После заката с негодяем - Хоукинз Александра - Страница 28

Дэр дождался, пока лакей неслышно выйдет из комнаты, и лишь после этого ответил. Сделав неопределенный жест в ее сторону, он сказал:

— Ты выглядишь, как дама, которая провела ночь с пылким любовником.

Реган посмотрела на свое платье и нахмурилась.

— С моей одеждой все в порядке.

Да, признала она про себя, этот цвет не очень ей идет, да и характеру не соответствует, но она выбрала его намеренно. Платье было не вызывающим, практичным и солидным. Оно никого, включая Фроста, не могло бы навести на мысли о том, чем они с Дэром занимались в библиотеке.

Дэр наклонился над столом так, чтобы его голос не мог услышать никто, кроме нее.

— Я не об одежде. Я имею в виду выражение твоего лица. Ты вся просто светишься от счастья, Реган.

Чтобы не рассмеяться, девушка зажала рот рукой.

— «Светишься от счастья», — повторила она. — Разве это преступление, Дэр?

— Фрост не дурак, — строго произнес Дэр. — У тебя кожа блестит, как восточный жемчуг, а золотые искорки в глазах сверкают, как звезды. Ты двигаешься, как женщина, думающая о своем теле.

Реган про себя отметила, что на самом деле думала лишь об определенных частях своего тела. Дэр был крупным мужчиной и произвел на нее самое благоприятное впечатление.

— В этом даже есть что-то поэтичное. Ты никогда не пробовал увековечить свою страсть в стихах? — спросила Реган, просияв при мысли о том, что Дэр мог бы сочинить что-нибудь в ее честь.

Он поставил на стол чашку с кофе.

— О боже, — пробормотал он и потер шею, как будто почувствовал неожиданную боль.

Подозревая, что он зарычит на нее, если она попытается его успокоить, Реган взяла вилку и снова принялась за завтрак.

— Ладно, забудь о поэзии, — великодушно позволила она. — Если мне захочется потешить свое романтическое сердце, я возьму Байрона или Колриджа.

— Держись подальше от поэтов, дорогая сестренка, — произнес Фрост, входя в комнату в сопровождении дворецкого. Его помятый камзол свидетельствовал о том, что он только что вернулся домой после вчерашнего вечера. — Большинство из них — умные нахалы.

Реган бросила взгляд на Дэра. Уткнувшись в утреннюю газету, он, похоже, не имел желания высказываться по этому поводу.

— Что за глупости!

— Напротив. — Фрост, направляясь к своему месту, чмокнул сестру в щеку и сел на стул рядом с ней. — Ты не поверишь, сколько глупых барышень теряют голову, когда слышат романтическую дребедень.

Хоть брат и не хотел ее обидеть, Реган почувствовала, как у нее зарделись щеки. Она ведь только что в шутку просила Дэра увековечить их вчерашнюю страсть в поэтических строках.

— Так ты не шепчешь сладкую лесть на ушко своим любовницам, братец?

— Реган! — В голосе Дэра прозвучал упрек.

Фроста этот вопрос позабавил и удивил.

— Когда я с дамой, слова не нужны.

Он поднял руку и щелкнул пальцами.

— Я знаю другое применение своим рукам и языку.

Дэр сверкнул глазами, глядя на своего друга.

— Что ты себе позволяешь, Фрост? Реган — твоя сестра, а не одна из девочек мадам Венны.

Реган едва не подавилась кусочком яйца, вспомнив, как Дэр умело пускал в ход свои руки и губы. Он проявил именно те таланты, которыми сейчас похвалялся ее брат.

Не обратив внимания на нравоучительный тон друга, Фрост взял тост с маслом и принялся намазывать его ежевичным вареньем.

— А ты меня удивил, Дэр. Мне показалось, одна дамочка вчера собиралась уложить тебя в свою…

— Прошу прощения. — Реган порывисто встала, ударившись коленом о ножку стола.

Хоть она и была уверена, что между Дэром и миссис Рэндалл ничего не было, ей совершенно не хотелось слушать, как он будет вешать лапшу на уши ее брату. Даже напоминания о том, что Дэр был увлечен вдовой, оказалось достаточно, чтобы у нее заскрежетали зубы.

Реган заставила себя приятно улыбнуться.

— Я вас оставлю. Не хочу мешать вашей ученой беседе.

Фрост притворно вздохнул:

— Жаль. Надеюсь, ты уходишь не из-за меня.

Ей стало очевидно, что он хочет, чтобы она ушла. Вопросы, которые Фрост будет задавать Дэру, не предназначались для ушей леди. Остатки приподнятого настроения испарились, как только она начала думать о прекрасной вдове. Ледяным тоном Реган произнесла:

— Вовсе нет. Всего доброго, джентльмены.

Бирюзовые глаза Фроста впились в Дэра, едва за Реган закрылась дверь.

— Где или, вернее, с кем ты провел вчерашний вечер?

— Ни с кем, — без тени смущения солгал Дэр.

— А что с миссис Рэндалл?

Дэр взял чашку и отпил кофе. Напиток уже остыл, но он все равно сделал еще один глоток.

— С каких это пор ты стал таким любопытным, Фрост?

— С недавних.

Дэр пожал плечами, решив, что безопаснее будет держаться как можно ближе к истине.

— Я провел миссис Рэндалл домой. Она предложила зайти к ней выпить бренди, но я отказался.

Некое подобие облегчения скользнуло по лицу его друга.

— Так чем же ты занялся после этого?

— А почему ты спрашиваешь?

— Просто ответь на вопрос, Дэр.

— Вернулся домой и лег спать пораньше.

Мысленным взором он увидел, как укладывает Реган на пол в библиотеке. Ему представилась лихорадочная возня с пуговицами и лентами и немедленная, неодолимая потребность войти в нее.

— К чему эти расспросы?

— Я только что из «Золотого оленя».

«Золотой олень» был игорным домом, пользовавшимся самой дурной славой, поскольку туда, точно пчелы на мед, слетались преступники всех мастей. Любой, у кого водились деньги, был там желанным гостем, и существовало множество способов лишиться целого состояния, которые не имели ничего общего ни с картами, ни с игрой в кости. В этот притон любили наведываться молодые отчаянные отпрыски аристократических фамилий, которые считали себя непобедимыми.

Бывал там и Фрост.

Дэр отодвинул чашку с недопитым кофе.

— Только не говори, что ты ходил туда один.

Фрост улыбнулся и взял со стола нож. Глядя на него, Дэр подумал, что его друг вполне в состоянии защитить себя.

— Не нужно нравоучений. Я и так достаточно слышу их от Сина и Рейна. К тому же сейчас не имеет значения, зачем я туда пошел. У меня есть печальная новость, которая может заинтересовать тебя.

Дэр с озадаченным видом положил руки на колени и подался вперед. Для Фроста слухи и пересуды иногда могли быть ценнее золота. В прошлом году, например, именно в «Золотом олене» он узнал о том, что лорд Рейвеншоу вознамерился выдать свою сестру за лорда Макнея. Деньги, которое он рассчитывал на этом заработать, должны были покрыть его долги.

Рейну тогда эта новость очень не понравилась, поскольку у него в это время уже был роман с леди Софией. Вместо того чтобы придушить Рейвеншоу, их приятель похитил свою даму сердца прямо из-под носа графа и, не теряя времени, женился на ней, заполучив специальное разрешение [5].

— Что за новость?

— Миссис Рэндалл мертва.

Глава 18

Весть о смерти миссис Рэндалл разлетелась по Лондону со скоростью пожара. Реган узнала о смерти вдовы, когда в компании Tea и Нины наведалась к жене Сина Джулиане. Маркизу они застали в обществе Софии, супруги Рейна, и ее маленькой дочери, Лили Грейс. Рейнкорты только недавно приехали в город погостить у друзей.

Из окна гостиной Реган наблюдала, как во дворе дома Синклеров фехтуют Син и Рейн. Оба джентльмена были в белых рубашках, и у обоих просматривалась весьма внушительная мускулатура. Реган подозвала бы к окну и Tea с Ниной, но в присутствии жен этих джентльменов это было бы бестактно.

— Уму непостижимо, — покачала головой Реган. Как и все в городе, женщины обсуждали убийство. — Только вчера вечером я видела миссис Рэндалл на балу у лорда и леди Трасселл.

Она старательно избегала упоминать тот факт, что вдова ушла с бала в обществе Дэра, но об этом все равно стало бы известно, поскольку тому имелось слишком много свидетелей.