Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Клэр Кассандра - Страница 582

— Да не бойся, у нас их дюжины, матери уж точно до этого дела нет: если кто и должен расстраиваться, так это домашние эльфы — вот уж вечно всё в свой адрес принимают… Не поверишь — уже скучаю по дням, когда они, трепеща перед моим отцом, по струнке ходили. А мать начала и оплачивать всякие прожиточные минимумы, и права в придачу дала… И что ты думаешь — тут же от рук отбились: нынче утром один отказался отполировать языком мои ботинки — прикинь?

Джинни завела глаза к небу.

— Я прекрасно знаю — на самом деле ты так не считаешь, — сказала она. — Ума не приложу — зачем тебе нужно постоянно кривляться?

Драко ухмыльнулся:

— А мне нравится, когда ты начинаешь анализировать моё поведение.

Сейчас они стояли на коленях лицом друг к другу, так близко, что Джинни видела светлый полумесяц шрама на его щеке и каждую ресничку — будто металлическую, будто нарисованную серебряным карандашом. Потянись она вперёд — смогла бы его поцеловать. Проще некуда. Отличный способ проститься.

Джинни поднялась, выдернув свои руки из его ладоней.

— Мне нет дела до того, что тебе нравится, — холодно сообщила она и, повернувшись, зашагала по коридору. Она чувствовала спиной его взгляд — этого хватило, дабы заволноваться так, что даже рука чуть дрожала, когда она поворачивала ручку двери своей спальни…

Не своей спальни.

Впопыхах она открыла дверь соседней комнаты — комнаты Блэз, что можно было заключить по ярко-розовому чемодану, переполненному нарядами, алому платью, небрежно брошенному поперёк кровати и по тому, что Блэз собственной персоной сейчас лежала рядом с кроватью на полу, сплетясь в страстном объятии с братом Джинни, Роном.

Рука Джинни сама собой вспорхнула к губам:

— Рон!..

— Уизли?.. — раздался не менее потрясённый возглас за спиной.

Блэз взвизгнула и села. Платье, волосы — всё находилось в беспорядке. Рон побагровел, однако даже этот густой оттенок не сумел скрыть следы помады на его лице.

Первой дар речи вернулся к Блэз:

— Вы когда-нибудь слышали, что по правилам вежливости полагается стучать? — негодующе спросила она, вставая и поправляя одежду.

— А ты когда-нибудь слышала, что по правилам вежливости не полагается сливаться в экстазе со слабоумным троглодитом за каких-то пару часов перед тем, как выходить в люди со мной?! — той же монетой отплатил Драко.

Рон робко поднялся на ноги позади Блэз и начал застёгивать рубашку. Блэз даже не повернулась к нему:

— Это случайность, — заявила она.

— Ясно. Споткнулась — упала, а там — гляди-ка! — рот.

Слизеринка всплеснула руками:

— Слушай, что ты хочешь от меня услышать?! Так получилось — и всё! — она раздражённо развернулась к Рону: — Ну же, скажи! Скажи, что это просто случайность!

Рон посмотрел на неё, потом на Джинни и, наконец, на Драко. Это был спокойный, оценивающий взгляд безо всякой ожидаемой там Джинни ненависти — словно, глядя на Драко, он смотрел не на соперника, не на врага, словно видел в нём просто человека.

— Это не случайность. Мы вместе уже несколько месяцев.

Блэз была готова вот-вот разрыдаться:

— РОН, ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ!

— Обещал. Но ещё я пообещал самому себе больше не делать тайны из отношений. И, что бы там я ни думал о Малфое, он не заслужил подобной лжи.

Блэз зажала рот рукой, но не произнесла ни слова. Драко холодно взглянул в её широко раскрытые глаза:

— Надо же, какой оригинальный способ согрешить, Блэз…

— Да хватит же! — сорвалась, внезапно взъярившись, Джинни. — Ты и не то выделывал. Только не понимаю, зачем вы прятались, — она развернулась к Блэз. — Из-за Драко?

— Нет! — отдёрнула руку от лица слизеринка. — Из-за тебя.

— Меня?! — опешила Джинни.

— Ты моя подруга, и я не хотела, чтобы ты подумала, будто наша дружба — только для того, чтобы стать ближе к Рону.

Драко фыркнул:

— Стать ближе к Рону?! Если станешь с ним ближе, у тебя…

— Захлопнись, Драко, — хором сказали Джинни с Блэз. — Тьфу, — для убедительности добавила Джинни. — Не забывай, речь идёт о моём брате, Драко.

Слизеринец снова фыркнул и прислонился к косяку с таким видом, словно всё происходящее его развлекает, в то же самое время вызывая скуку смертную.

— Кругом одни рыжие, — сообщил он, обращаясь к Блэз. — Уже глаза режет.

Блэз послала в ответ возмущённый взгляд, но сдержалась.

— Прости, что причинила тебе боль, Драко.

— Вот уж точно — боль так боль. Образ Уизли, обслюнявливающего твоё ухо, теперь будет вечно жечь сетчатку моих несчастных глаз.

— Я имела в виду — эмоционально, — с напускным терпением уточнила она.

— Пустяки, меня это не заботит, — Драко улыбнулся.

Блэз с заметным облегчением повернулась к Джинни:

— Мне ужасно неловко, что я утаила это именно от тебя… Ты мне действительно… нравишься.

Джинни знала, что для сдержанной слизеринки подобное признание более чем серьёзно.

— Ты мне тоже, — с этими словами она подбежала к Блэз и заключила её в объятия, и та со вздохом облегчения обняла Джинни в ответ.

— Наконец-то хоть что-то интересненькое, — с удовольствием прокомментировал Драко и получил от Рона негодующий взгляд и негодующее же:

— Нечего пялиться на мою сестру! И мою девушку!

— Была б тут ещё твоя матушка, ты б, наверное, собственным возмущением захлебнулся.

— Матушка? — отлипла от Блэз Джинни и осеклась, увидев на пороге Гарри с ошеломлённой Гермионой.

— Что тут происходит? — спросила она. — Что за крики? И про какую-такую твою девушку ты говорил, Рон?

— У Рона девушка? — обнимающий Гермиону за талию Гарри был явно поражён. — Никто мне не рассказал… И кто же она? — с любопытством повернулся он к другу, у которого был вид пробежавшего дистанцию марафонца.

— Я, — холодно сообщила Блэз.

Брови Гарри взлетели на лоб:

— Я думал, ты встречаешься с Малфоем… Ты ведь с ним встречаешься, правда? Или ты его уже послала?

— Гарри! — зашипела Гермиона. — Вспомни о такте!

— Такт — удел лживых взрослых, — не задумавшись, выпалила Джинни и увидела, как Драко с удивлением покосился в её сторону.

— Мы с Блэз не встречаемся, — заявил Драко. — Мы планировали вместе выйти к празднеству — как друзья, — но коль скоро она обрела любовь… пусть даже находящуюся в пищевой пирамиде чуть ниже, чем я рассчитывал, я уже не могу себе позволить стоять у неё на пути.

— Ценю твою сдержанность, — очень по-слизерински ответила Блэз. И усмехнулась: — Правда, то, что мы собирались пойти туда именно как друзья, не помешало тебе попытаться залезть мне в панталоны по дороге в Имение.

— Исключительно ради того, чтобы выяснить, по-прежнему ли ты откликаешься на мои чары, — надменно отрезал Драко. — Ни о каком причинении вреда и речи не было.

— Боюсь, со своей стороны обещать этого не могу, — сказал Рон, меряя Драко таким взглядом, будто собирался спустить его кубарем с лестницы.

— Мне нравится, когда ты такой собственник… — руки Блэз обвились вокруг Рона, к немалому того удовольствию и, хотя и в меньшей степени, — смущению. Глаза слизеринки обратились к остальным, губы изогнулись в улыбке: — Сейчас тут станет немножко жарко, — проинформировала она. — Если не хотите оказаться зрителями, предлагаю очистить помещение.

Гарри, Гермиона, Драко и Джинни рванули из комнаты единым порывом, чуть не застряв в дверях — Гарри пришлось упереться слизеринцу в спину и пропихивать его вперёд. На полной скорости они выскочили в коридор, и Гарри захлопнул дверь.

— Честное слово! — ахнула изумлённая Гермиона. — Блэз Забини и Рон! Кто бы мог подумать?! В смысле, честное слово…

— А почему бы и не Блэз? — возразила Джинни. — Она очень милая.

— Она же слизеринка, — с сомнением произнёс Гарри и, поймав взгляд Драко, торопливо добавил: — Собственно, в этом ничего страшного нет… — он улыбнулся. — Кое-кто из моих лучших друзей — слизеринцы.

— Смотри у меня, Поттер, — кивнул Драко. Его взгляд перепорхнул Гарри за спину: — Не твоя ли это комната, Джинни?