Вне конкуренции - Тревор Рената - Страница 28

свечи сгорят до твоего прихода.

Только тут Дейзи заметила, что свечи действительно сгорели больше чем наполовину.

— Прости, я немного задержалась в суде. У меня вообще выдался суматошный день. Сначала

ко мне заглянул отец...

— Ты разговаривала с отцом?

Удивительно, как быстро исчез куда-то мягкий искушающий тон Джека. Теперь его голос

звучал по-деловому. Дейзи даже улыбнулась.

— Да. Но мы могли бы обсудить это за остывшей китайской едой.

Джек на миг задумался, словно оценивая перспективу.

— Не возражаю.

— Прости, но я очень хочу есть. Только, боюсь, нам придется сначала погасить свечи, а то,

как бы не случилось пожара.

Джек наклонил голову и прижался губами к шее Дейзи.

— Признаться, я весь день боролся с другим пожаром, тем, что бушевал в моем теле... но ты

права, начать следует со свечей.

Дейзи рассмеялась было, но в следующее мгновение Джек крепко поцеловал ее.

— Да... — выдохнула она спустя некоторое время. — Действительно, впору применять

огнетушитель.

С этими словами Дейзи сама притянула к себе Джека и прильнула к его смеющимся губам.

Тот вместе с ней попятился в спальню и остановился, лишь упершись спиной в платяной шкаф.

— А, вот где эта штука! — произнес Джек, касаясь губами рта Дейзи.

Та взглянула на предмет, который он взял с тумбочки, но из-за потрясшего ее всплеска

чувственности не сразу сообразила, что это такое. Однако потом Дейзи сообразила, что видит

специальный медный гасильник для свечей, представляющий собой колпачок на длинной ручке.

— Надо же! — удивленно воскликнула она. — Ты действительно все предусмотрел.

— Нет, это заслуга моей сестры Синти. Вместе с братьями она приходила сегодня помогать

мне распаковывать вещи. Нужно будет рассказать ей, что множество горящих свечей

действительно представляется весьма романтичным, но лишь до тех пор, пока не начнешь их

гасить.

— Так это твоя сестра подала тебе идею насчет свечей?

Улыбка Джека приобрела лукавый оттенок.

— Скажем так: я чувствую себя естественно в области романтики.

— Значит... — Дейзи не хотелось выуживать информацию, но она все равно делала это

помимо собственной воли. — А почему твоя сестра дала тебе подобный совет? Ты рассказал ей

обо мне... о нас?

Джек взял ее за руку и повел обратно к лестнице.

— Да, но, разумеется, без подробностей. — С помощью медного устройства он погасил

несколько свечей, затем повернулся к Дейзи. — Желаешь услышать правду? Так знай: я хотел бы

поведать о нас с тобой всему миру!

Сердце Дейзи сладостно сжалось, лицо непроизвольно расплылось в улыбке.

— Но? — спросила она.

Джек вновь принялся гасить свечи.

— Не подумай, что я не доверяю своим родственникам, просто пока не хочу посвящать их в

нашу ситуацию.

Ответ удовлетворил Дейзи, и она последовала за спускающимся по лестнице и гасящим

свечи Джеком.

— Я начал ставить их снизу, и, пока добрался до конца лестницы, они кончились, — пояснял

он по ходу дела. — Поэтому на спальню свечей не хватило. Вернее, осталась только одна.

— Где ты их взял?

— Синти дала мне целый ящик. Она у нас любительница свечей.

Дейзи отметила про себя, что о сестре Джек говорит с особой теплотой.

— Я плохо представляю себе, каково это — иметь брата или сестру. А уж чтобы их было

несколько...

Они вновь поднялись по лестнице, держась за руки. Наверху Дейзи задумчиво добавила:

— Хотя, наверное, в этом есть свои недостатки, да?

В ответ Джек так красноречиво фыркнул, что она рассмеялась.

— Да уж, недостатки имеются. — Он вновь увлек Дейзи в спальню, где находилась

единственная горящая свеча. — Когда мы собираемся вместе, всегда бывает несколько... шумно. И

еще мы беспрестанно поддеваем друг друга. — Джек вздохнул. — Не уверен, что ты будешь

хорошо себя чувствовать, встретившись сразу со всеми моими братьями и сестрами. Пожалуй,

лучше знакомить тебя с каждым в отдельности. Иначе ты попросту сбежишь.

Дейзи улыбнулась, но в следующую секунду ахнула, потому что Джек откинул одеяло, и ее

взору представилось множество лежащих на постели больших и малых коробочек. В ту же минуту

ее желудок, будто предвкушая скорую трапезу, вновь заявил о себе урчанием. Однако, как ни

хотелось Дейзи есть, она сначала потянула Джека за руку, заставив повернуться к себе лицом.

— Я хочу познакомиться со всей твоей родней. А тебя хочу познакомить со своим папой.

Семья — это очень важно. — Встав на цыпочки, она нежно поцеловала Джека. — Мне кажется,

что я полюблю всех твоих близких!

Тот поцеловал ее в ответ.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что ты права.

Дейзи рассмеялась.

— Относительно чего?

— Всего. И еще за то, что ты... подходишь мне. По всем статьям. — Джек улыбнулся немного

смущенно. — Знаю, звучит довольно самонадеянно, но это правда. Познакомившись с тобой, я как

будто обрел твердую почву под ногами. Я даже мечтать не мог, что когда-нибудь встречу такую...

такую замечательную женщину!

Последние слова Джек произнес настолько серьезно, что у Дейзи пропало желание шутить.

Она даже растерялась.

Однако ее желудку не было дела до нежных признаний. Он вновь заурчал, на сей раз

обиженно.

Дейзи и Джек весело рассмеялись, и таким образом торжественность момента оказалась

нарушенной.

— Давай-ка отнесем все это на кухню и разогреем, — решительно произнес Доусон.

Однако Дейзи толкнула его в грудь, заставив сесть на край кровати. Затем оседлала его,

расположившись на бедрах, и взяла ближайшую картонку. Вскрыв ее, Дейзи вдохнула аромат

находящейся внутри пищи и блаженно зажмурилась.

— Лапша! Обожаю... Еще теплая! — Она поискала взглядом палочки для еды, нашла их и

вручила картонку Джеку. — Держи. — Затем подцепила лапшу палочками, подняла над головой и

подхватила губами.

Джек словно зачарованный смотрел, как она втягивает лапшу в рот. Когда с этим было

покончено, он глухо застонал.

— Тоже голоден? — невинно спросила Дейзи.

— Очень, — хрипло произнес он.

Она вновь запустила палочки в картонку и подцепила новую порцию лапши.

— Вот! Это тебе.

— Нет, давай снова ты, — с затаенным ожиданием в голосе сказал Джек.

Дейзи удивленно вскинула бровь, однако вновь повторила давешний фокус. И вновь Джек,

затаив дыхание, наблюдал за тем, как она втягивает лапшу в рот.

Когда же, войдя во вкус, Дейзи вновь сунула палочки в картонку, Джек решительно отобрал у

нее и то и другое. Потом упал на спину, потянув Дейзи за собой. Погрузив пальцы в ее волосы, он

припал к ее губам с такой жадностью, что она тут же забыла о том, как ей хочется есть.

Перевернув Дейзи на спину, Джек принялся раздевать ее.

— Я только сейчас понял, что чувственный голод похож на физический. И у меня такое

чувство, будто я умираю от этого самого голода.

Дейзи извивалась на постели, помогая ему избавлять ее от юбки и блузки. Обе вещи

поочередно полетели на пол.

— Я тоже... умираю... — прерывисто произнесла она.

Поддерживать более связную беседу Дейзи сейчас не могла, потому что Джек щекотал

языком ее пупок. Вскоре он переместился ниже, но за минуту до этого трусики Дейзи проделали

тот же путь, что и юбка с блузкой.

Ее внутренние мышцы были так плотно сжаты, что Джеку с трудом удалось завершить то,

чего она сама жаждала. Но, в конце концов его язык все-таки прикоснулся к ее самой

чувствительной точке, и в тот же миг Дейзи словно обожгло нестерпимым пламенем желания.

Своей кульминации ее чувственный голод достиг в тот момент, когда Джек лег на нее. Он

еще только спускал вниз свои спортивные брюки, а Дейзи уже содрогалась в сладостных

конвульсиях, волнами пробегавших по всему телу.