Твое прикосновение - Дьюран Мередит - Страница 13

– Мой отец не имеет ничего общего с изготовлением подделок. – Санберн продолжал наступать на нее, и Лидия почувствовала, что упирается спиной в дверь. – Мой отец – ученый, уважаемый человек. Если вы станете разносить какие-либо слухи, чтобы причинить ему вред…

– То что? – Виконт подошел совсем близко. Еще мгновение, и он столкнется с ней.

Лидия испуганно замерла, увидев, что Санберн уперся обеими руками в стену, затем наклонился так близко к ней, что его дыхание ощущалось на ее губах. Несколько секунд он скользил взглядом по ее лицу, после чего в упор посмотрел ей прямо в глаза. Почти неслышным голосом Санберн выдавил:

– Что же вы предпримете, мисс Бойс?

Лидия стояла не шелохнувшись. Сердце замерло в груди. Она уже ничего не понимала. Дыхание Санберна отдавало мятой, от его тела, прижимавшегося к ней, шло тепло. Он поймал ее в ловушку, словно зайца.

– Я сумею защитить себя. А вам будет стыдно.

– Да неужели? – Он поднял руку и приложил палец к ее щеке. – Наверное, холодно отвернетесь при нашей новой встрече? Или расскажете своим подругам, какой я плохой и невоспитанный человек? – Голос Санберна слегка дрогнул. – Разве вы станете так говорить обо мне, дорогая? – Он провел пальцем по ее щеке до уголка рта. В это мгновение какой-то неконтролируемый нервный импульс вынудил Лидию облизнуть губы. И, к своему ужасу, она случайно коснулась языком кончика его пальца, ощутила солоноватый вкус его кожи.

Не сводя глаз с девушки, Санберн убрал свой палец и нарочито медленно поднес к своим губам. Он демонстративно пробовал на вкус то место, которого касался ее язык. Серые глаза виконта все так же в упор смотрели на Лидию, насмехаясь и поддразнивая. По ее телу пробежала волна жаркого тепла. Это в ней нарастает злоба, поспешила успокоить себя Лидия. Ничего иного. Злоба и гнев. Рот Санберна издал легкий чмокающий звук, и он опустил палец.

– Прелестно, – прошептал виконт. – Совсем не похоже на вкус суетливой, раздражительной и коварной маленькой старой девы. Ну что ж, если меня хорошенько попросить, то я мог бы в знак прощения позволить вам поцеловать меня.

Лидия перестала дышать. Теперь пошла в ход самая низкая и дешевая форма насмешки – намек на ее незамужнее положение. Для нее обижаться на такие колкости вообще было бы глупо. Она просто не должна на них реагировать. Ехидство такого сорта ей совершенно безразлично! События этого вечера немного вывели ее из равновесия., но все же она ничем не заслужила, чтобы судить о ней стал такой человек, как этот. Лидия сжала руки в кулаки ,уперлась в грудь Санберна и изо всех сил толкнула его.

Санберн отступил на шаг назад, проделав это весьма изящно, хотя явно не ожидал такой реакции со стороны собеседницы. Разумеется, столь же непринужденно он принял бы и этот фантастический поцелуй. Эта мысль еще сильнее разозлила Лидию.

– Вы просто последний негодяй, – произнесла она низким и хриплым голосом. Лидия почувствовала, что способна даже ударить его. – Уж не знаю, какая больная часть вашего рассудка стала причиной всего этого параноидального бреда, но я все-таки скажу вам всю правду: мой отец во всех своих поступках порядочный, скромный и честный человек. И его доброе имя не удастся опорочить таким субъектам, как вы. Да, вы можете рассказать всему свету эту вашу бредовую выдумку, но люди просто поднимут вас на смех. Впрочем, могу предположить, что именно этого вы и добиваетесь. Судя по тому, как вы пускаетесь во все тяжкие, лишь бы выставить себя шутом перед обществом, меня такое объяснение ничуть не удивило бы.

– О! – воскликнул Санберн и медленно сложил вместе ладони, затем повторил это. Движение, изображая аплодисменты нарочито замедленными, но звонкими ударами. – Просто великолепный монолог. Сара Бернар могла бы вам позавидовать.

– Ваши оскорбления…

– Какие оскорбления? Дорогая, вовсе нет! Я действительно получил грандиозное удовольствие.

Лидия перевела дыхание. Сердце билось все также неровно, и учащенно.

– Быть может, в этом и есть вся причина? Вам захотелось унизить меня? Так сказать, насладиться реваншем за то, как я поставила вас в дурацкое положение перед публикой. И сегодня уже во второй раз, должна заметить. Вот это очень напоминает мне реакцию обозленного вожака обезьяньей стаи. – Овладевшее Лидией чувство презрения вернуло голосу привычную уверенность. – Как примитивно, Санберн! Отправляйтесь лучше в зоопарк, если хотите посоперничать с равными вам по развитию существами.

– Вы правы. Я слегка отклонился от своих обычных стандартов поведения. Но попробуйте понять и мои чувства. Просто стены этого дома подавляют мой дух.

Лидия не сдержалась от новой колючей насмешки.

– Знаете, я хочу еще раз повторить: ваше место в зоопарке. Ведь вы просто животное. Примитивное дикое существо…

Санберн рассмеялся:

– Вот и вернулись к вашему привычному занятию – чтению лекций. Но мне почему-то вдруг захотелось закончить эту лекцию в самом начале, закрыв ваш рот поцелуем. – Пока Лидия соображала, как реагировать на эти слова, виконт добавил: – Не мог себе представить, что у меня так много общего с Карнелли. Однако что есть, то есть: мы оба очень несговорчивые люди.

Услышанное имя заставило Лидию вздрогнуть. Карнелли был импортером, через которого проходили поставки предметов античности от ее отца. Боже правый!

– Так это он вам наговорил все эти несусветные бредни? – Но этого просто не могло быть. Карнелли содержал свое хозяйство в чудовищном беспорядке, был косноязычен, но вряд ли кто-нибудь решился бы обвинить его в нечестности.

– Нет, – ответил Санберн. – Карнелли всего лишь показал мне упаковочные листы, сопровождавшие грузы вашего отца. А еще он любезно отметил место, куда поместили при, погрузке мою фальшивую стелу.

О' Боже!

– Извините, – поспешно бросила Лидия и помчалась прочь от виконта по коридору.

Утро следующего дня выдалось холодным и сырым. В карете Лидия закуталась в шаль, стараясь унять сотрясавшую ее тело дрожь. В любое время года воздух грязных узких улочек возле магазина Карнелли был каким-то едким и густым, состоящим из смеси дыма, испарений мочи, запахов протухшей рыбы, и открытых канализационных стоков. Когда экипаж замедлил ход, чтобы проехать по узкому проходу, из канавы выскочили бродячие собаки, худые до такой степени, что были отчетливо видны их ребра. Голодные животные принялись облаивать карету.

Наконец они подъехали к магазину, и Лидия почувствовала явное облегчение, выходя из кареты. Однако вскоре ее настроение испортилось.

– Это сущая правда, мисс, -заявил ей Карнелли, протягивая лист бумаги. – Стела вписана в реестр грузов, отправленных вашим отцом, как ни грустно мне говорить об этом.

У Лидии пересохло в горле. Значит, здесь и ее вина. Она попросту просмотрела очевидную подделку.

– Но как этот предмет мог попасть сюда? Отец ни за что не пропустил бы такую вещь.

Торговец пожал плечами:

– Возможно, кто-то просто вскрыл груз в Порт-Саиде или даже на Мальте. Вскрыл и подменил подлинный предмет этой подделкой.

– Скорее всего, – кивнула Лидия. Именно таким было единственное возможное объяснение. Но она решила на время отложить мысли об этом и заняться выработкой плана своих ближайших действий. Ей неизбежно придется снова иметь дело с виконтом. – Я не знала, что лорд Санберн входил в число клиентов моего отца. – Кстати, это свидетельствовало о вопиющей небрежности с ее стороны. – А кто такой этот его агент?

– Я не знаю, мисс. Ни один из предметов в этой партии даже и не предназначался его светлости. Я обычно продаю ему товары, полученные от Колби. Мистер Санберн не интересуется дешевкой. – Уловив пристальный взгляд Лидии, торговец покраснел и пожал плечами: – Я имел в виду – менее дорогими предметами, мисс, которые обычно поставляет ваш отец.

– Отец реализует предметы старины, которые правительство Египта разрешает ему продавать, – заметила она. – Он же не мародер, сэр. Мой отец – порядочный законопослушный ученый. И вам это хорошо известно.