Выбери любимый жанр
Мир литературы

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Литературный портал Booksfinder.ru
Последние комментарии
Сергей2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге
Lynxlynx2018-11-27
Читать такие книги полезно для расширени
К книге
Leonika2016-11-07
Есть аналоги и покрасивее...
К книге
Важник2018-11-27
Какое-то смутное ощущение после прочтени
К книге
Aida2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге

Странные приключения Ионы Шекета. Часть 3 - Амнуэль Павел (Песах) Рафаэлович - Страница 1


1
Изменить размер шрифта:

Песах Амнуэль

Странные приключения Ионы Шекета

Часть третья. Иона Шекет — звездный разведчик

ГЕНЕТИЧЕСКИЙ ШПИОН

В жизни моей случались события, о которых я давно хотел рассказать, но не мог, поскольку давал в свое время честное слово не разглашать тайн, мне не принадлежавших. Честное слово, будучи произнесено вслух, накрепко впечатывается в память — получше иного постороннего внушения. И освободить себя от данного кому-то слова невозможно — вы наверняка знаете, как действует этот механизм самовнушения: только тот, кому вы дали слово, может произнести пароль и позволить вам не только вспоминать славные подвиги, но и рассказать о них читателям.

Теперь вы понимаете, почему я не мог раньше времени поведать ни об операции на Шурмаге-3, ни о расследовании на Идругасе-6, ни даже о деле Батры Подлого на Марсианском Сырте? Вчера, к моему удовольствию, истек тридцатилетний срок давности (да-да, столько уже лет прошло с того дня, когда я ушел из Внешней разведки, а с того времени, как я начал там работать, миновало аж сорок лет — срок немалый! ), и сам Офер Баркан сказал мне при личной встрече:

— Господин Шекет, вы свободны не только помнить, но и рассказывать. Красная сигма мерцает над оврагом сердца!

Не думайте, что Баркан спятил — он всего лишь произнес контрольную освобождающую фразу. Такие фразы всегда бессмысленны, ведь никто не должен даже случайно произнести в моем присутствии этого словосочетания!

Я вышел из кабинета руководителя Внешней разведки Соединенных Штатов Израиля и вынужден был присесть в кресло, стоявшее в холле: мне так хотелось немедленно рассказать кому угодно о своих приключениях на службе безопасности страны, что я готов был схватить за локоть любого посетителя и заставить его слушать. Но я взял себя в руки, вернулся домой и заявил компьютеру:

— Ты знаешь, что такое дело Батры Подлого? А об операции на Шурмаге-три слышал? Нет? Естественно! Так вот, записывай и, главное, не забывай исправлять ошибки, а то я буду торопиться и потому время от времени употреблять слова, не всегда соответствующие смыслу. Понятно?

— Нет, — бодро отозвался компьютер. — Приступим, я готов.

Так с ним всегда — он готов выполнять любое мое распоряжение, совершенно порой не понимая, чего я, собственно, хочу.

— Итак, — начал я, — в две тысячи сорок третьем года меня вызвали в Агентурный отдел Внешней разведки Соединенных Штатов Израиля. Мой десятилетний контракт со Зман-патрулем недавно закончился, и я не то чтобы искал работу, но присматривался к возможным вариантам собственного будущего. Был я тогда молод, мне исполнилось тридцать два, и, к тому же, женат на Далии — историю нашей женитьбы я уже рассказывал, как и историю нашего расставания, произошедшего в космосе много лет спустя. Далия, продолжавшая служить в Зман-патруле, оставляла меня, уходя в прошлое на боевые задания, и я не знал, чем себя занять, поэтому приглашение в Агентурный отдел оказалось как нельзя кстати. Впрочем, получив дискет-уведомление, я, как сейчас помню, был озадачен. Неужели разведчики недовольны моими действиями в недавнем прошлом — к примеру, тем обстоятельством, что я лично оккупировал Вашингтон, и это не понравилось тем, кто в Иерусалиме творил внешнюю политику наших Соединенных Штатов? А вдруг я совершил настолько серьезный проступок, что меня посадят в тюрьму?

Обуреваемый сомнениями, я прибыл в назначенное время в офис Агентурного отдела — шарообразное здание, висевшее над набережной Яркон на высоте трехсот метров. С нижнего уровня меня проводили на верхний, а там меня встретил майор Лившиц, ныне известный политический деятель, а в те давние годы начальник Агентурного отдела Службы внешней разведки.

— Шекет, — сказал он, — мы внимательно следим за вашей карьерой. Ваша служба в Зман-патруле нас заинтересовала. Мы знаем, что сейчас вы ищете такую работу, где ваши таланты могли бы проявиться наиболее эффектным образом. Так вот, есть предложение. Нам нужен агент на планете Рувдан-4.

— С проживанием? — уточнил я. — Или наездами?

— Как получится, — пожал плечами майор. — Сейчас, пока вы не дали честного слова не раскрывать наших секретов, я, естественно, ничего вам сказать не могу.

— А если я дам честное слово, — задумчиво произнес я, — то мне придется соглашаться на ваши условия…

— Конечно, — кивнул майор. — Но таковы правила игры. Безопасность Соединенных Штатов Израиля превыше всего. Итак?

— Согласен, — сказал я.

Так я стал агентом внешней разведки и оставался им на протяжении десяти лет, о чем ни разу не пожалел, несмотря на то, что обязан был столько времени держать язык за зубами.

Точнее говоря, агентом я, конечно, стал далеко не сразу, но обучение все же оказалось не слишком долгим — помогла тренировка, полученная в Зман-патруле. В один прекрасный день (день действительно был прекрасным — сентябрь, ясно, тепло, сезон туризма со всех планет Системы) майор Лившиц вызвал меня опять в свой кабинет и сказал:

— Итак, Шекет, завтра вы полетите на Рувдан-4. Ваша задача: активизировать агента. Вы отправитесь под своим именем как турист, между Землей и Рувданом налаженный туристический обмен. Вы найдете аборигена по имени Четвертый-Сир-банклат, ему сейчас должно быть семнадцать лет, и активизируете его как агента Соединенных Штатов Израиля.

— Такой молодой, и уже агент… — пробормотал я.

— Он был агентом, еще не родившись, — улыбнулся майор и, увидев на моем лице недоверие, приступил к объяснению.

— Видите ли, Шекет, аборигены Рувдана-4 чрезвычайно недоверчивы. Инопланетян они допускают лишь в отдаленные от густо населенных городов районы планеты, именно там находятся туристические кемпинги. Что делается в городах и особенно на военных предприятиях, не знает никто. Вы же видели изображения рувданцев — это трехрукие и трехногие создания. Наш агент может быть только рувданцем — это очевидно. Но очевидно и то, что купить рувданца невозможно — они по природе своей неподкупны, как бы это странно ни звучало для человеческого слуха. Идейных причин для предательства у рувданцев тоже нет. А информация нам была необходима как воздух! И ситуация казалась совершенно тупиковой, пока два десятилетия назад наш научно-технический отдел не предложил кардинальное решение. Решение было просто и гениально. Агента-рувданца выращивают, заложив в его гены нужную нам информацию.

— Хм, — не выдержал я. — Это, по-вашему, просто и гениально? Чтобы произвести операцию, рувданца нужно похитить, а взрослые особи, к тому же, наверняка плохо поддаются генетической…

— Вы не дослушали, Шекет, — холодно сказал майор Лившиц. — Я сказал: агента выращивают. Вы, вероятно, знаете, что, как и люди, рувданцы — существа двуполые. И в туристических кемпингах работают преимущественно женщины. Так вот, наши военные генетики научились воздействовать на организм женщины-рувданки в первые дни беременности. Это… гм… впрочем, вам ни к чему знать детали. Важен факт — в гены еще не рожденного младенца впечатывается информация о Земле и о том, какие именно сведения необходимы земной разведке. А также пароли, связи и все прочее. Рувданец рождается, не подозревая о том, что уже является нашим агентом. Когда организм достигает зрелости — то есть, в возрасте пятнадцати-шестнадцати лет, — рувданец начинает размышлять о смысле жизни и осознает этот смысл в служении Земле и Соединенным Штатам Израиля. Более того, если именно в это время не появится земной связник, агент-рувданец сам приступит к выполнению задания: отыщет военный объект, устроится на работу, накопит информацию… А потом поедет отдыхать на курорт… Вы меня понимаете?

— Да, — кивнул я. — А как же неподкупность? Не страдает ли от этого психика агента?

— Страдает, конечно, — согласился майор. — Агент-рувданец обычно доживает до двадцати и кончает с собой из-за острого душевного кризиса. Наши генетики сейчас работают над этой проблемой — ведь мы каждый год теряем перспективных агентов, а рувданская контрразведка в конце концов обратит внимание на аномально высокий процент самоубийств среди молодежи! Но пока приходится пользоваться тем, что есть. Итак, ваше первое задание, Шекет: активация агента Четвертого-Сир-банклата.