Возвращение колдуна - Хольбайн Вольфганг - Страница 166

Когда я снова открыл глаза, перед пульсирующим черным пузырем лежали десятки мертвых крыс, но, к моему бесконечному удивлению, леди Одли осталась невредимой. Я заметил, что она была связана с черным чудовищем тонкой блестящей нервной нитью. Вероятно, несчастная женщина была предусмотрена как последняя жертва.

У меня волосы встали дыбом, когда я увидел, как изменился Шуб-Ниггуратх.Содрогающийся комок преобразовался в разбухший пузырь из блестящей черной плоти размером со слона, и это громадное мерзкое создание лежало посреди зала, словно пульсирующая раковая опухоль. С дергающимися щупальцами, похожими на нити мокрой черной паутины, расставленными во все стороны, с хватающими ртами и более чем дюжиной огромных слепых глаз, которые, словно омерзительные цветы, раскачивались на длинных мокрых блестящих ножках, он вызывал невероятное отвращение. Мне стало плохо.

— Подойди ближе, ничтожный человечишка! — прогрохотал голос в моих мыслях.

Я скорчился, будто меня ударили. Отчаявшись, я попытался противостоять повелительному тону беззвучного голоса, но моя воля была сломана так же легко, как стебелек цветка в руке титана. Мои ноги сами по себе понесли меня к подрагивающему телу гиганта. Оказавшись рядом с ним, я увидел тонкие блестящие нити, которые шли от его уродливого тела. Они были разной длины и частично сплетались друг с другом, но почти все заканчивались маленькими безжизненными комочками серого меха. Это были крысы — жертвы, которые потребовались, чтобы чудовище снова могло пробудиться к жизни. Точно так же ему понадобится и леди Одли, чтобы сделать последний шаг из безумного измерения в наш мир.

Этих черных пульсирующих нитей постепенно становилось все больше и больше. В течение нескольких секунд половина зала была покрыта плотной блестящей сетью, похожей на огромную паутину. Приглядевшись к ней, я увидел внутреннее движение, которое сопровождалось постоянным дрожанием, и от этого вся масса беспрерывно сотрясалась, а тонкие нити, которые протягивались к телам крыс, впивались им под кожу. В конце концов я понял, что все это хитросплетение не что иное, как гигантское живое существо, центр которого находился в сгустке черной массы, а уже от него тянулись все нити.

Я остановился за два шага от отвратительного черного чудовища. От испытываемого мною отвращения во рту появился привкус горькой желчи, и я почувствовал, что в любой момент меня может стошнить. Несмотря на это, я поднял голову и собрал все силы, чтобы выдержать пронизывающий взгляд гигантских мутных глаз Шуб-Ниггуратха.

— Что… что ты хочешь от меня? — простонал я.

— Ничего, — ответило существо. — Ничего, что бы ты хотел отдать мне добровольно. Но это не имеет никакого значения. Ты будешь служить мне так же, как и все другие.

— Если ты хочешь убить меня, сделай это, — смело ответил я, хотя почти умирал от страха.

В ответ в моих мыслях раздался беззвучный злой смех.

— Дурак, — прошептал голос. — Ты умрешь, но не здесь и не сейчас. Твое время еще не пришло. А теперь на колени!

Я повиновался. Из разбухшей горы плоти до меня донесся мерзкий, чавкающий звук, затем бок чудовища раскрылся, словно огромная гноящаяся рана, и из нее ко мне протянулась тонкая извивающаяся нить.

Ошеломленный и беспомощный, я вынужден был смотреть, как щупальце дотронулось до моей ноги, полезло по штанине и приблизилось к моему лицу. Я испытывал неимоверное отвращение, но духовные оковы Шуб-Ниггуратхабыли слишком прочны. Я не смог даже закрыть глаза.

Щупальце продолжало ползти дальше. Оно дотронулось до моего подбородка, прикоснулось к нижней губе, на миг отскочило, а затем полезло дальше и, словно черная змея, обвило мою голову. Тонкая боль пронзила мой затылок, и одновременно с этим что-то впилось в мой дух.

У меня появилось такое ощущение, будто во мне теперь было две разные воли, два сознания, которые существовали независимо друг от друга. Одно сознание, полностью порабощенное волей Шуб-Ниггуратха, даже не хотелобороться против подчинения этому ужасному вампиру. Второе же подробно фиксировало все жуткие перемены, которые происходили внутри меня.

Рядом со мной вдруг застонала леди Одли. Ее лицо было бледным, а уголки рта все время подергивались. В тот же момент что-то произошло с крысами, и неясное предчувствие, которое внезапно возникло где-то в глубине моегосознания, стало усиливаться. Мне показалось, что развязка уже очень близка. В то время как щупальца Шуб-Ниггуратхапродолжали расти, захватывая все больше и больше животных, чтобы поглотить их, что-то…случилось.

Это было нечто, о чем… говорил Килиан. Нечто, что должно было произойти. Серые господа. Не крысы. Крысы — другие.

И я внезапно все понял.

Отчаянно напрягшись, я рванулся в сторону от чудовища, выхватил из-под пальто шпагу и разрубил тонкую черную нить, которая впилась в руку леди Одли. Монстр отреагировал с невероятной быстротой. Обе королевские крысы справа и слева от меня не двинулись с места, но черное нервное сплетение на полу дрогнуло, как от электрического удара. И тогда целая дюжина тонких, маслянисто поблескивающих нитей одновременно вскинулись и устремились ко мне.

Я молниеносно перерубил их шпагой, но тут же появились новые нити, которые обвили мои ноги и ноги леди Одли и, словно тонкие руки, попытались повалить нас на пол. Собрав свою волю в кулак, я развернулся и изо всех сил вонзил шпагу по самую рукоятку в пульсирующее тело Шуб-Ниггуратха.То, что произошло дальше, невозможно описать словами.

Пол огромного зала содрогнулся. Я упал, быстро откатился назад и разорвал черные нити, которые приклеились к моей одежде. Раздался ужасный вой, и высоко вверх ударили сразу несколько фонтанов черной вязкой жидкости. На меня накатила волна невыносимой жары. Вокруг распространился запах горелого мяса.

Круг из крысиных тел разорвался, и звери разлетелись, словно от удара, в разные стороны. Некоторые из них мгновенно погибли. С пронзительными, свистящими звуками начали разрываться черные нити, которыми были опутаны их тела.

А разрушение продолжалось!

Подобно смертоносной волне, разрушение прокатилось по всему залу, обрывая нить за нитью и превращая огромную паутину в бурлящую черную трясину. Наконец разрушительная волна добралась до самого Шуб-Ниггуратха.Отвратительное разбухшее тело содрогнулось и сжалось, глаза и щупальца высохли в мгновение ока. На короткий миг я вдруг поверил, что смерть, которую принесло ужасной паутине прикосновение моего магического оружия, распространится и на ее хозяина. Но проснувшаяся во мне безумная надежда не оправдалась.

Поначалу тело Шуб-Ниггуратхадействительно утратило свой насыщенный черный цвет, посерело и сморщилось. Кожа высохла, потрескалась, и из тела потекла черная, с омерзительным запахом жидкость. Но он не умер! Словно одно огромное бьющееся сердце, он напыжился и стал сжиматься, пульсируя все быстрее и быстрее. Неожиданно из его тела выстрелила тонкая нить, обвила одну из крыс, неподвижно лежавшую неподалеку, и впилась в ее тело. Крыса пискнула, взвилась и… распалась в пыль.

Нить втянулась назад, затем снова бросилась вперед, как слепая кобра, и направилась к следующей жертве. Ужасный процесс повторился, и чудовище на моих глазах стало набирать силу, высасывая жизнь из своих жертв. Еще несколько секунд — и оно сможет восстановиться в прежнем объеме!

Услышав крик Говарда, я обернулся. Он стоял на коленях рядом с леди Одли и пытался поднять ее, но ему не хватало сил. Отчаянно жестикулируя, он что-то кричал, однако я не разобрал ни слова. Подбежав к ним, я помог поставить леди Одли на ноги, и тут вдруг Говард начал размахивать руками, показывая на точку позади меня. Встревоженный, я повернулся к чудовищу. Прямо по телам обессиленных крыс бежало двенадцать крыс-чудовищ величиной с овчарок — лейб-гвардия мертвой королевы крыс, которые, очевидно, все еще были под властью Шуб-Ниггуратха!