Рыцарь наслаждения - Мэллори Маргарет - Страница 13

Он обошел пышногрудую Мари де Лизьё, но она учуяла его, как охотничья собака чует дичь. В следующий момент он уже оказался в углу тет-а-тет с другой блондинкой. Они много смеялись и явно были на короткой ноге и наслаждались обществом друг друга.

— А это кто? — шепотом спросила она у Роберта. Роберт проследил за направлением ее взгляда.

— Кто? Та женщина со Стивеном Карлтоном?

— Да. — Изабель пригубила вино. — Она недурна собой. На самом деле женщина была потрясающе красива. Роберт взял горстку засахаренных орехов из вазочки на столе.

— О да, Клодетта так же хороша, как и ее знаменитая кузина..

— У нее есть знаменитая кузина?

— Одетта де Шампдивер, любовница французского короля.

Изабель покачала головой:

— Никогда о ней не слышала.

— Тебе известно, что король Карл сумасшедший? [1] — Его глаза блеснули. — Так вот, Одетта уже двадцать лет состоит у него в любовницах, а он об этом даже не подозревает.

Изабель рассмеялась — она могла слушать рассказы Роберта всю ночь.

— Сначала Одетта была любовницей его брата, Луи Орлеанского. Потом Луи стал любовником королевы, и вместе они послали Одетту в постель к королю вместо королевы — нарядили в ее платье, и все!

— И король поверил?

— Верит каждую ночь уже двадцать лет. — Роберт покачал головой. — Говорят, он никогда не отличался особым умом, а рассказать ему правду и навлечь на себя гнев королевы не рискнет никто.

— А Клодетта? — Изабель вновь перевела разговор на женщину, чья рука сейчас лежала на руке Карлтона.

— Клодетта умнее своей кузины. Она накопила денег и осталась независимой. — Роберт грустно улыбнулся Изабель. — Но я забываюсь, ведя с тобой подобные разговоры.

—  Ярада, что ты это делаешь. Не люблю, когда со мной обращаются как с ребенком.

— Тогда я скажу так, — Роберт бросил взгляд на Карлтона, — если на публике мужчина с удовольствием общается с куртизанкой, это еще не значит, что он пользуется ее услугами в другое время.

Ну как Роберту удается все время угадывать ее мысли?

— И все же, — улыбка тронула уголки его губ, — Стивен не боится играть с огнем.

Играть с огнем. Господи помилуй! Каждый раз, когда она его видела, ей вспоминался эпизод в кладовой. Она снова чувствовала его губы на своих губах, его тело, прижатое к ее телу, его руки… Да спасет Господь ее душу, но она вообще мало о чем еще могла думать. Испытает ли она те же ощущения с будущим мужем? И греховно ли желать этого так отчаянно, всей душой?

Изабель взялась за кубок и сделала большой глоток.

— Семья Стивена жаждет, чтобы он остепенился — прежде чем чей-нибудь муж убьет его.

Она поперхнулась, едва не разбрызгав вино.

— Он заводит связи с замужними женщинами? — спросила она, прокашлявшись.

— Я снова тебя шокировал? — Роберт похлопал ее по спине. — Хорошенький же из меня получился наставник.

Для Изабель не было сюрпризом, что Карлтон заводит интрижки. Она поперхнулась вином, представив, что он действительно может целовать другую женщину так, как целовал ее.

— Для человека, который жаждет избежать свадьбы любой ценой, — пояснил Роберт, — замужние дамы — самый безопасный вариант.

— Он мог бы жить в воздержании.

Роберт взорвался таким громким хохотом, что многие головы, включая и голову Карлтона, повернулись к ним.

— Мне это не приходило на ум, но ты, конечно же, права. — Он взял ее ладонь и поцеловал, глядя Карлтону в глаза через весь зал. — Хотел бы я быть там, когда ты это ему предложишь.

Как будто услышав его слова, Стивен Карлтон покинул красавицу Клодетту и направился к ним. Его приветствие было в меру вежливым, однако дьявольская улыбка, которой он одарил Изабель, заставила ее забыть все слова.

Он уселся с другой стороны от Роберта и завел с ним непринужденную беседу:

— К лету мы будем контролировать большую часть Нормандии, включая твои родовые земли.

— Я буду странно себя чувствовать, вернувшись после стольких лет, — ответил Роберт. — А ты, Стивен? Когда ты отправишься в Нортумберленд, чтобы заявить права на владения своей семьи?

Изабель не удержалась — подалась вперед и спросила:

— Ваша семья потеряла свои земли?

Брови Карлтона взлетели вверх.

— А вы не знали? Мой отец, как и ваш, присоединился к северным мятежникам.

Значит, ему известно об ее отце.

— Но ваш брат близок к королю, разве нет?

— К счастью для меня, Уильям сражался за Ланкастеров, — улыбнулся Стивен. — Он мой сводный брат. Так как он единственный из родни не запятнал себя перед Короной, матушка отправила меня жить к нему, когда мне исполнилось двенадцать.

— А земли вашего отца были конфискованы?

— Ну конечно. — Он пожал плечами, как будто это ничуть его не заботило.

— Тебе стоит только попросить, — заметил Роберт, — и король вернет их.

Король Генрих позволил большинству бывших повстанцев и их семьям выкупать земли обратно. Она свою цену за возвращение фамильных владений заплатила. А Стивен? Чего захочет король от него в уплату такого долга?

— У нас оказалось больше общего, чем вы ожидали. — Стивен поднял кубок. — Мы оба родились от глупых, вероломных отцов.

Как он пережил измену отца? А его мать? Изабель так хотелось спросить…

Человек, сидевший с другой стороны от нее, тронул ее за локоть. Она обернулась — и оказалась лицом к лицу сэром Джоном Попемом, самым скучным человеком на свете.

— Вы знаете, сколько английских купцов прибудет весной в Кан, чтобы открыть торговлю?

Изабель покачала головой, и он завел пространный разговор о торговле. Так как Попем не требовал от нее ничего, кроме редких кивков, она могла уделить основное внимание разговору между Робертом и Стивеном.

— Уильям говорил, что весной намеревается вернуться в Англию, — сказал Роберт.

— О да, — ответил Стивен, — он не задержится вдали от Кэтрин дольше, чем это необходимо.

—  Ктоже станет его винить? Твой брат — счастливый человек.

И это говорит Роберт?

— Это точно, — согласился Стивен. — Совершенно точно.

Что же это за женщина, по которой вздыхают два заядлых дамских угодника — вздыхают и завидуют ее мужу?

Изабель вспомнила, что надо еще разок кивнуть Попему, и подвинулась поближе к Роберту.

— Я слышал от Уильяма, ты не торопишься на родину, потому что боишься Кэтрин.

Стивен расхохотался:

— Нет, я Кэтрин не боюсь — я ее обожаю! Но она вознамерилась отправить меня под венец — а ты ее знаешь.

— Да. У этой женщины железная воля, — подтвердил Роберт. — Она заставит тебя сделать по-своему.

Они снова засмеялись! Несмотря на пренебрежительные слова, в голосах их звучали только любовь и восхищение.

— У меня одна надежда: если Уильям подарит ей еще одного ребенка, младенец займет ее на какое-то время.

— Молись о двойне, — посоветовал Роберт. — О двойне, и никак иначе!

А потом Изабель поняла, что Карлтон стоит позади нее. Она подняла голову, и у нее перехватило дыхание: ну почему он такой красивый?

— Попем, леди с вами вот-вот умрет от скуки, — сказал Карлтон. — Если вам действительно хочется весь вечер говорить о бочонках вина и тюках шерсти, давайте отойдем в уголок и избавим других от необходимости вас слушать.

Прямота Карлтона поразила Изабель, но Попем рассмеялся:

— Вы, конечно, правы. — Он встал и обратился к Изабель: — Не знаю, что бы я без него делал.

Она понятия не имела, о чем толкует Попем.

Стивен без предупреждения наклонился к ней, и волосы его задели ее щеку, отчего сердце застучало гулко и часто.

— За вами теперь должок, — выдохнул он ей на ухо. Не успела она прийти в себя, как он взял ее за руку.

Она взглянула на его длинные сильные пальцы и вспомнила, как они зарывались ей в волосы, ласкали грудь. Она сглотнула и взглянула Карлтону в глаза: они потемнели. Он даже не пытался скрыть, что думает о том же самом.