Огонь его поцелуев - Хоукинз Александра - Страница 27

Широкими шагами он вышел на середину холла и хорошо поставленным голосом позвал дворецкого.

— И что нам делать? — набравшись смелости, задал вопрос младший брат.

Сэр Генри вздрогнул, когда лорд Стефан положил руку ему на плечо.

— Мы, дорогой братец, обыщем все улицы этого города, нанесем визиты всем ее подругам. София будет искать помощи, и я подозреваю, что мисс Фрэнсис — первая на очереди.

Все кончено.

Теперь она — София Хаузли, графиня Рейнекортская.

В сотый, наверное, раз новобрачная рассматривала кольцо, надетое ей на палец лордом Габриелем. Золото весело поблескивало в свете горящих свечей. Наклонив голову набок, она молча восхищалась кольцом, ощущая приятную тяжесть на безымянном пальце левой руки.

— Могу представить, что ты сейчас чувствуешь, — сказала леди Синклер (нет, Джулиана: маркиза хочет, чтобы она обращалась к ней по имени), прекрасно понимая, о чем сейчас думает девушка.

Обильный свадебный банкет состоял из приготовленной разными способами оленины и телятины, вареной баранины с сельдереем и сливками, пирогов с артишоками, слоеных пирожных с шоколадом и миндалем, а также разнообразных фруктовых пирогов… После десерта леди отправились наверх в гостиную, а джентльмены уединились в библиотеке в компании портвейна и бренди.

Впрочем, лорд Габриель и его друзья надолго там не задержались. Один из приятелей — кажется, это был герцог Хантли — в шутливой манере предупредил молодожена, что не следует надолго оставлять жену одну. Мужчины поднялись наверх.

Лорд Габриель отвечал на двусмысленные шутки приятелей легкой усмешкой и колкими замечаниями. Он подошел к диванчику, на котором сидела леди София, и поцеловал ее в щеку. Целомудренный поцелуй развеселил его друзей, в особенности лорда Чиллингсвортского. Молодая жена не могла понять: что тут смешного?

Леди София то и дело бросала застенчивые взгляды на мужа. Он стоял в углу гостиной и разговаривал о политике с лордом Сейнтхиллом и Хью. Остальные джентльмены прислушивались к их беседе. Время от времени то один, то другой вставляли реплики в довольно пылкий диалог.

Леди София улыбнулась краешком губ леди Джулиане.

— В любом случае мои братья не признают этот брак. Насколько он законен или незаконен с юридической точки зрения, для них все равно.

Фанни резким движением поставила чашку на блюдце. Посуда громко звякнула.

— Стефану и Генри остается только смириться.

Леди Джулиана посмотрела на собравшихся в кружок джентльменов. На фоне позолоченного великолепия гостиной эти семеро мужчин казались людьми, лишенными светского лоска, возможно даже недостаточно хорошо воспитанными. Ее муж сказал что-то лорду Рейнекорту. Граф, резко мотнув головой, громко расхохотался.

— Я бы не стала недооценивать «лордов порока». Граф сделал все, что от него требовалось, чтобы ты оказалась под его защитой и законность вашего брака никто не смог оспорить в суде, — сказала маркиза.

Леди София нервно сплела пальцы рук.

— Он уже сообщил мне об этом, но, если быть честной до конца, до появления Габриеля я и сама неплохо справлялась. Сначала я выбралась из-под замка, а потом собиралась взять лошадь и поехать к тебе, Фанни.

Сидевшая слева от подруги мисс Фрэнсис коснулась ее руки, привлекая внимание.

— Лорд Рейвеншоу стал бы тебя искать. Думаю, первым делом он направился бы в городской дом моих родителей. Лорд Рейнекорт поступил совершенно правильно, похитив тебя у братьев. Они никогда не ценили тебя по достоинству.

— Фанни! Ты не кажешься особо обеспокоенной тем, что граф сделал сегодня днем в доме лорда Брэмсбери.

— Ну… Я видела и раньше, как ты флиртовала с лордом Рейнекортом.

— Флиртовала?! — фыркнула леди София. — Ну… я бы не назвала это флиртом.

— Это был флирт… конечно же флирт… — сказала леди Джулиана.

В ее зеленых глазах сверкнули озорные огоньки.

— Хотя, зная лорда Габриеля, я бы не удивилась, если бы узнала, что он и сам до конца не осознавал, что флиртует с тобой.

Заметив смущение леди Софии, молодая маркиза бросила быстрый взгляд на джентльменов и, удостоверившись, что их разговор никто не подслушивает, подалась вперед.

— Если ты думаешь, что лорд Габриель женился на тебе только из ложного чувства рыцарского благородства, ты не права. Уверяю тебя, граф женился на тебе потому, что это соответствовало его желаниям.

Леди София вспомнила ответ Габриеля на поставленный ею вопрос: чего он ожидает от своей будущей жены?

«Преданности и уважения. Моя жена должна делить со мной постель и рожать мне детей».

Ее муж, кажется, точно знает, что ему нужно от жизни…

— Быть может, Джулиана, ты и права, — сказала леди София. — Признаться, сложившаяся ситуация кажется мне несколько странной.

— Я не могу назвать себя умудренной опытом матроной, познавшей все тонкости брака. Только год назад я сама вышла замуж. Но я могу дать один ценный совет: будь терпелива с Габриелем. Его первый брак оказался неудачным. Об этом не принято говорить в нашем кругу… Не верь слухам… Он хороший человек. К сожалению, у Габриеля, как и у большинства толстолобых мужчин, слишком высокое самомнение. Если им хорошенько заняться, из графа можно воспитать хорошего мужа.

Леди София удивленно приподняла брови.

— Ты говоришь серьезно? А как твой муж относится к этому так называемому «воспитанию»?

Леди Джулиана приподняла пальчик и прикоснулась к губам.

Три женщины рассмеялись.

Когда разговор перешел от мужей к последним веяниям моды, отраженным на страницах «La Belle Assemblee» [7]леди София отвлеклась, мечтательно поглаживая золотое кольцо на пальце.

Свадебная церемония была краткой. Священник, которого лорд Сейнтхилл ввел в гостиную, оказался человеком умным и не выказал ни малейшего любопытства по поводу спешности проводимой им церемонии.

На фоне богато украшенной гостиной было особенно заметно, что платье Софии совершенно не соответствует этому торжественному, единственному в своем роде событию. Если бы она знала обо всем наперед, то оделась бы не в темное муслиновое платье с множеством оборок, а во что-нибудь более светлое. Поскольку лорд Стефан лишил ее услуг горничной Люси, София вынуждена была провести ночь не раздеваясь, в своем будущем свадебном платье. Она ужасно устала, хотела принять ванну и боялась, что от нее пахнет потом.

Настроение девушки еще больше ухудшилось, когда она сравнила свой туалет с нарядами леди Синклер и Фанни. На подруге было белое платье с причудливой пурпурной кружевной оторочкой внизу юбки. На леди Синклер, вернее, на Джулиане — пышный туалет из индийского муслина, надетый поверх сатиновой нижней юбки персикового оттенка.

Рядом с ними София казалась себе похожей на ворону, которая всю ночь летела по бушующему грозовому небу.

Женщины прекрасно понимали причину ее душевных страданий. Прежде чем ее добровольный защитник смог сказать хоть слово наперекор их планам, они вывели невесту из гостиной и провели в одну из верхних спален. Здесь они помогли ей раздеться. Помятое платье отдали служанке, чтобы та погладила его. Другая служанка принесла таз с теплой водой, полотенца и мыльный шарик. София тщательно вымыла лицо и руки. Когда она немного привела себя в порядок и освежилась, Фанни вынула все шпильки из собранных в высокую прическу волос и расчесала длинные белокурые локоны.

Через полчаса София вошла в гостиную в свежевыглаженном платье. Ее волосы были уложены в аккуратную прическу, совсем не похожую на то воронье гнездо, которое было на ее голове еще совсем недавно.

В синих глазах лорда Габриеля промелькнуло восхищение. Подойдя к жене, он взял затянутую в перчатку руку и, нагнувшись, прикоснулся к ней губами.

— Ну что, ты будешь моей женой? — спросил он, давая девушке последний шанс избежать того, что, судя по всему, было предназначено ей самой судьбой.

— Да, — ответила София.