Отдел странных явлений Часть 2 : Тайны Черной Земли - Котенко А. А. - Страница 79

Юля вскрикнула, прикрыв рот рукой:

— Вот блин! Вляпалась!

Сначала девушка побежала на кухню, где взяла три самых острых ножа и засунула их за пояс черных кожаных шорт. Потом она вскрыла сейф и извлекла оттуда автомат Калашникова, гранату и бронежилет, которые ей настоятельно рекомендовал иметь дома отец.

О, это специальное вооружение из отдела странных явлений. Автомат-то — Бог с ним (только какой?), а вот граната, именуемая Антоном Викторовичем ГРОМ РА, была секретной нелегальной разработкой, и ее опытный экземпляр начальник хранил в квартире у дочери. Таким образом, он убивал двух зайцев: прятал 'Гранату Ручную Оборонительную Модифицированную для Российской Армии' от любопытных глаз, и давал дочери право воспользоваться разрывной 'апельсинкой' с посеребренными поражающими элементами в случае: 'если какой крокодил подвергнет тебя опасности, Юленька'. Когда Шаулин говорил дочери эту фразу, он и не предполагал, как точно выразился.

— Крокодил отправляет меня в горячую точку, папа, — сказала сама себе сотрудница ОСЯ, перекидывая сумку с секретным оружием через плечо.

Вооружение готово. Кирилл все еще спал. Ему и не полагалось знать обо всем, что рассказал девушке Себек. Вот вернутся они с Ваней, и обо всем расскажут Илларионову, а потом еще и в отдел завербуют. Только не будет больше у Юли способностей к магии, придется их оставить у юноши в далеком прошлом.

Теперь надо одеться. Удобные кроссовки, в которых Шаулина обычно тренировалась — самое то, даже если и пришлось их надевать второпях на босую ногу. Если не ей, то Ивану точно пригодится такая амуниция, ведь парень отправился на поиски воскресшей девки безоружным, значит, ему не мешает помочь. Дальше — сухой паек. Содержимое холодильника Юле не понравилось: каракатиц и прочих морских гадов она держала для салата, а тюбиком васаби тоже не наесться, и она затолкала в походный рюкзак лишь литровый пакет 'Доброго' сока и головку чеснока, на всякий случай, нечисть разгонять. Наконец, агентка скачала две большие энциклопедические статьи про Тутанхамона, как ей зачем-то посоветовал Себек, и записала их на заряженный карманный компьютер. А теперь самое главное — спички и сигареты. Кто знает, есть ли в другом мире курево.

Юля достала из ящика карманный компьютер и вставила в него карточку. Экран замигал разными цветами, и по нему червяками поползли черные синусоиды.

Кирилл, будь он неладен, зевнул и потянулся. Приоткрыв один глаз, он устало пялился на одногруппницу, когда-то успевшую собрать вещи.

— Кирюх, — она пыталась скрыть волнение, когда запускала программу, — я знаю, что делать… я верну… Скоро все будет как… как прежде…

На ее глазах проступили слезы, словно девушке кто-то говорил: 'Ты никогда не будешь такой, как раньше! Все изменится. К лучшему'.

— Ты не вернешься с этой войны, — не спуская с нее глаз, вдруг заявил Илларионов и схватил ее за левое запястье.

Девушка ловко избавилась от его хватки и отвернулась:

— Тебе ж все равно нет до меня дела. У тебя есть Ксюха. А это мой бой. Я должна. Одна. Встать перед лицом смерти и спасти всех от жестокого тирана. Пафосно, да?

Кирилл попытался снова взять Юлю за плечо, но она увернулась, сжимая в левой руке наладонник. Она стояла и смотрела на одногруппника, чуть не плача. В груди щемило. И что-то говорило ей — Илларионов сказал правду. Она не вернется. Но выживет ли — уже зависит от нее самой. Девушка держала на спине рюкзак с соком и автомат, на пояс она приспособила сумку с гранатой и чехол от карманного компьютера. Вокруг Юли сгустился туман. Последнее, что она услышала, был отчаянный крик Кирилла:

— Удачи, Шаулина!

Зачем в зоопарке фонари, когда там ночью никто не гуляет? Наверное, для богов, подрабатывающих животными и скрывающихся от московской милиции и регистрации. Под одним из фонарей, крепко обнявшись, стояли высокий брюнет-военный и маленькая черноволосая женщина. Но это были не люди, хоть и говорили они на человеческом языке и выглядели со стороны вовсе не подозрительно.

— Все будет хорошо, Бестия, я сделал все, чтобы твое наивное желание сбылось…

— Какие глупые эти люди, мяу… — протянула девушка.

— Слышала бы ты, какой бред я ей про Лес Судеб заливал! Если бы только этот твой… сделал все правильно, ему ж никто не говорил о порталах.

— Жить захочет — откроет.

— Да, Боги иногда спасают своих любимчиков, но они не могут сделать это без помощи людей, — грустно сказал парень.

— Но у нас уже есть отличная помощница! Теперь всё должно пройти как по маслу, мяу. И мы исправим одну из ошибок Создателя.

— Надеюсь!

И он поцеловал коллегу в щеку. Себек достал из нагрудного кармана мобильный телефон и набрал номер Шаулиной: 'Абонент находится вне зоны действия сети'.

— Ну что, дурочка заглотила наживку! — улыбнулся покровитель фараонов.

— Мяууууу! — протянула довольная Бастет.

Фивы, 14 в. до н. э.

Солнце роняло на землю последние лучи, когда две странницы подошли к храму Богини Таурет: на них были широкие белые балахоны, через плечо у каждой свисало по мешку с вещами. Одежды девушек и их прически выглядели настолько похожими, что иначе, как сестрами, назвать их было невозможно. Та, что чуть выше, повязала вокруг головы черный платок. Она стояла и смотрела в небо и на верхушки лотосообразных колонн. Ее невысокая спутница, вскинув руки к небу, упала на колени. В отличие от сестры, не стала повязывать ничего вокруг головы, так что ветер свободно трепал ее лохматую челку, немного не сочетавшуюся с остальными ровно подстриженными заплетенными две роскошные косы длинными волосами. Челка лезла в глаза, так что странница поддерживала ее интересным ободком с розовой прозрачной пластиной спереди. Вообще, это был далеко не ободок, а банальные розовые очки от солнца, исторический парадокс.

— О, Исида, — шепотом молилась младшенькая, — прости мои грехи, ибо обманываю я Богов, иду в храм ради спасения любимого человека. О, Хатор, не прогневайся на меня. О, Нут, отплачу я тебе достойной жертвой. О, Таурет, ты всегда защищала меня, помоги и в этот раз, да буду восхвалять я вас, о, Прекрасные Богини, всю свою жизнь.

Девушка прикоснулась лбом к земле, а потом встала и опустила очки на глаза.

— Чук, — толкнула прочитавшая молитву свою сестру, — помолись, чтоб Богини не разгневались на тебя за присутствие на их священной территории, и пойдем.

Девушка по имени Чук было запротивилась, но сестренка искусно сделала подсечку, и та свалилась на колени, ударившись лбом о песчаную землю.

— О, Исида, — взмолилась она, — я так хочу с тобой когда-нибудь познакомиться… Слушай, пошли, хватит этой фигней страдать!

Сестра впала в ступор от такого говора Чук, но пригрозила пальцем, мол, читай до конца.

— О, Хатор, — продолжала сестричка, — дай мне хату на Рублевском шоссе! О, Нэт, 100-мегабитную локальную сеть с безлимитным тарифом, пожалуйста! А ты, Туалет, подскажи, как пройти к главному артефакту храма, золотому унитазу! Аминь!

Младшая сестра, сжав кулаки, тряслась от гнева.

— Зачтено, Гек? — наивно улыбнулась старшенькая.

Гек, то есть та, что пониже, от таких слов разозлилась еще больше. Она прищурилась, придумывая страшную кару старшей сестренке за то, что та не может выучить даже простой молитвы кеметским богиням.

— Ладно, пошли, сама говоришь, такое не лечится! — махнула рукой она.

— Новые русские бабки из смешной передачи долларами бы за наш диалог заплатили!

— Чтооо?

— Забей, потом объясню.

Младшая поправила на шее золотое украшение с изящной подвеской из аметиста и пропела тонким елейным голосом:

— Если встретим кого — говорю я.

Девушка по имени Чук насупилась, но кивнула. Против магического артефакта, найденного названной сестренкой, не поспоришь. Голос он изменял очень хорошо: вряд ли бы кто заподозрил. Некоторое время странницы рассматривали скульптуры у входа, а когда совсем стемнело, девушки решили зайти под своды храма.