На краю Принцесс-парка - Ли Маурин - Страница 96

Грета инстинктивно почувствовала, что, если она сейчас откажется, другого такого предложения не будет. Так, значит, Чарли хочет «перепихнуться» с ней, как говорят американцы? Она ответила не сразу – раньше ей и в голову не пришло бы ничего подобного, но, выйдя замуж второй раз, она чувствовала себя совсем другим человеком, настоящей дамой из высшего общества, которой любовники положены по рангу. Грета получала немалое удовольствие от общества Чарли, от потока его комплиментов, оттого, как он на нее смотрел. Более того – ей попросту хотелось заняться с ним любовью. Мэттью никогда ничего не узнает!

– Почему бы и нет? – хихикнула она.

Чарли заплатил за номер, и они поднялись на второй этаж.

В июне домой приехала Мойра, окончившая второй курс университета, а Брэндан отпраздновал свой первый день рождения. В этот день Дэйзи пришлось поменяться с кем-то сменами, а Хизер – прийти с работы пораньше. Разумеется, пригласили Грету, но в последнее время Руби видела свою старшую дочь довольно редко и подозревала, что она может не прийти и на этот раз.

Теперь главным человеком в доме на краю Принцесс-парка был Брэндан: все остальные обитатели дома беспрекословно исполняли его малейшие прихоти. Мойра несколько раз в неделю звонила домой из Норвича, желая узнать, как идут дела у ее племянника, а Дэйзи и Хизер были его покорными рабынями. Клинт с Мэттью также были от малыша в полном восторге.

– Вы мне испортите ребенка! – раз за разом повторяла Руби.

Она любила мальчика не меньше, а может, и больше, чем все остальные, однако старалась не потакать ему. Но сказать это было легче, чем сделать: шаля, Брэндан становился еще более забавным и трогательным, чем обычно. К тому же Руби считала, что не следует слишком ругать правнука за то, что он, к примеру, раскрыл коробку с кремами для обуви и с ног до головы перепачкался в черное. Это всего лишь означало, что мальчик умен и что он пытался – пусть и неудачно – придать себе более благородный вид. А когда Брэндан посадил крючки для одежды на краю лужайки перед домом, это было лишь очередным доказательством мощи его интеллекта: малыш просто думал, что крючки прорастут. Он начал ходить уже в десять месяцев, а в его словарном запасе было больше пяти слов. Первым словом, которое он научился выговаривать, было слово Би – так Брэндан звал Руби.

Руби жила в постоянном страхе, что у нее заберут правнука. Она до сих пор вспоминала угрозы Греты, хотя с тех пор они больше не звучали. Не стоило также забывать о возможном возвращении Элли: ведь ее внучка вполне могла заявить, что забирает сына себе, и тогда у Руби не было бы оснований ответить ей отказом. Она попыталась заранее настроиться на это, сделать так, чтобы исчезновение Брэндана не стало для нее слишком тяжелым ударом. Руби тяжело было думать о том, что каждый день Брэндана в доме миссис Харт может стать последним, – но другого выхода не было, и тем более драгоценным становилось для нее его пребывание здесь.

На день рождения Руби купила Брэндану джинсовый комбинезон с красными нашивками на коленях, красную футболку к нему и кроссовки.

Облаченный во все это, Брэндан на своем похожем на трон стульчике сидел во главе праздничного стола, а гости изображали свиту, поднося ему свои дары.

Когда обед был уже в разгаре, появился тяжело дышащий Клинт с огромным ярким мячом.

– Я отпросился всего лишь на час, так что мне прямо сейчас надо возвращаться, – сказал он и широко улыбнулся мальчику. – С днем рождения, Брэндан!

Брэндан решил, что мяч интересует его намного больше, чем чашка с чаем, и день рождения переместился в сад. Дэйзи пришлось гоняться за мальчиком с праздничным тортом и умолять его задуть единственную свечу, которая в конце концов потухла сама собой.

Стоял свежий июньский денек, немного более прохладный, чем можно было ожидать, хотя солнце светило очень ярко, а небо было безоблачным. В саду цвели многочисленные цветы, а деревья были одеты во всевозможные оттенки зеленого.

Усевшись на траву, Руби задумалась, сколько же дней рождения прошло в этом саду с тех пор, как они въехали в этот дом. Тогда Грете было три года, Хизер два, а Джейк был таким, как Брэндан. Руби бесчисленное множество раз устраивала праздничные чаепития для детей, за которыми она присматривала во время войны, – она вспомнила, что одной из девочек, Молли, исполнилось четыре года всего лишь за несколько недель до того, как в дом ее родителей попала авиабомба. Бедняжке так и не выпала возможность отпраздновать пятый день рождения. Двойной день рождения близняшек всегда был весьма суматошным событием – на него приглашалось огромное количество друзей и знакомых. Дэйзи же устраивала менее многолюдные вечеринки: обычно на ее днях рождения присутствовали только родные и Клинт.

Уходя, Клинт целомудренно поцеловал Дэйзи в щечку. Нетрудно было заметить, что особой страсти в их отношениях нет, – вероятно, они были знакомы слишком давно и считали друг друга кем-то вроде брата и сестры. Ни у Клинта, ни у Дэйзи никогда не было любовных отношений с другими представителями противоположного пола, и Руби никак не могла решить, хорошо это или плохо.

Сразу после ухода Клинта появился Мэттью, неся перед собой крошечный трехколесный велосипедик. Он помахал Руби рукой, а Брэндон тут же бросил мяч и побежал за очередным подарком. Мэттью усадил малыша на сиденье, а Мойра и Дэйзи показали мальчугану, как крутить педали. Хизер крикнула, что сделает Мэттью чай. Тот кивнул и сел на траву рядом с Руби.

– Я думала, что ты ужасно занят, – сказала она.

– Так и есть. Я сказал в фирме, что у меня важная встреча, а сам поехал сюда. Погода слишком хорошая, чтобы сидеть в офисе. В последнее время я чересчур много времени провожу в помещении – такая уж у меня должность.

Мэттью снял свой темный пиджак и ослабил галстук, его белая сорочка была идеально выглажена. Руби с удивлением подумала, что Грета наконец научилась пользоваться утюгом, но оказалось, что белье им гладят в прачечной. Она спросила, придет ли Грета.

– Утром она ничего не говорила на этот счет, только сказала, что собирается встретиться в обед со своей подругой Ширли.

– А кто она такая, эта Ширли?

– Не знаю, Руб, – пожал плечами Мэттью. – Я с ней не знаком.

– А я думала, что она ваша соседка.

– Нет. Кажется, она живет где-то в Вултоне. Грета познакомилась с ней в парикмахерской.

– Но ведь… ладно, не важно. Наверное, я что-то перепутала, – сказала Руби.

Она хорошо помнила слова Греты, что Ширли живет по соседству, но спорить не имело смысла. Ее обрадовало то, что дочь наконец нашла чем заполнить свободное время. Тем не менее эта радость была с легким привкусом горечи – Грета могла бы заходить к ним и почаще.

– Хорошо выглядишь, – заметил Мэттью. – Это новое платье?

– Нет, я купила его, когда собиралась в Вашингтон. С тех пор у меня почти не было повода надеть его.

На Руби было похожее на индийское сари бирюзовое платье с бисером на вороте.

Мэттью лег на траву, подложив ладони под затылок.

– Студенты уехали? – спросил он.

– Да, в эти выходные мы попрощались с последним из них. Никак не могу привыкнуть к мысли, что больше их не будет. У меня такое чувство, что они, как обычно, приедут с минуты на минуту.

Несколько месяцев назад на семейном совете было решено, что после того, как Мэттью отказался брать с них арендную плату, необходимость в студентах отпала. В понедельник Мойра должна была выйти на работу – она решила на летних каникулах поработать официанткой. Таким образом, теперь можно было рассчитывать и на ее вклад в семейный бюджет. Дэйзи же напомнила, что менее чем через год она выходит замуж, поэтому будет отдавать часть заработка только до Рождества. Они с Клинтом собирались переехать в Лондон – единственное место, где мог найти работу человек, мечтающий о карьере в киноиндустрии.

Брэндан ударился ножкой о педаль велосипеда, пару раз всхлипнул и побежал к Руби, которая тут же стала тереть ему ступню.