Рыцарь наслаждения - Мэллори Маргарет - Страница 64

— Пойдем, жена, надо исполнить супружеский долг…

Стивен улыбнулся: он так долго ждал возможности это сказать.

Через несколько часов он проснулся, до краев наполненный блаженством. Теперь никто и ничто не отнимет у него Изабель. Она рядом — и он готов занять свое место в этом мире. Он вступит во владение своей землей, будет служить королю, станет надежным мужем и отцом.

Какая славная и счастливая жизнь лежит перед ним…

Эпилог

Нортумберленд, Англия 1422 год

— Ой! — Изабель, уколовшись, сунула палец в рот и отложила вышивание.

Он уже должен быть здесь, разве нет? Она принялась ходить туда-сюда по пустому залу, то и дело поглядывая на вход.

Куда он подевался?

Когда она проходила мимо одного из стрельчатых окон, налицо ей упал солнечный луч, напоминая о том, как сильно она этот дом любит. Они со Стивеном выстроили его на землях Карлтонов. С ним связаны были только самые светлые воспоминания.

Осталось лишь одно напоминание о былых несчастьях. Стивен и Роберт в один голос твердили, что надо с этим покончить.

Она снова повернулась — он стоял в дверях.

— Отец! — Сердце ее сжалось. Когда же он успел превратиться в старика? Она указала рукой на стол, накрытый у камина: — Присаживайся, пожалуйста, тебя ждут пирожные и сладкое вино.

— Ты помнишь, что я сладкоежка. — Он вытащил платок и высморкался.

Наполнив его кубок вином, Изабель взяла пирожное с блюда, стоявшего между ними. И столько невысказанных слов теснилось в груди, что она не знала, с чего начать.

— Я благодарен твоему мужу за то, что он иногда привозит детей навестить меня.

У Изабель кусок встал поперек горла.

— Сэра Стивена уважают по обе стороны границы, — продолжил ее отец. — Он, кажется, человек чести.

Слово «честь» повисло между ними как упрек.

— У него глаза светятся, когда он говорит о тебе. — Голос отца дрогнул. — Я должен знать, счастлива ли ты. Скажи мне.

Ее счастье для него важно. Она кивнула.

— Зачем ты это сделал? — спросила она, с трудом совладав с голосом.

Спустя столько лет она все еще хотела знать. Он провел рукой по седым волосам:

— Мы потеряли все. Все. На мне лежала ответственность за вас троих. Джеффри был так мал, а твоя мать… Она никогда не была такой сильной, как ты. Ты одна могла возродить семью. Другого способа я не придумал. — Он глубоко вздохнул и покачал головой: — Я думал, что Хьюм не переживет зиму.

Изабель положила, ладони на стол и сказала, глядя на них:

— Язнаю, что мужчины то и дело выдают дочерей замуж по таким же причинам. — Ей стоило немалого труда говорить спокойно. — Но ты воспитывал меня не как обычную девочку. Ты заставил меня поверить, что я особенная.

— Ты и была особенной с того дня, как родилась. — Он накрыл ее руки своими большими теплыми ладонями. — Бог — свидетель, я совершил в жизни много ошибок, но одну вещь я точно сделал правильно: я признал тебя и выдал за свою дочь.

Изабель вгляделась в его лицо. Неужели он знает правду?

— Твоя мать родила тебя через полгода после нашей свадьбы. — Он горько улыбнулся и пожал плечами. — Я умею считать, но что мне оставалось делать? Отослать ее обратно?

Он никогда даже мысли такой не допускал, Изабель была уверена.

— В первые годы она казалась довольно-таки счастливой. Но потом наши земли отняли, и она усмотрела в этом Божью кару за ее грехи. Я думал, если мы вернем себе все, она… — Он вздохнул и снова покачал головой. Давняя боль все еще точила его сердце.

— Его зовут Роберт, — тихо проговорила Изабель. — Я познакомилась с ним в Нормандии.

Брови отца взлетели вверх, но он понял, о ком она говорит.

— Он тоже не сделал бы ее счастливой, — сказала Изабель.

После двадцати пяти лет странствий, авантюр и мимолетных связей Роберт наконец-то остепенился. Слава Богу, что он встретил Клодетту.

— Мы очень подружились, но он никогда не стал бы мне таким хорошим отцом, каким был ты.

Едва Изабель произнесла эти слова, она поняла, что в этом-то и заключается правда. В первые тринадцать лет ее жизни ее растил самый лучший отец, какого только можно пожелать.

Он смотрел на нее с такой надеждой, с такой любовью, что обручи гнева, сковавшие ее сердце, наконец-то ослабли. Она наклонилась и поцеловала огрубевшие костяшки его пальцев. Когда Изабель вновь посмотрела отцу в лицо, по морщинистым щекам его текли слезы.

Звонкий смех, раздавшийся от арочного входа в зал, отвлек ее.

— Они снова сбежали от няньки, — сообщил Стивен. Одного ребенка он нес, а другого вел за ручку. — Я нашел младшего в саду. Он ел землю, потому что ему так велела старшая сестрица. — Он кивнул на хихикающую девчушку, которая держала его за руку.

Их дочка Кейт улыбнулась озорной улыбкой, которая так походила на улыбку Стивена, что сердце Изабель сразу же растаяло. Божье наказание, а не ребенок! Но какая очаровашка!

Стивен осторожно поздоровался с тестем. Кейт же со всех ног бросилась к дедушке. В следующую минуту она уже тащила его к окну — показать что-то интересное.

— Ты рано вернулся, любимый, — сказала Изабель, когда Стивен опустился на скамью рядом с ней.

— Я беспокоился. — Он поцеловал ее в щеку. — Но, судя по тому, что твой отец не валяется с твоим же кинжалом в сердце, все прошло хорошо.

Она улыбнулась:

— Расскажи, как прошел твой день. Стивен поглаживал сына по голове.

— Наш скот не пострадал от разбойничьих набегов, а полям на пользу пошел вчерашний дождь.

— Кто бы мог подумать, что мой муж-вояка станет таким хозяйственным фермером и найдет в этом удовлетворение?! — Она ущипнула его за мускулистый бок: — Подозреваю, ты скоро растолстеешь.

Стивен наклонился так близко, что Изабель ухом ощущала его теплое дыхание.

— Когда мы останемся наедине, ты тоже получишь удовлетворение.

Изабель обернулась: Кейт завизжала от счастья. Увидев, что отец подбрасывает внучку в руках, Изабель почувствовала, как в груди истаяли последние остатки обиды.

Простив отца, она ощутила легкость и счастье. Она с улыбкой обернулась к Стивену. Он подмигнул ей:

— Как только твой отец уедет, мы запрем маленьких дикарей с бедной нянькой и…

Изабель засмеялась от счастья.