Кремлевский кардинал - Клэнси Том - Страница 146

Когда полковник фон Эйк подошел к «Боингу», наземная команда обслуживания из компании «Бритиш Эйруэйз» заканчивала заправку самолета под бдительным взглядом механика – главного мастер-сержанта, которому этот самолет «принадлежал», – и капитана, занимающего место второго пилота в правом кресле VC-137. Члены экипажа прошли через контрольно-пропускной пункт, на котором офицеры КГБ тщательно сверили их лица с фотографиями на документах. После окончания проверки экипаж поднялся внутрь самолета, где каждый уложил свои вещи. Затем они принялись за подготовку модернизированного «Боинга-707» к перелету через океан домой, на базу ВВС Эндрюз. Пилот собрал в кокпите пять членов экипажа и под прикрытием чьего-то грохочущего магнитофона сообщил, что сегодня вечером порядок действий будет несколько иным.

– Господи, сэр, – произнес механик, выслушав объяснения полковника, – вы называете это «несколько иным»?

– Что такое жизнь без приключений? – отозвался фон Эйк. – Всем понятны обязанности? – Он обвел взглядом присутствующих. Все кивнули. – Тогда за дело, парни. – Пилот и второй пилот взяли перечни операций, проводимых при подготовке к полету, и в сопровождении механика спустились вниз. Хорошо бы поскорее вернуться домой – таким было единодушное мнение, – если только удастся сдвинуть шины шасси, словно приросшие к бетонному покрытию. Холодно, заметил механик, как у ведьмы за пазухой. Одетые теперь в альпаковые костюмы, которыми снабжаются все военные летчики, с теплыми перчатками на руках, они не спеша обошли огромный самолет. 89-е военно-транспортное авиакрыло:ордилось тем, что перебрасывало «видных персон» по всему миру без единой аварии. Им удалось добиться такого завидного постоянства в результате самой тщательной проверки малейших деталей, Медленно обходя самолет, полковник фон Эйк думал о том, что 700 тысяч часов летнего времени без единой аварии могут закончиться сегодня вечером.

Райан уже уложил веши. В аэропорт они поедут прямо после прощального приема. Он решил еще раз побриться и почистить зубы, прежде чем уложить туалетные принадлежности в один из карманов своего чемодана, рассчитанного на два костюма. На этот раз Джек надел один из английских костюмов, почти теплый для здешнего климата, но пообещал себе, что в свой следующий визит в Москву непременно захватит теплые кальсоны – если визит состоится зимой. Он уже было собрался идти, как в дверь постучали. Это был Тони Кандела.

– Ну что ж, счастливого пути домой, – сказал он.

– Будем надеяться, – ухмыльнулся Райан.

– Вот зашел помочь с вещами. – Кандела подхватил чемодан, i': Джеку оставалось только взять потфель. Они направились к лифту, который поднял их с седьмого на девятый этаж, и там стали А', тать другой лифт, чтобы спуститься вниз.

– Вам неизвестно имя человека, проектировавшего это здание?

– У него несомненно было незаурядное чувство юмора, – ответил Кандела. – Потому они поручили этому парню проектные работы по строительству нового здания посольства. – Райан и Кандела рассмеялись. История со строительством нового здания американского посольства в Москве была достойна голливудского фильма эпических катастроф. В стенах, перекрытиях и потолках этого здания было столько электроники для подслушивания, что хватило бы на несколько универсальных компьютеров. Минуту спустя подошел лифт, и они спустились в вестибюль. Кандела передал Райану его чемодан.

– Ни пуха ни пера, – пожелал он и удалился.

Джек подошел к тому месту, где их ждали автомобили, и положил чемодан в открытый багажник. Вечернее небо было чистым и сияло звездами, а в северной его части виднелось полярное сияние. Джек слышал, что это явление природы иногда наблюдают н в Москве, но впервые видел его.

Через десять минут вереница автомашин тронулась с места и направилась к югу, в сторону Министерства иностранных дел, снопа повторяя маршрут, от которого у Райана едва не кружилась го лова и который ничуть не улучшил его удручающего знакомства с городом восьми миллионов душ. Одна за другой машины въезжали на полукруглый пандус перед входом, и выходивших из них гостей провожали внутрь здания. Этот прием был явно менее роскошен, чем предыдущий в Кремле, но и результаты переговоров оказались намного скромнее. Следующий раунд переговоров будет особенно напряженным, потому что приближался срок встречи на высшем уровне, зато проводиться эти переговоры будут в Вашингтоне. В зале их уже ждали репортеры, главным образом газетчики, но виднелось и несколько телевизионных камер. Кто-то подошел к Джеку, едва тот успел снять пальто.

– Доктор Райан?

– Да? – Он повернулся.

– Майк Пэстер, из «Вашингтон пост». В Вашингтоне объявлено, что ваши затруднения с Комиссией по биржевым операциям и ценным бумагам урегулированы.

– Господи, до чего приятно говорить о чем-то, кроме проблемы вооружений! – рассмеялся Джек. – Я ведь говорил и раньше, что не совершил ничего дурного. Думаю, эти болваны – только не цитируйте меня, – эти люди наконец разобрались в сути дела. Отлично. Мне не хотелось нанимать адвоката.

– Ходят слухи, что ЦРУ замешано… – Но Райан тут же прервал репортера.

– Я вот что вам предлагаю, – сказал он. – Сообщите в редакцию газеты, что, если они дадут мне пару дней отойти от всего этого дела, я покажу им все, что может их заинтересовать. Все мои сделки записаны на жесткие диски, потому что я занимался бизнесом с помощью компьютера. Согласны?

– Конечно – но тогда почему…

– Ни имею ни малейшего представления, – ответил Джек, протягивая руку за бокалом белого вина на подносе у проходившего мимо официанта. Ему хотелось выпить, но сегодня этот бокал будет единственным. – Может быть, кто-то в Вашингтоне захотел расквитаться с ЦРУ из-за чего-то. Ради всего святого, не цитируйте меня в своей статье!

– Как прошли переговоры? – спросил далее репортер.

– Подробности вам лучше узнать от Эрни, но если не для печати, то очень хорошо. Не так хорошо, как в прошлый раз, и еще осталось немало нерешенных вопросов, но мы согласовали сложные проблемы, и это больше, чем мы ожидали от этой поездки.

– Будет ли соглашение заключено до начала встречи в верхах? – спросил Пэстер.

– Не для печати, – тут же ответил Джек. Репортер кивнул. – На мой взгляд, шансы даже лучше, чем два из трех.

– Какую позицию занимает ЦРУ?

– Но ведь мы не должны заниматься политическими вопросами, верно? С технической точки зрения сокращение стратегических вооружений на пятьдесят процентов хотя и ничего не изменит, но все-таки как-то успокаивает. В этом я не сомневаюсь.

– Как мне написать, чьи слова я цитирую? – тут же поинтересовался Пэстер.

– Назовите меня самым младшим участником делегации, – улыбнулся Джек. – Согласны? Дядя Эрни может говорить от имени правительства, но мне это не разрешают.

– Какое воздействие окажет заключение этого договора на то, что Нармонов останется у власти?

– Это не моя область деятельности, – убедительно солгал Райан. – Моя точка зрения по этому вопросу личная, а не профессиональная.

– Тогда…

– Тогда спросите кого-нибудь другого об этом, – предложил Джек. – Спрашивайте меня о действительно важных проблемах, например кого должен взять к себе «Редскинс» в первом драфте;

– Олсона, конечно, трехчетвертного из «Бзйлора», – тут же ответил репортер.

– Мне тоже нравится этот крайний защитник из «Пенсильвания стейт», но, по-моему, ему еще рано.

– Счастливого пути, – сказал репортер, закрывая блокнот,

– Спасибо, а вам счастливо перезимовать здесь, приятель. – Репортер начал было уходить и вдруг остановился. – Вы не могли бы сказать что-нибудь, полностью не для печати, по поводу мужа и жены Фоули, которых русские выслали на прошлой…

– Кого? А-а, тех, кого они обвинили в шпионаже? Не для печати и вы никогда не слышали этого от меня – все это чепуха, от начала и до конца. По всему остальному – без комментариев.

– Ясно. – Репортер ушел улыбаясь.