Вне конкуренции - Тревор Рената - Страница 2

полиция представит достаточно доказательств в пользу виновности Рода Сандерсторма, то на этом

его бесчинства закончатся.

— Молодец! Узнаю свою девочку.

— Жаль только, что вместе с Родом невозможно упрятать за решетку и остальных членов его

клана, — негромко заметила Дейзи. — В подобном случае моя жизнь была бы значительно

спокойнее. Впрочем, об этом рано думать. Сейчас меня больше занимает твой подарок. — Она

помахала в воздухе путевкой.

Джордж Тревис улыбнулся, однако озабоченное выражение не покинуло его глаз.

— Понимаю, детка, в нашем деле порой приходится несладко. Тем более, что в последнее

время тебе пришлось вынести решение сразу по нескольким сложным случаям кряду. А тут еще

дело Сандерсторма.

— Не печалься. Ты ведь сам говорил, что подобные дела способствуют карьерному росту.

— Да. Но я также упоминал о том, что карьера хороша для тех, кто полезен обществу, —

напомнил Джордж Тревис.

Несколько задетая словами отца, Дейзи заметила:

— Мне казалось, что моя деятельность способствует очищению общества от множества

негативных проявлений. И если я отправлю на нары такого субъекта, как Род Сандерсторм...

Тревис замахал руками.

— Уймись, девочка! Похоже, я брякнул лишнее, а ты восприняла мои слова всерьез. Прости,

меня несколько занесло в сторону. На самом деле мне бы следовало поговорить о тебе и твоей

семье.

— О моей семье? — искренне удивилась Дейзи. — Как будто ты не знаешь, что вся моя

семья — это ты. Мой единственный близкий человек.

— Речь не обо мне, — нетерпеливо возразил Джордж.

Дейзи пожала плечами.

— Но ведь ближе тебя никого нет.

— Вот именно, — с нажимом произнес отец.

Ну, начинается! — поморщилась Дейзи.

Именно поэтому она и не любила обсуждать с отцом свою личную жизнь. Впрочем, таковой

в данный момент не было вообще, но все же...

— Папа, я не желаю в очередной раз выслушивать лекцию о биологических часах и тому

подобном. Сам прекрасно знаешь: профессия судьи практически не оставляет времени для...

— Это ты брось, — прервал ее Джордж. — У твоей матери почему-то нашлось для меня

время. И для тебя тоже. Или ты вообразила, что появилась на свет неким особым способом? — На

лице отца вновь расцвела лучезарная улыбка — та самая, благодаря которой среди друзей он слыл

очень обаятельным человеком.

— Папа, — с упреком произнесла Дейзи, — ведь ты начал готовить меня к будущей

профессии еще в те дни, когда подкладывал на мой детский стульчик свои толстенные книги по

законодательству. Так что не жалуйся теперь, что я не спешу сделать тебя дедом и отдать тебе на

растерзание твоих собственных внуков!

— На растерзание? — удивленно вскинул брови судья Тревис. — По-твоему, я

терроризировал тебя?

Дейзи понимала, что отец по обыкновению пытается поддеть ее, однако сейчас у нее не было

сил для поддержания подобной игры. Поэтому она сделала единственную беспроигрышную вещь

— шагнула вперед, обняла отца, чмокнула его в щеку и прошептала:

— Я горжусь тем, что у меня такой отец.

— Ах, детка! — сразу расчувствовался Джордж.

Дейзи почему-то почувствовала себя виноватой, хотя сказала истинную правду. Она

действительно гордилась тем, что является дочерью такого человека, как Джордж Тревис. И ей

хотелось сделать все возможное, чтобы отец тоже мог гордиться ею. Поэтому сначала Дейзи была

одной из лучших студенток юридического факультета, а сейчас изо всех сил старалась стать

выдающимся судьей.

— Я бы подарила тебе с дюжину внуков, если бы могла, — сказала она. — Но, к сожалению,

мы не всегда получаем то, чего хотим.

Отстранившись, Дейзи увидела в глазах отца боль и поняла, что он вспомнил о жене.

— С другой стороны, никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь, — быстро добавила

она, взглянув на путевку, которую все еще сжимала в руке. — Вдруг я встречу какого-нибудь

симпатичного островитянина на острове Кенгуру, влюблюсь и привезу с собой в Аделаиду? —

Дейзи мечтательно улыбнулась. — Сделаю из него этакого домашнего мужа, который станет

готовить еду, поджидая меня с работы, и присматривать за нашими ребятишками. Представляешь,

полон дом детишек, и все как две капли воды похожи на меня!

Джордж вновь повеселел.

— Ты моя прелесть. — Протянув руку, он ласково ущипнул дочь за щеку. — Если бы ты

только знала, как я тебя люблю!

Дейзи вздохнула и заморгала, прогоняя навернувшиеся на глаза слезы.

— Я тоже люблю тебя, папа.

Он кивнул на красочную брошюру.

— Отдохни как следует. — Быстро взяв себя в руки, он вновь приобрел привычный

«судейский» вид. — Проведи эти четыре дня с максимальной пользой. Поезжай на остров, а

работу оставь здесь. Никуда она не денется! — Джордж нежно стиснул локоть дочери и

одновременно кивнул клерку, пытавшемуся на расстоянии привлечь его внимание. Затем он вновь

взглянул на Дейзи и подмигнул. — А если встретишь какого-нибудь смазливого пляжного

волокиту, первым делом заставь его подписать брачный контракт.

Рот Дейзи изумленно открылся сам собой, но, когда отец вышел, она рассмеялась.

Курортный роман!

А что? Может, это именно то, что нужно! Только без всяких долгосрочных обязательств,

разумеется. Да-да, курортный роман тем и хорош, что твой временный партнер не объявится вдруг

почти через год, умоляя о продолжении отношений.

Дейзи аккуратно положила путевку и брошюру в карман своего строгого делового пиджака.

В ее голове успел сформироваться план действий.

Она оставит Фреду записку, в которой вновь объяснит, что между ними все кончено. Потом

уедет, предоставив своему ухажеру достаточное количество времени, чтобы он успел усвоить ее

послание и свыкнуться с мыслью о неизбежности разлуки. А когда Дейзи вернется с острова, Фред

больше не будет надоедать ей в ее собственном кабинете.

Боже милостивый, целых четыре дня свободы! Можно бездельничать, читать, валяться на

солнышке, купаться, пить нечто приятное из высокого стакана, украшенного крошечным

декоративным зонтиком.

— И, возможно, улечься с кем-нибудь в постель, — пробормотала Дейзи, улыбаясь.

— Простите? — посмотрела на нее молоденькая помощница, зашедшая в зал суда, чтобы

собрать со столов бумаги.

Сообразив, что говорит вслух, Дейзи быстро произнесла:

— Устала я сегодня, хочется поскорей улечься в постель. — На ее губах вновь возникла

радостная улыбка. — Тем более, что с завтрашнего дня у нас начинаются рождественские

каникулы.

— Ты еще не принял предложения о переходе на службу в наше отделение полиции? спросил

Майк Доусон своего старшего брата Джека.

Тот помедлил с ответом, глядя на веселящихся гостей и родственников. Братья сидели за

свадебным столом. Виновником торжества являлся сам Майк, а его прелестная избранница Джули

в скромном, но элегантном белом платье танцевала сейчас со своим отцом.

Джек давно принял решение сменить место службы, оставить работу в полиции на острове

Кенгуру и обосноваться на материке, в Аделаиде, где находилась вся его многочисленная семья.

Однако ему не хотелось говорить об этом сейчас. Нынешний день принадлежал молодоженам —

Майку и Джули, и Джеку не хотелось привлекать к своей персоне даже малую часть

причитающегося им внимания.

— Еще думаю, — нехотя обронил он.

— Решайся! — горячо произнес Майк. — Будешь поближе к семье. И потом, скоро мне

наверняка понадобится твоя помощь. — Джек вопросительно взглянул на брата, и тот лукаво

подмигнул ему. — Станешь по пятницам выполнять роль няньки для нашего малыша!

— Что? Вы с Джули уже успели...

— Вот именно, братишка! — счастливо рассмеялся Майк. — Скоро станешь дядей.