Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Клэр Кассандра - Страница 559

— Знаешь, это очень даже удачно: как раз тебя я и искала. Ну, и Гарета тоже.

— И Гарета? — Бен примостился на край стола. — Уверен, он вот-вот заявится. Просто ему, чтобы продрать глаза, нужно время.

Джинни привалилась к соседнему длинному столу:

— Ты вообще где, Бен?

— Я-то? Благодарствую — порядок, — он умолк. Пару раз хлопнул глазами — дошло: — Что значит «где»? Я — в моём собственном времени, Джинни, ты ж вроде установила год на Хроновороте, али как?

— Установила, но… Бен, ну, раз ты меня узнал, значит, мы уже встречались, и ты наверняка уже тоже путешествовал в будущее, приведя свою армию и… Кстати, что с ней случилось?

— Расскажу при случае, — отмахнулся он. — Теперь-то ты зачем явилась?

Джинни покосилась в его сторону:

— Скажи, ты уже заглядывал ко мне домой — просто так, повидаться? Где-то день на пятый после наступления 1996 года?

— Нет, — встрепенулся он. — А зачем?

— Да, в общем-то, ни за чем…

— А забавно звучит — «назад в будущее»… — заметил он, продираясь пятернёй сквозь непослушные лохмы, ужасно напоминающие шевелюру Гарри. — О, а вот и Гарет.

Джинни, которая, в отличие от Бена, не услышала ровным счётом ничего, удивлённо вскинула глаза, и через миг дверь действительно отворилась, пропуская в библиотеку столь же растрёпанного Наследника Слизерина, замотанного в шокирующе лиловую мантию. Один взгляд в её сторону — и он застонал:

— Снова ты?!

Джинни нахмурилась:

— Интересно, а если я скажу, что там, в будущем, ты от меня без ума, это что-нибудь изменит?

— Угу, так я тебе и поверил, — хмурый, он сел на стол рядом с Беном. — Так что же тебе надобно, Джинни? Только не говори, что снова войско — мы отправили к тебе всех, кто у нас был…

— А кто сказал, будто мне что-то понадобилось? — оскорбилась Джинни. — Может, я заглянула просто поболтать о том о сём.

— Да неужто? — приподнял бровь Гарет.

— Ладно, — сдалась она. — Мне нужен твой браслет.

— Мой… что?

— Красный браслет, который ты носишь на запястье… Ну или же носил — он сейчас у тебя?

Гарет покосился на Бена — тот в ответ пожал плечами — и со вздохом закатал левый рукав. Запястье опоясывал рунический браслет, сделанный словно из красного стекла, тускло светящегося изнутри.

— И сейчас, и всегда. Я его с детства ношу, — поведал Гарет.

Джинни прикусила губу:

— Я… я у тебя его возьму?..

Бен подавился смешком:

— Что-что? Возьмёшь?! Джинни, да на этой штуковине такие защитные чары — мало не покажется! Или ты забыла, что Слизерин собственноручно смастерил его для защиты своего отпрыска? Есть у меня подозрение, что и Гарет ни на что подобное не согласится.

— Это важно, — упрямо повторила Джинни. — Он может спасти жизнь Драко.

— Чью-чью? — нахмурился Гарет.

— Наследника Слизерина в её времени, — пояснил Бен. — Боюсь, Джинни, тебе придётся объяснить поподробней.

Что ж — Джинни объяснила, изложив и про рунический браслет, впервые явившийся в чаду мрачных пророчеств, и про то, как позже его вручили Гарри, и об отравлении Драко, и том, как Гарри с помощью браслета уцелел… И что Драко лежит при смерти, а, по словам его отца, спасение принесёт лишь кровь серебристого дракона. Она как раз начала говорить о том, что руна на браслете похожа на руну, означающую «серебристый дракон», как Гарет её прервал:

— Мне ясно, к чему всё клонится, — по голосу явно чувствовалось, насколько ему сейчас неловко. — Однако я не могу отдать браслет, Джинни.

Она с трудом удержала возмущённое «Но почему?!».

— Тогда… Тогда не могли бы вы отвести меня к серебристому дракону? Люциус говорил, будто они водились тысячу лет назад — получается, это сейчас, да?

Гарет с Беном обменялись долгими беспомощными взглядами.

— Нет никаких серебристых драконов, — наконец признался Бен. — Слизерин всех истребил — сам породил, сам и убил, как говорится… Это было давно — я ещё пешком под стол ходил. Даже хельгин Хроноворот не перенесёт тебя в то время, ведь он был создан уже после их исчезновения…

— В таком случае мне нужен браслет, — по-новой завела Джинни, — ну же, прошу вас! Я всё понимаю — он для тебя важен, его сделал тебе отец, но… — она осеклась, внезапно почувствовав себя маленькой дурочкой, взывающей к двум древним магам (хорошо, не очень-то и древним в настоящий момент) с надеждой выклянчить у них браслет, способный (а может, и не способный) спасти её парня (а может, и не её парня).

Господи, какой же идиоткой она выставляет себя в их глазах…

Почему-то сразу представилось разочарование на лице Блез, когда придётся вернуться обратно с пустыми руками.

— Я не могу отдать его, потому что снять браслет можно лишь когда я умру. Он так заколдован. Я жутко извиняюсь.

Он действительно извинялся.

— А в нём правда есть кровь серебристого дракона? — ненавидя себя за назойливость, пискнула Джинни.

— Да, — кивнул Гарет. — И если речь действительно о катаплазме…

— Катаплазме? — переспросила Джинни.

— О яде, — уточнил Гарет. — Похоже, без батюшки тут не обошлось, а то, что создавал он, отличалось печально известной стойкостью к противоядиям, — он тряхнул головой. — Впрочем, что теперь говорить… Мне очень жаль…

…Слышала уже, — подумала Джинни, но, утонув в захлестнувшем её отчаянии, не произнесла ни слова.

— Мне тоже ужасно жаль, что ты без толку проделала такой путь, — соскакивая со стола, подхватил Бен, — тебе Укрепляющего Зелья не дать? А то ты как-то бледновата.

Джинни тупо кивнула, даже не увидев, как встрёпанной тенью вышел он вон; пред глазами сейчас находился только Драко — лежал в лазарете на кровати высеченной из слоновой кости статуей, такой бесцветный, словно жизнь уже покинула его…

— Джинни.

Это был меряющий её задумчивым взглядом Гарет. Он нестерпимо походил на Малфоя — настолько, что смотреть на него не хватало духа: возмужавший Драко, каким самому Драко уже не суждено стать никогда…

— У меня есть идея. Сейчас поделюсь — а то того и гляди Бена обратно принесёт, а он точно не будет в экстазе…

— Ну? — она вскинула голову.

Он нагнулся и зашептал:

— У вас же в будущем есть всякие там исторические книги?

Она кивнула.

— А наследники Основателей в них фигурируют?

Она не сводила с него оторопелого взгляда: приплыли — эго своё ему потешить захотелось!..

— Да. Все четверо, — коротко согласилась она.

— А как насчёт хронологии — всяких там дат?

Она опять кивнула.

— Тогда ты должна знать, когда я умру.

— Когда ты умрёшь? — только тут до неё дошло, и Джинни разинула рот.

— Все же умирают, — безмятежно откликнулся он. — Когда мне было столько же, сколько тебе сейчас, я просто не представлял, что проживу ещё лет десять, а уж про двадцать или, там, полвека и помыслить не мог… Ты понимаешь, к чему я веду, верно?

— Думаю, да. Ты хочешь, чтобы я вернулась в момент твоей смерти и забрала браслет?..

— Ежели, конечно, я не упокоюсь в бозе, будучи порубленным на куски или же сожжённым на костре — в таком случае местонахождение браслета будет установить потрудней среди, как ты понимаешь, многочисленных останков.

— Бр-р… — Джинни прикусила губу. — Ты точно этого хочешь?

— Точно, точно. Эта руническая штуковина — преизряднейшее бремя. Она ведь создана с любовью, а это чувство моего отца весьма специфично: разновидность смертоносной любви. Признаться, я даже рад, что не придётся передавать браслет собственному наследнику.

— Благодарю тебя, Гарет, — шепнула Джинни и в тот же миг услышала испуганное аханье.

Подняв голову, она поняла, в чём дело: в дверях стоял Бен с палочкой в одной руке и каменной кружкой — в другой. Судя по виду, он был сражён услышанным наповал.

— Гарет, нет!

Слизеринец легко спрыгнул со стола.

— Будто что-то изменится, Бенджамин, — пожал он плечами. — Ведь это же не убьёт меня раньше срока.

— Не желаю знать, когда ты умрёшь, — с совершенно безумным видом возразил гриффиндорец. Взмах палочкой — и на противоположной стене замельтешила кружевная круговерть света и теней. — И о себе я тоже… тоже ничего знать не желаю, — заявил он, глядя на Джинни так, будто она являлась воплощением Гласа Божьего.