Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Клэр Кассандра - Страница 493

— Я думаю, он захотел бы увидеть моего отца, — перебил её Драко.

— Что?!

— Сегодня я был в кабинете моего отца, и его секретарь расспрашивал меня вдвое больше обычного. Думаю, это случилось потому, что он принял меня за кого-то другого. Конечно, можно предположить, что прорва белокурых тинейджеров часами валандается у кабинета моего отца, но, подозреваю, что подобный сценарий маловероятен. Похоже, он принял меня за…

— Тома, — дрожащим голосом закончила Джинни. — Но почему ты решил, что он должен встретиться с твоим отцом?

— Они знакомы со школы. Были друзьями. Может, он рассчитывал на помощь. Может, ему нужен партнёр для гольфа. Откуда ж мне знать, — Драко пожал плечами. — А на письменном столея нашёл вот это, — из пламени показалась рука с зажатым между пальцами клочком пергамента. — Это почерк не моего отца.

Едва Джинни взяла и собралась развернуть его, как дверь в кухню распахнулась, и показалась Блез. Подбоченясь, она с самым скептическим видом стояла в дверях.

— Так-так… Блэк и Люпин послали меня взглянуть, что ты тут делаешь, Джинни. Мне даже в голову не пришло, что я прерываю очередную метаморфозу вашего прелюбопытнейшего любовного треугольника.

— Тогда уж, скорее, квадрата, — поразмышляв, уточнил Драко и ухмыльнулся Джинни. — Что — не согласна?

— Ну, что ж, у Гарри с Роном, и правда, порочная связь, — сообщила Джинни.

Драко позеленел:

— Джинни, я только что поел!

— Хм, пожалуй, Рона нельзя назвать непривлекательным, — задумчиво заметила Блез. — Есть в нём какое-то… долговязое обаяние.

— А я-то думал, вы сцепитесь друг с другом, — безутешно вздохнул Драко. — А вы, вместо этого, взяли и объединились.

— Мы уже подрались, — сообщила Блез. — Ты всё проворонил.

— Что-то вы подозрительно целые и невредимые, — слизеринец переводил взгляд с одной девушки на другую.

— Что поделать — нам пришлось переодеться после того, как Блез порвала мою блузку, — нежно ответила Джинни. — Она использует запрещённые приёмы.

— И это заявляет девица, считающая шлепки приемлемым способом защиты, — изучая свои ногти, прокомментировала Блез.

— А, вы хотите, чтобы мне было больно, да? — огорчился Драко.

— Именно, — хихикнула Джинни. — Но ты это заслужил. Ей-богу, нам стоило бы побить тебя.

— Мы обменялись парой колкостей, — сообщила Блез и сладко улыбнулась. — Но разрешили наши разногласия мирным путём.

— И всё?!

— Это к вопросу о женских драках — так выясняют отношения девушки, — пояснила Джинни.

— Вот чёрт, — вздохнул Драко, — так разрушаются прекрасные детские мечты.

— О да, реальность жестока, — Блез положила руку на ручку. — Джинни, я передам, что ты занята. Драко… — её голос стал звонким и отрывистым, — была рада видеть тебя целым и невредимым, — она повернулась, собравшись уйти.

— Блез…

Слизеринка медленно развернулась и в упор взглянула на него. Их с Драко взгляды скрестились. У Джинни перехватило дыхание: этот взгляд был ей знаком. Сейчас он думал только о Блез, она читала это в его глазах.

— Спасибо, Блез. Я не был уверен, что ты сделаешь это.

Слизеринка не отвела взгляд:

— Я тоже. Думаю, ты был прав. Я такая же, как ты.

Развернувшись, она вышла. Цоканье её каблучков затихло. Драко задумчиво смотрел ей вслед.

— Да, вот это девица…

— Мне она нравится, — Джинни даже не сразу сообразила, что произнесла это вслух. И что это было правдой.

— И мне, — Драко снова повернулся к гриффиндорке. — У меня есть ещё кое-что для тебя. Чуть не забыл.

— Что?

— Вторая половинка твоего сердца, — она смотрела с недоумением, как он что-то протягивает ей на ладони. Это была половинка заклинания в виде сердечка. — Я её нашел, но не спрашивай, пожалуйста, где, — я не скажу.

— Ладно, — поколебавшись, кивнула Джинни. Слово «пожалуйста» не так часто можно было услышать от Драко. — Тогда сделай для меня кое-что.

— Договорились, — теперь, когда он поднял к ней взгляд, яркое пламя осветило его лицо и бросило на скулы тени от ресниц. — Что именно?

— Оставь это себе.

Он стиснул кулак.

— Но это же твоё…

— Нет. Возможно, когда-нибудь…

Он прикусил губу и, чуть наклонив голову, взглянул мимо Джинни.

— Я не могу.

Огонь вокруг него поблек, став бледно-жёлтым, и Джинни знала, что Драко вот-вот исчезнет.

— Меня зовёт Гермиона, — его голос звучал откуда-то издалека. — Мне пора.

— Пожалуйста, будь осторожен. Не позволяй Гарри уговорить тебя на какую-нибудь глупость.

— Мило, что ты беспокоишься, — её слова позабавили его.

— Я беспокоюсь. Я люблю тебя, — произнесла Джинни прежде, чем успела осознать, что именно она сказала.

Он резко вскинул голову и уставился на неё с выражением абсолютного потрясения на лице. Она встретила его взгляд. Ей казалось, что потребуется немало усилий, чтобы не измениться в лице — ничего подобного, она чувствовала себя совершенно спокойной. Она сказала. Пусть делает, что хочет. Хотя, по правде говоря, он должен был знать — как иначе?

—  Почему?.. — да, это было совсем не то слово, какое она ожидала услышать, но в этот миг пламя снова изменило цвет, став синим и сразу же — зелёным, и Драко исчез. Девушка даже не была уверена, рада она или нет, что не успела ответить на его вопрос. В конце концов, если он захочет поговорить, он знает, как и где её найти.

В руке она всё ещё сжимала клочок пергамента и, едва развернув его, почувствовала, как заколотилось сердце в груди: как ни странно, Драко оказался прав. Это была рука Тома: его «р» с завитушкой, и тщательно выведенные «а» и «о» — " мой сиротский алфавит", — как смеялся он, издеваясь над своими каракулями. Это был список — Том во всём любил порядок. Список имён: Таддеуш Нотт, Элефтерия Парпис, Чарльз Трэверс, Линтон Эйвери.

Джинни тупо уставилась на список — имена ей ничего не говорили. Пожав плечами, она сунула пергамент в карман, встала на ноги и направилась обратно в гостиную.

Последние тёмно-красные блики заката уходили с темнеющего, чернеющего неба (затянутого тяжёлыми облаками, готовыми, как подозревал и почти ожидал Гарри, вот-вот пролиться дождём), когда Гарри почти бегом завернул за угол улицы, где стоял дом Виктора. Он несколько раз ошибался поворотом, попадая в незнакомые переулки, подвернул ногу, потеряв ещё несколько минут. Но причина была не в этом: заклинание Указуйпоказывало, в конце концов, только направление на север, что никак не помогало Гарри. Чертыхаясь сквозь зубы, он потуже закутался в плащ, и в этот миг пустынный тротуар залил свет разом вспыхнувших фонарей. Дом Виктора легко можно было узнать по яркому фасаду и по остроконечному окошку гостиной. В ней горел свет — похоже, он забыл сказать «nox» перед выходом. Да, как бы тут не позабыть своё собственное имя… Хотя… Виктор, вроде, что-то говорил, что дом обслуживает команда домовиков. Может быть…

В этот миг он заметил несколько человек в мантиях. Он даже не сразу понял, сколько их, но тут же почувствовал, что они заметили его, и намерения у них отнюдь не дружественные. Ему даже в голову не пришло развернуться и пойти прочь — нашарив под плащом рукоять гриффиндорского меча, он двинулся вперёд. И вот, дверь уже близко.

Неужели? — Гарри уже подумал, что ошибся насчёт их недружелюбных намерений, когда одна из фигур — высокая, в чёрной мантии, вдруг вышла вперёд и преградила ему дорогу. Мужчина с абсолютно белым лицом и длинными чёрными волосами. Чёрная мантия, прихваченная булавкой, сделанной из человеческой кости. Глубоко посаженные чёрные глаза вспыхнули дьявольским светом, когда он заулыбался, продемонстрировав два клыка, острых, как кинжалы.

— Так-так… — он чуть пришепётывал, — неужто знаменитый Гарри Поттер? Вот так сюрприз.

После того, как Драко, хлопнув дверью, вылетел из спальни, Гермиона вдруг осознала, что ей не во что переодеться. Флёр пообещала, что проследит за пересылкой вещей с Диагон-Аллеи на квартиру к Виктору, но до тех пор Гермионе предстояло страдать: после полёта через камин она была в золе и грязи, а благодаря Виктору и Драко, вдобавок, пахла сигаретами. Вздохнув, она расстегнула и скинула блузку и натянула старую футболку Гарри. Гермиона просто обожала её: подаренная Роном, когда им всем было по пятнадцать и совсем не подходящая Гарри по цвету (бледно-коричневая с чёрными буквами), но Гарри безропотно носил её, и ткань на ощупь стала тонкой и удивительно мягкой. И пахла Гарри. Который должен был появиться с минуты на минуту. Прежде чем выйти в коридор, Гермиона оценивающе взглянула на себя в зеркало. Как она и думала, косы растрепались, а потому она просто расплела их, попыталась руками устранить путаницу на голове и отправилась искать Драко.