Медведь и Дракон - Клэнси Том - Страница 205

– Вы уверены, что никому не известно о наших планах?

– После того как мы объявили повышенную боевую готовность и начали передвижение войск, мы можем ожидать какой-то реакции от русских. Что касается остальных стран? Чепуха! Тан и маршал Луо тоже уверены в этом.

– Ну, хорошо, – сказал Ху. Он не был полностью убеждён, но тем не менее дал согласие.

В Вашингтоне было утро. Вице-президент Джексон стал фактически главой группы, которая занималась проблемами нарастающего кризиса. Этот пост был гарантирован его предыдущей должностью, начальника оперативного управления – J-3 – Объединённого комитета начальников штабов. У Белого дома имелось немалое преимущество – надёжная безопасность, причём она улучшалась тем, что члены комитета доставлялись сюда на вертолётах и автомобилях, а также тем, что Объединённый комитет начальников штабов поддерживал с ним связь из своего бункера-«танка», где они проводили свои совещания – с помощью кодированного волоконно-оптического канала.

– Итак? – спросил Джексон, глядя на большой телевизионный экран на стене ситуационного центра.

– Люди Манкузо заняты своей работой на Гавайских островах. Военно-морской флот может причинить массу неприятностей китайцам, а ВВС, в случае необходимости, перебросит большое количество своих самолётов в Россию, – сказал армейский генерал Микки Мур, председатель Объединённого комитета начальников штабов. – Меня беспокоит наземная сторона уравнения. Теоретически мы можем перебросить одну тяжёлую дивизию – 1-ю бронетанковую – с запада Германии вместе со снаряжением, и, может быть, НАТО присоединится с кое-какими дополнительными частями. Однако русская армия находится сейчас в отвратительном состоянии, особенно на Дальнем Востоке. Кроме того, есть дополнительная проблема, которая заключается в том, что Китай имеет двенадцать межконтинентальных баллистических ракет CSS-4. Мы считаем, что восемь или больше направлены на нас.

– Расскажите подробнее, – приказал «Томкэт».

– Это клоны наших ракет «Титан-II». Черт побери, – продолжал Мур, – сегодня утром я узнал историю этого дела. Они были спроектированы полковником ВВС, этническим китайцем, выпускником Калифорнийского технологического института, который сбежал в Китай в 1950-х годах. Какой-то тупица обвинил его в нарушении правил секретного делопроизводства – вы не поверите, потом оказалось, что это полнейшая чепуха, – и тогда он удрал в Китай с несколькими чемоданами, набитыми технической документацией. В то время он работал в JPL[76], оттуда он и сбежал. Таким образом, китайские коммунисты построили у себя ракеты, которые были практически копиями старых ракет, произведённых фирмой «Мартин-Мариетта», и, как я уже сказал, мы считаем, что восемь таких ракет нацелены на нас.

– Какие у них боеголовки?

– Полагаем, что по пять мегатонн. Истребители городов. Эти птички чертовски трудно поддерживать в боевом состоянии, точно так же было у нас. Мы думаем, что китайцам понадобится от двух до четырех часов, чтобы привести их в состояние готовности к запуску. Это хорошая новость. А плохая новость заключается в том, что за последнее десятилетие они улучшили защиту своих пусковых шахт. Возможно, это стало результатом того, какой успешной была наша бомбардировка Ирака, а также точечных ударов с наших В-2 по японским шахтам, где они хранили свои клоны русских SS-19. В настоящее время мы предполагаем, что шахты накрыты крышками толщиной в пятнадцать футов железобетона, плюс три фута брони. У нас нет бомб, не считая атомных, способных преодолеть такую защиту.

– Почему? – удивился Джексон.

– Да потому, что бомбы GBU-29, уничтожившие глубокий бункер в Багдаде, были предназначены для подвески на F-111. Их размер не подходит для бомбовых люков самолётов В-2, а все «111-е» находятся на свалке в Аризоне. Таким образом, у нас есть бомбы, но нет средств доставки к цели. Лучший способ уничтожить эти пусковые шахты в Китае заключается в применении крылатых ракет с боеголовками W-80, запускаемых с воздуха, – если, конечно, президент даст разрешение на применение ядерного оружия против пусковых шахт с китайскими МКБР.

– Сколько времени будет у нас, когда мы узнаем, что китайцы готовят ракеты к запуску?

– Очень немного, – признался Мур. – Новая конфигурация пусковых шахт не допускает большего. Крышки шахт слишком массивны. Мы считаем, что они собираются взорвать их подрывными зарядами, как планировали и мы.

– У нас есть крылатые ракеты с ядерными боеголовками?

– Нет, президент должен санкционировать их снаряжение. Птички и боеголовки находятся на базе ВВС Уайтман вместе с бомбардировщиками В-2. Понадобится примерно день, чтобы совместить их. Я советую, чтобы мы обратились к президенту с просьбой о разрешении подготовки к удару, если китайская ситуация зайдёт совсем далеко, – закончил Мур.

Джексон знал, что лучший способ нанести удар крылатыми ракетами с ядерными боеголовками – с подводных ракетоносцев или с помощью ударных самолётов, базирующихся на авианосцах, – был невозможен, потому что военно-морской флот полностью избавился от ядерного оружия, а исправить это будет совсем непросто.

Радиоактивное заражение после ядерного взрыва в Денвере[77], которое привело мир на грань полномасштабной ядерной войны, заставило Россию и Америку сделать глубокий вдох и затем устранить все стартовые установки для баллистических ракет.

Разумеется, у обеих сторон сохранилось ядерное оружие. У Америки это были главным образом авиационные бомбы В-61 и В-63, а также термоядерные боеголовки W-80, которые могут быть установлены на крылатые ракеты. Обе системы могли быть доставлены к цели с высокой степенью точности и скрытности. Бомбардировщик В-2А был невидимым для радара (а также почти не различим визуально, если только вы не находились рядом с ним). Что касается крылатых ракет, то они летели настолько низко, что были не отличимы от дорожного движения. Зато у них не было скорости баллистических ракет. В этом заключался недостаток этого грозного оружия, но в нём же было его преимущество. Проходило всего двадцать пять минут с момента «ключ на старт» до попадания в цель, или даже меньше для ракет, запускаемых с морской платформы, потому что тогда им приходилось пролетать более короткое расстояние. Но теперь все эти ракеты были уничтожены, за исключением нескольких, которые сохранили для испытания противоракетной обороны. К тому же даже оставшиеся ракеты модифицировали, так что теперь на них было трудно установить ядерные боеголовки.

– Ну ладно, попытаемся справиться обычным оружием. Сколько ракет с ядерными боеголовками сможем доставить к цели, если возникнет необходимость?

– Первый удар, бомбардировщиками В-2? – спросил Мур. – Примерно восемьдесят. Если направить по две ракеты на каждый крупный город в КНР, этого будет достаточно, чтобы превратить все эти города в парковку для стоянки автомобилей. Погибнут не меньше ста миллионов человек, – добавил председатель комитета. Он не собирался говорить, что у него нет никакого желания делать это. Даже самых кровожадных солдат отталкивала мысль, касающаяся уничтожения гражданских лиц в таком количестве, а те, которые имели ранг четырехзвездных генералов, достигли этого ранга благодаря уму, а не безумию.

– Так вот, если мы сообщим об этом китайцам, им придётся серьёзно задуматься, прежде чем нанести по нашей стране такой мощный удар, – решил Джексон.

– Полагаю, у них хватит на это здравого смысла, – согласился Микки Мур. – Кому хочется стоять во главе парковочной площадки? – «Однако проблема заключается в том, – подумал он, – что люди, начинающие агрессивные войны, никогда не обладают достаточным здравым смыслом».

– Что нужно сделать, чтобы призвать на службу резервистов? – спросил Бондаренко.

Теоретически, почти каждый мужчина в Российской Федерации должен быть готов к призыву на военную службу, потому что большинство русских граждан служили в армии в то или иное время. Эта традиция сохранилась с царских времён, когда русскую армию сравнивали с паровым дорожным катком из-за её колоссального размера.