Медведь и Дракон - Клэнси Том - Страница 109

– Вот, пожалуйста, доктор Райан, – сказал дворецкий, вручая ей полный бокал.

– Спасибо, Джордж. Как дела у ваших детей?

– Старшую дочь только что приняли в университет Нотр-Дам, – ответил он с гордостью.

– Это великолепно! Какую специальность она выбрала?

– Подготовительные медицинские курсы.

Кэти оторвалась от журнала.

– Очень хорошо. Если я смогу чем-нибудь помочь ей, дайте знать, ладно?

– Конечно, мадам, обязательно. – «Как приятно, – подумал Джордж, – что это не пустые слова». Муж и жена Райан пользовались огромным уважением у обслуживающего персонала, несмотря на то что оба чувствовали себя неловко из-за проявляемого к ним внимания. Райан заботился об одной семье, вдове и детях какого-то сержанта ВВС, о подробностях их связи с президентом никто не знал. А Кэти лично занималась двумя детьми, у которых возникли проблемы со зрением.

– Что у тебя завтра, Джек?

– Завтра я выступаю на конференции Ветеранов Иностранных войн в Атлантик-Сити, слетаю туда и обратно на вертолёте после ланча. Калли написала для меня хороший текст выступления.

– Она кажется мне немного странной.

– Да, она непохожа на остальных, – согласился президент, – но отлично справляется со своей работой.

Слава богу, – подумала про себя Кэти, – что мне не приходится заниматься этим! Её речь заключалась в том, что она говорила пациенту, как собирается исправить его зрение.

– В Пекин приехал новый папский нунций, – сказал продюсер.

– Это как посол, правда?

Продюсер кивнул.

– Точно. Итальянец, кардинал Ренато ДиМило. Старый человек, мне ничего о нем не известно.

– Ну что ж, может быть, стоит съездить и встретиться с ним, – сказал Барри, завязывая галстук. – У тебя есть его адрес и телефон?

– Нет, но в американском посольстве это знают.

– Тогда позвони тому парню в посольстве, с которым ты поддерживаешь контакт, – посоветовал Вайс. Он и продюсер работали вместе уже одиннадцать лет, вместе увёртывались от пуль и вместе завоевали премии «Эмми», что было совсем неплохо для пары бывших сержантов морской пехоты.

– Сейчас позвоню.

Вайс посмотрел на часы. Времени было достаточно. Он может подготовить передачу безо всякой спешки, загрузить на спутник, в Атланте её отредактируют, и американцы увидят передачу за завтраком. Этого будет достаточно для одного дня работы в этой языческой стране. Черт возьми, почему они не проводят торговые конференции в Италии?

Вайс вспомнил прекрасный вкус итальянской пищи, так полюбившейся ему, когда он служил морским пехотинцем на средиземноморской эскадре. А итальянские женщины! Им так нравилась форма американских морских пехотинцев! Впрочем, она нравилась не только итальянкам.

Ни кардинал ДиМило, ни монсеньор Шепке так и не сумели привыкнуть ко вкусу китайского завтрака, который разительно отличался от всего, что едят утром европейцы.

Они нашли выход – Шепке готовил завтрак каждое утро ещё до прихода китайского обслуживающего персонала. Им оставалось мыть посуду, и этого было достаточно для обоих служителей церкви. Они уже отслужили утреннюю мессу, для чего им нужно было просыпаться каждым утром до шести часов, как солдатам, часто замечал про себя старый итальянец.

Утренней газетой была «Интернэшнл Гералд Трибьюн», которая ориентировалась в основном на американцев, ведь мир так несовершенен. По крайней мере, в газете приводились результаты футбольных матчей, а европейский футбол интересовал обоих прелатов. Больше того, Шепке мог сам выйти и поиграть в футбол, когда была такая возможность. ДиМило, которой был отличным полузащитником в своё время, сейчас был вынужден только наблюдать и давать советы.

У бригады CNN имелся собственный микроавтобус, сделанный в Америке и привезённый в Китай много лет назад. У него было своё миниатюрное оборудование спутниковой связи, маленькое чудо техники, которое позволяло устанавливать мгновенный контакт с любым местом на планете через находящиеся на орбите спутники связи. Его аппаратура позволяла делать что угодно и когда угодно, кроме того времени, когда микроавтобус двигался. Сейчас над этим тоже работали специалисты, и это станет новым крупным прорывом, потому что тогда передвижные телевизионные бригады смогут работать безо всяких помех со стороны нехороших парней, в какой бы стране они ни находились.

У них была также навигационная система, основанная на связи со спутниками, позволявшая найти дорогу в любом городе мира, карта которого находилась у телевизионной бригады на CD-ROM. Располагая таким оборудованием, они могли сами отыскать нужный адрес, причём быстрее, чем местные таксисты. Имея сотовый телефон, они могли узнать адрес, в данном случае запросив американское посольство, в котором имелись адреса всех иностранных посольств. Адрес дома папского нунция был всего лишь ещё одним. Кроме того, с помощью сотового телефона можно было заранее предупредить о своём приезде. Сначала на их звонок ответил китайский голос, затем другой, с немецким акцентом – подумать только! – но который сказал: конечно, приезжайте.

Барри Вайс был одет в опрятный костюм с галстуком и пиджаком – эта привычка к аккуратности сохранилась у него ещё с тех пор, когда он служил в корпусе морской пехоты. Он постучал в дверь, которую открыл, разумеется, местный житель – ему хотелось называть их «туземцами», но это было бы слишком некорректно, с оттенком расизма – и проводил их внутрь дома. Первый европеец, встретивший их, совершенно очевидно, не был кардиналом. Слишком молодой, слишком высокий и слишком явный немец.

– Здравствуйте, я монсеньор Шепке, – приветствовал их священник.

– Добрый день, я Барри Вайс из CNN.

– Да, конечно, – улыбнулся Шепке. – Я видел вас по телевидению много раз. Что привело вас в КНР?

– Мы приехали сюда, чтобы освещать торговые переговоры между Америкой и Китаем, но решили поискать и другие интересные темы. Нас удивило, что у Ватикана здесь есть дипломатическая миссия.

Шепке провёл Вайса в свой кабинет и указал на комфортабельное кресло.

– Я нахожусь здесь уже несколько месяцев, но кардинал прибыл совсем недавно.

– Мне можно встретиться с ним?

– Конечно, но сейчас его преосвященство говорит по телефону с Римом. Вы не могли бы подождать несколько минут?

– Никаких проблем, – заверил его Вайс. Он окинул прелата внимательным взглядом. Священник выглядел атлетически сложенным, высоким и был, несомненно, немцем. Вайс побывал в Германии много раз и всегда чувствовал какое-то беспокойство, словно расизм, который привёл к холокосту, все ещё дремал там, находясь где-то поблизости, но всегда вне поля зрения. Если бы Шепке был одет по-другому, Барри принял бы его за солдата, даже за морского пехотинца. Священник был в отличной физической форме и явно умён, вне всякого сомнения, проницательный наблюдатель.

– Могу я спросить, к какому духовному ордену вы принадлежите? – задал вопрос Вайс.

– Я принадлежу к обществу Иисуса, – ответил Шепке. «Иезуит, – сразу подумал Вайс. – Это многое объясняло».

– Вы из Германии?

– Совершенно верно, но теперь я живу в Риме и преподаю в университете Роберто Беллармина[52]. Меня попросили сопровождать его преосвященство из-за моего знания языков. – Английский Шепке был грамматически идеален и с поразительно точным произношением, но его нельзя было отнести ни к английскому как таковому, ни к американскому и ни к канадскому.

А также потому, что вы очень умны, – добавил про себя Вайс. Ему было известно, что у Ватикана есть великолепная служба, занимающаяся сбором разведывательной информации, наверно, самая старая в мире. Итак, этот монсеньор является одновременно дипломатом и разведчиком, решил Вайс.

– Я не буду спрашивать вас, каким количеством языков вы владеете. Не сомневаюсь, что их гораздо больше, чем у меня, – заметил он. Вайсу ещё не приходилось встречать ни единого глупого иезуита или даже слышать, что такой есть.