взяла меня за руку.

— Спасибо, доктор Берроуз, — сказала Гейл. — Вы нам очень помогли.

Все повернулись ко мне, а я смотрела вниз, в свой блокнот.

— Кэти, — позвала Салли. — Что вы думаете об этом? Я знаю, вы с Джоди очень сблизились.

Я подняла голову и сглотнула. Мой голос звучал неуверенно, и я изо всех сил старалась сдержать подступающие слезы.

— Это непросто. Я не ожидала. Я надеялась, что, когда Джоди начнет посещать сеансы психотерапии, мы все же будем видеть ее… — Я замолчала на мгновение. — Честно говоря, я чувствую, что все было впустую.

Салли посмотрела на доктора Берроуз, а та тихонько покачала головой.

— Я не думаю, что даже до нынешнего кризиса, — сказала она, — Джоди могла бы нормально жить в обычной семье. У нее глубокая травма, которая влияет на все сферы жизни девочки. Очень немногие смогли бы добиться от нее так много, и именно вам мы обязаны ее успехами.

Гейл, Салли и Джилл согласились с ней. Я уныло пожала плечами:

— Может быть, можно попробовать обычные сеансы у психотерапевта, скажем, на полгода?

Все взгляды снова обратились на доктора Берроуз. Она сочувственно смотрела на меня:

— Мне кажется, нет. Это не только не принесет результатов, но и ухудшит ее положение. Личность Джоди разрушается. Чем дольше мы будем медлить; тем более существенным окажется ущерб в дальнейшем.

Я молчала.

— На какой промежуток времени вы рассчитываете? — спросила Гейл.

— Если я обращусь туда прямо сейчас, ее положат в клинику в течение месяца.

Я вздрогнула.

— У вас есть что-то на примете? — продолжала Гейл.

Доктор полезла в портфель и вынула оттуда цветные проспекты, которые раздала всем нам:

— Это Хай Оукс. Его директор, доктор Рон Грэм, и его жена Бетти — практикующие детские психологи. Это очень уважаемые специалисты в своей области.

Джилл раскрыла одну брошюру, и я взглянула на первую страницу. Я ничего не могла видеть, кроме столбиков размытых слов вперемешку с изображениями радостных детей. Я попыталась сконцентрироваться.

Доктор продолжила:

— Хай Оукс существует уже двенадцать лет и заработал отличную репутацию. Расположен в замечательном старинном огромном доме на территории парка размером в акр, на окраине Кембриджшира. Грэмы живут поблизости, вместе с персоналом — опытными психотерапевтами. Детей обучают квалифицированные специалисты, которые приезжают на уроки утром. Они охватывают весь спектр школьных предметов. После обеда дети занимаются своими делами и проходят индивидуальную психотерапию. По выходным делают все то же, что и в обычных семьях: ходят в кино, в бассейн и так далее. Конечно, их оставляют на каникулы. У меня хорошие связи с этим заведением с момента его открытия, и там очень высокий процент успешных случаев. В конечном итоге девяносто процентов детей возвращаются в семьи. Но, конечно, это обойдется недешево.

— Сколько?

— Зависит от пакета услуг, но в случае Джоди выйдет около четырех тысяч фунтов в неделю. Я бы рекомендовала пока три года, но, конечно, при регулярных проверках.

Я посмотрела на Мэри — она что-то выбила на калькуляторе и показала результат Гейл. Та записала его в блокнот.

— Ей можно будет принимать посетителей? — спросила Джилл, понимая, что именно это спросила бы я, если бы могла нормально соображать.

— Конечно, — ответила доктор Берроуз. — Это даже необходимо. В случае если у ребенка нет семьи, в Хай Оукс ему подыщут кого-то для поддержки. Необходимо, чтобы ребенок не терял связь с внешним миром.

— Кэти, вы хотите поддерживать контакт? — спросила Салли.

— Да, конечно, — ответила я, не задумываясь.

— Мы должны обсудить это в суде, — сказала Гейл, — но если вы так советуете, скорее всего, вас поддержат. Еще что-нибудь?

Доктор Берроуз придвинулась к столу:

— Только благодарность Кэти за все, что она сделала, и предложение продолжить общение в дальнейшем.

И снова остальные согласились с ней и стали собирать свои бумаги. Все быстро разошлись, оставив нас с Джилл вдвоем. Я положила руки на стол и глубоко вздохнула:

— Как мне объяснить это Джоди? Она верила мне, а мне нужно сказать ей, что она уходит. Она подумает, что я отказываюсь от нее, как все остальные. Как это скажется на ее психике?