Медведь и Дракон - Клэнси Том - Страница 117

– Что ещё?

– Стоит ли будить босса из-за этого? Я имею в виду, что в Пекине сейчас находится наша дипломатическая делегация, и этот случай может оказать серьёзное влияние на переговоры.

Гудли задумался.

– Нет, я сообщу ему об этом во время брифинга через несколько часов.

– Сэр, эта передача появится на экранах телевизоров в семь утра, во время утренних новостей CNN.

– Ничего, я расскажу ему, когда в нашем распоряжении будет нечто большее, чем одни картинки.

– Как считаете нужным, доктор Гудли.

– Спасибо. А сейчас я попытаюсь поспать ещё час перед поездкой в Лэнгли. – Он положил телефонную трубку. Работа Гудли была очень престижной, но она лишала его нормального сна, регулярного секса и вообще упорядоченности в жизни. В такие моменты Гудли сомневался, настолько ли она престижная на самом деле, его проклятая работа!

Глава 25

Разрушение оград

Скорость современных коммуникаций приводит к любопытным парадоксам.

В данном случае американское правительство узнало о том, что произошло в Пекине, задолго до того, как это стало известно правительству КНР. Информация, полученная в управлении связи Белого дома, была также передана в Оперативный центр государственного департамента, и там старший офицер принял разумное решение немедленно сообщить об этом в посольство США в Пекине. Посол Карл Хитч выслушал невероятную новость у себя в кабинете по шифрованной линии связи. Он заставил офицера, позвонившего ему из Туманного Болота, дважды повторить сообщение, перед тем как отреагировать на него – посол Хитч издал удивлённый свист. Не так уж часто аккредитованного посла любой страны убивают в принявшей его стране, не говоря уж о том, что убивают местные полицейские! «Какого черта, – подумал он, – что может предпринять Вашингтон в связи с этим?»

– Проклятье, – прошептал Хитч. Он даже ещё не встретился с кардиналом ДиМило.

Их официальный приём был запланирован через две недели, в будущем, которое никогда не наступит. Что предпринять? Во-первых, решил он, надо отправить послание с соболезнованием в миссию Ватикана. Туманное Болото, по-видимому, уведомит Ватикан через папского нунция в Вашингтоне. Может быть, даже сам государственный секретарь Адлер посетит миссию Ватикана в Вашингтоне, чтобы выразить официальное соболезнование. «Черт побери, ведь президент Райан католик, не исключено, что именно он поедет в миссию Ватикана», – подумал Хитч.

Так, сказал он себе, прежде всего следует предпринять шаги здесь. Его секретарь позвонил в миссию Ватикана, но на телефонный звонок ему ответил китаец, а это ничего не значило. Придётся повременить с этим… а как относительно посольства Италии? Ведь папский нунций ещё и гражданин Италии. Он открыл свой файл с номерами телефонов и набрал номер посла на его частном канале.

– Паоло? Это Карл Хитч. Спасибо, а ты? Боюсь, у меня плохие новости… папский нунций, кардинал ДиМило… китайский полицейский стрелял в него и убил в какой-то пекинской больнице… скоро передадут по каналу CNN… да, боюсь, мы уверены в этом… я незнаком с подробностями, но мне сказали, что он приехал в больницу, чтобы не допустить убийство ребёнка, или это была попытка сделать поздний аборт, как у них здесь принято… да… скажи, а он из видной семьи? – Хитч начал записывать. – Ты говоришь, Винченцо? Понятно… Министр юстиции два года назад? Да, я попытался позвонить в миссию Ватикана, но мне ответил какой-то китаец. Немец? Шепке? – Посол продолжал делать заметки. – Понимаю. Спасибо, Паоло. Послушай, если мы можем помочь чем-нибудь… совершенно верно. До свиданья. – Он положил трубку. – Проклятье. Что дальше? – спросил посол у своего стола. Он мог передать плохие новости в посольство Германии… впрочем, нет, он поручит это кому-нибудь другому. А пока…

Посол посмотрел на часы. В Вашингтоне ещё не наступил рассвет, и когда люди проснутся, они увидят перед собой бушующий огненный шторм. Надо все проверить, чтобы в распоряжении Вашингтона была надёжная информация. Но как это сделать, черт побери? Его лучшим потенциальным источником информации был этот монсеньор Шепке, но единственный способ найти монсеньора – это выставить людей у миссии Ватикана и ждать его возвращения. Гм, а не может случиться так, что китайцы задержат его? Нет, маловероятно.

Как только их министр иностранных дел узнает о происшествии, они побегут извиняться, спотыкаясь друг о друга. Таким образом, они выставят дополнительные посты охраны у миссии нунция и не будут пускать туда репортёров. Но ведь они не захотят связываться с аккредитованными дипломатами, особенно после того, как сами убили одного из них.

Это слишком невероятно. Карл Хитч служил в иностранной дипломатической службе с тех пор, когда ему едва перевалило за двадцать. Ещё ни разу он не был свидетелем ничего подобного, по крайней мере, после того, как в Афганистане партизаны захватили Спайка Доббса в качестве заложника. Тогда русские не сумели провести операцию должным образом, и заложника убили. Кое-кто говорил, что это было сделано намеренно, но даже русские не могут быть такими глупыми, подумал Хитч. И в данном случае это не было заранее обдуманным убийством. Китайцы являются коммунистами, а коммунисты не пойдут на такой риск. Это просто не является частью их характера.

Итак, как это случилось? И что, конкретно, произошло?

И когда рассказать об этом Клиффу Ратледжу? Какое воздействие может оказать это происшествие на торговые переговоры? Карл Хитч пришёл к выводу, что у него будет непростой вечер.

– Китайская Народная Республика не согласится с подобным диктатом, – закончил своё выступление министр иностранных дел Шен Танг.

– Господин министр, – ответил Ратледж, – в намерения Соединённых Штатов не входит желание диктовать кому-то. Вы формируете свою национальную политику таким образом, чтобы она отвечала интересам вашей нации. Мы понимаем и уважаем это. С другой стороны, мы требуем, чтобы вы понимали и уважали наше право формировать национальную политику Соединённых Штатов Америки таким образом, чтобы она отвечала интересам американской нации. В данном случае это означает, что нам придётся прибегнуть к положениям Акта о реформе торговли. – «Заявление Ратледжа означало, что американский представитель поднял над головами китайцев огромный острый меч, и все присутствующие в зале знают это», – подумал Марк Гант. Акт о реформе торговли позволял президенту Соединённых Штатов Америки ввести в действие правило, с зеркальной точностью применяемое против торговых законов какой-либо страны. Это было международным доказательством поговорки о том, что правый ботинок будет обязательно жать, если его надеть на левую ногу. В данном случае всё, что делал Китай, чтобы не допустить американские товары на китайский рынок, будет просто применяться для того, чтобы сделать то же самое с китайскими товарами. Таким образом, торговый дефицит Америки, выражаемый в сумме семидесяти миллиардов долларов в год, станет аналогичным торговым дефицитом Китая в той же сумме, причём в конвертируемой валюте. Деньги, которые рассчитывала получить КНР от продажи своих товаров на американском рынке, для того чтобы использовать их для закупки товаров где-то ещё, перестанут поступать в китайскую казну. Торговля превратится в обмен – один мой товар в обмен на один твой. Такой была теория, которая, каким-то образом, никогда не превращалась в реальность.

– Если Америка введёт эмбарго на китайские товары, Китай сделает то же самое по отношению к Америке, – резко ответил министр иностранных дел Китая.

– Это не послужит интересам вашей страны, равно как и нашей, – отозвался Ратледж.

А вот кому это нанесёт более значительный ущерб? – подумал он, но промолчал. Китайцы знали это и так, говорить не требовалось.

– А как относительно статуса наибольшего благоприятствования для нашей страны и вступления Китая во Всемирную торговую организацию? – потребовал ответа министр иностранных дел.