Рыцарь наслаждения - Мэллори Маргарет - Страница 33

Он не упомянул второй причины для спешки. Если это нападение не случайно — а он подозревал, что так и есть, — бандиты не сдадутся вот так просто и не перекинутся на другую жертву. Кроме того, возможно, они — часть еще большей силы. И более опасной, соответственно.

Стивен ехал впереди и вел в поводу коня Уильяма. Дважды Изабель предупреждала, что Уильям падает, и приходилось останавливаться, чтобы поправить веревки. Изабель в это время сидела верхом и следила, не появится ли кто на горизонте.

Когда наконец показался монастырь, Стивен про себя вознес небу благодарственную молитву. Бог, несомненно, сегодня с ними.

Как только они подъехали, ворота распахнулись и оттуда выбежали Джейми и Джеффри. Джейми в мгновение ока оказался рядом с Уильямом.

— Насколько серьезна рана? — Джейми вытащил нож, чтобы перерезать веревки.

— Из седла его лучше вынуть внутри, — предупредил Стивен и бросил Джейми поводья.

Джейми взлетел на коня позади отца. Бережно наклонившись над Уильямом, он пришпорил коня и направил его в ворота, дальше по узкому мосту и через внутренний двор к церкви. В сопровождении нескольких монахов он двинулся вдоль церковной стены и скрылся в полукруглом дверном проеме.

Стивен, пригнув голову, проследовал за Джейми. Ему стало не по себе, когда он понял, что они в монашеской обители. Господь, может, и простит им, что они привели лошадей в такое место, а вот монахи точно не простят.

— Лазарет там. — Джейми указал на проход с противоположной стороны маленького дворика.

Вместе они перерезали веревки и вынули Уильяма из седла. Джейми побелел, когда голова Уильяма запрокинулась, открывая пропитанную кровью повязку.

Стивен поглядел в испуганные глаза племянника:

— Нет человека сильнее его. Он справится. Стивену и самому нужно было в это поверить.

— С Божьей помощью.

Стивен обернулся посмотреть, кто произнес последнюю фразу, и увидел древнего монаха с согбенной спиной и белоснежными волосами вокруг тонзуры. Монах махнул им рукой, приглашая в ту самую дверь, на которую указывал Джейми, и прошел следом за ними. Они положили Уильяма на кушетку в углу, и он застонал. Без сознания, но точно жив!

— Принесите лампу, — сказал монах, усаживаясь на табурет у кушетки.

Джейми сбегал за лампой в другой конец комнаты. Старый монах прижал ухо к груди Уильяма.

— Сердце у него сильное, и он может дышать, — заключил монах, выпрямляясь на табурете. — Снимите повязку.

Стивен встал на колени рядом с кушеткой. Он разрезал повязки, и монах промыл рану водой из таза, который вынул, кажется, прямо из воздуха. Потом монах щелкнул пальцами и указал Джейми на ряд горшочков на полке. Невероятно быстро он смешал из растертых трав душистую кашицу.

— Другие повреждения есть? — спросил монах, намазывая плоскими, скрюченными пальцами эту кашицу на кровоточащую рану.

— Нет, только эта рана от стрелы, — ответил Стивен.

— Он приходил в себя?

— Один раз, больше часа назад.

— Нет, дважды, — поправила Изабель, стоявшая за его спиной.

До этого момента Стивен не подозревал, что она проследовала за ними, и ощутил к ней благодарность. Когда она рядом, ему легче.

— Там был человек, я его не заметила, — проговорила Изабель с дрожью в голосе. — Лорд Фицалан метнул кинжал ему в сердце.

Стивен легонько сжал ее руку и поцеловал ледяные пальцы.

— Это вполне в духе Уильяма: очнуться в нужный момент и спасти всех. Он лучший человек из всех, кого я знаю.

Стивен услышал сдавленный звук за спиной и встал, чтобы обнять Джейми за плечи.

— Это из-за меня его ранили, — сказал Джейми надтреснутым голосом.

— Нет, вина целиком и полностью лежит на мне, — ответил Стивен, ощущая на плечах всю тяжесть своих ошибок. — Мне очень жаль.

Старый монах все прекрасно слышал — слух его не подводил, несмотря на годы.

— Божья воля в том, что этот человек ранен, — сказал он не оборачиваясь. — И с Божьей помощью он поправится. — Он повернулся на табурете и вытянул шею, чтобы лучше их видеть. — Вы ведь сильные ребята, правда? Пройдет время, прежде чем силы вернутся к этому, но он исцелится.

— Правда? — переспросил Джейми.

— Он все еще в опасности. Но я считаю, что он поправится. — Старый монах указал Стивену и Изабель на дверь: — Забери женщину, а парнишку оставь со мной. В помощь мне нужна только одна пара рук.

Стивен кивнул, но добавил:

— Сначала мне нужно перемолвиться словечком с племянником.

Лучше сразу с этим покончить.

Они с Джейми отошли в дальний угол комнаты.

— Знаю, что мои слова расстроили тебя, — сказал Стивен. — Это все случилось много лет назад, когда мать твоя была немногим старше тебя нынешнего. Я не вправе был открывать тебе эту тайну, но и ты не вправе судить ее. Она сделала это, чтобы выжить.

Джейми, плотно сжав губы, смотрел в пол, но слушал.

— Когда тебе исполнилось три годика, Уильям стал тебе отцом. Ты всегда знал, что в твоих жилах течет не его кровь, но в его сердце ты — его сын.

Джейми кивнул и вытер нос рукавом.

— Он лучший отец на свете.

— А твоя мать?

— Мне жаль, что ее здесь нет, — прошептал Джейми. — Остальное уже не важно.

Стивен сжал плечо Джейми и отвел его обратно к кушетке, на которой лежал Уильям. После лечения цвет лица у него существенно улучшился. Кажется, он попал в хорошие, надежные руки — старый монах знал свое дело. Стивен тут же озвучил эту мысль.

— С таким уходом твой отец поправится, — сказал он Джейми. — Я уверен.

Старый монах жестом отослал их, Стивен поблагодарил его за заботу и вышел вместе с Изабель. Снаружи они обнаружили Джеффри. Высокий, приятной внешности человек рядом с ним мог оказаться только настоятелем монастыря.

— Благодарим вас за гостеприимство, — сказал Стивен, когда Джеффри их представил.

Отец-настоятель взял Стивена под руку и отвел на несколько шагов по дорожке.

— Мы, разумеется, привечаем путников, но сейчас беспокойные времена, — проговорил он негромко и покачал головой, — а монастырь наш мал. Для нас затруднительно… с удобствами… разместить гостью.

Стивен догадывался, что настоятеля беспокоит не столько комфорт Изабель, сколько спокойствие братии. Красивая женщина, к тому же одетая в мужские рейтузы, ни больше ни меньше, в стенах маленького аббатства — это большое искушение, которого настоятель не хотел.

— Надолго мы не задержимся, — заверил его Стивен. — Под покровом темноты я отправлюсь в Кан и вернусь завтра с подкреплением солдат.

Глаза настоятеля расширились. Он явно встревожился.

— У нас всего две гостевые комнатки… — начал он жалобно.

— Если с моим братом все будет в порядке, завтра днем мы все уедем.

Отец-настоятель вздохнул с облегчением:

— Один из наших братьев вырос в соседней деревне. Он сумеет провести вас в начале пути по темноте. — Он явно хотел поскорее от них избавиться. — Я велю принести вам еду в странноприимные палаты.

— Вы очень добры. Может быть, после трапезы я поведу леди Хьюм прогуляться?

— Прогулка — лучшее средство успокоить ее душу. — Аббат просиял при мысли о том, что на несколько часов Изабель исчезнет из виду. — Вдоль реки к нашему саду ведет прелестная тропинка. Земли эти лежат внутри стен, так что там вполне безопасно.

Стивен пообедал с Джеффри и Изабель за маленьким столом в женской гостевой комнате. За трапезой он расспросил Изабель о том, что случилось, когда они с Уильямом остались одни в лесу.

Она рассказала, и в животе у него сжался тугой узел. Как же близко он был к тому, чтобы потерять их обоих! У него дыхание перехватило от этой мысли. Он надеялся, Изабель не догадалась, что сначала ее изнасиловали бы, и хотел бы сам этого не знать.

В его памяти навсегда запечатлелся образ; Изабель, распростертая над телом Уильяма. Выжжен, как клеймо. Он взял ее за руку, не заботясь о том, что подумает Джеффри.

— Прогулка поможет нам развеяться, — сказал Стивен. — Настоятель сказал, что у реки есть тропинка, по которой мы можем пройтись.