Серебряный ангел - Фицджеймс Фиби - Страница 36

— Нет, нет. — Старик покачал головой. — Я только… Что, вы говорите, вас сюда привело?

Девушка раздумывала недолго и уже через несколько секунд пришла к выводу, что ей вряд ли удастся самой найти дорогу к выходу, не наткнувшись где-нибудь на спящую летучую мышь. Тем более, что те немногие слова, которые ей удалось вытащить из этого страшного человека, заинтересовали ее. И Брайди решила все же доверить ему починку браслета.

— На моем браслете сломалась застежка, — сказала она решительным голосом, показывая на сломанную деталь своего украшения. — И миссис Спайви посоветовала мне обратиться…

— Ко мне, — закончил старик. — Вскочив со стула, он подошел к одному из буфетов, вытащил из него небольшой кожаный саквояж и принялся открывать его своими неловкими пальцами. — Что ж, давайте посмотрим.

— Сначала вам надо будет его перерезать. Я связала концы вместе.

— Перерезать? — заквохтал Шеймус, как сердитая курица. — Вы хотите, чтобы я перерезал ваш браслет?

— Не браслет, — быстро возразила девушка, невольно подаваясь назад, — а волосок. Я перевязала концы браслета волоском.

— О. — Старик открыл саквояж своими распухшими пальцами и вытащил оттуда маленькие ножницы. Но, как он ни старался, ему не удавалось просунуть больные пальцы в отверстия ножниц и, помучившись еще немного, он подвинул ножницы Брайди. — Боюсь, что это придется сделать вам самим.

— С вами все в порядке, мистер Мерфи? — спросила девушка. Руки старика напоминали ей клешни огромного краба и, должно быть, даже незначительное движение ими причиняло ему страшную боль.

— Вы имеете в виду мои руки? — Ювелир согнул и разогнул скрюченные пальцы. — Теперь они уже, конечно, не те, что раньше. Сейчас я уже вряд ли сумел бы сделать те прекрасные вещи, которые делал много лет тому назад.

Брайди взяла ножницы и осторожно перерезала узел. Соскользнув с ее запястья, браслет с глухим стуком упал на крышку стола.

Взяв из саквояжа маленький пинцетик, Шеймус Мерфи пододвинул браслет к себе.

— Мойра рассказывала вам об этом браслете? — спросил он, начиная работать над застежкой.

— Немного, — призналась девушка. — Это такая красивая вещь. Вы должны гордиться тем, что она вышла из ваших рук.

— Когда ты никому не можешь рассказать о том, что сделал, мисс, очень трудно этим гордиться. — Сморщившись от боли, старик повернул пинцет в руке, но, должно быть, держал его не слишком крепко, потому что инструмент, звякнув, упал на стол. — Боже мой, — воскликнул он в сердцах и повторил свою попытку.

Брайди видела, как при этом, черты лица ювелира исказились от мучительной боли. И после третьей попытки удержать в руках пинцет, он, наконец, сдался.

— Простите, — извинился старик, массируя суставы своих скрюченных пальцев. В этот момент задергался уголок его левого глаза.

Опустив руку в сумочку, Брайди вытащила две монеты в двадцать пять центов.

— Это за ваши хлопоты, мистер Мерфи. — И, пытаясь хоть как-то разрядить нависшее в комнате напряжение, прибавила: — Я не понимаю, почему вы никому не могли рассказать о том, что сделали этот браслет и брелоки к нему.

Неуклюжим движением руки старик взял со стола браслет.

— Конечно же из-за Мойры, из-за кого же еще?! А в милостыни я не нуждаюсь, юная леди. — Отодвинув от себя монеты, он откинулся на спинку стула и повернул браслет к свету.

— Она сказала, что я никому не должен об этом рассказывать, — начал ювелир тихо, не отрывая взгляда от браслета, словно был загипнотизирован красотой своей собственной работы. — Но это еще не все. Мойра послала за мной в Тумстоун. Мы познакомились с ней в шестьдесят первом году, когда я был в Калифорнии, а она управляла пансионом недалеко от Сакраменто. — Старик слегка покачал рукой, в которой держал браслет, из стороны в сторону, отчего брелоки тоже пришли в движение. — Но в восемьдесят первом я был уже в Тумстоуне, — продолжал он, не отрывая глаз от браслета, — и Мойра разыскала меня там. Она целый месяц прятала меня в одной из комнат на третьем этаже, собственноручно приносила мне еду и ни на минуту не выпускала меня из этой комнаты, разве что, изредка позволяла выйти на крышу. У меня были в то время в Потлаке родственники, но после того, как я закончил работу над этим браслетом, Мойра велела мне немедленно уезжать отсюда, и я не успел даже ни с кем попрощаться. — Старик криво улыбнулся, по-прежнему глядя на блестящие в лучах солнца брелоки. — Она пообещала выслать деньги за работу туда, куда я уеду, и в самом деле, неплохо мне заплатили. Я жил на эти деньги два года и никому не рассказывал об этой своей работе. Теперь душа Мойры уже далеко отсюда. И, думаю, я могу рассказать эту историю вам, как ее ближайшей родственнице.

Забыв и о своем нелепом наряде, и о летучих мышах, и о дырявых, обваливающихся потолках, Брайди положила руки на стол и попросила тихим голосом:

— Расскажите мне, пожалуйста, все.

ГЛАВА 12

Спустя двадцать минут Брайди вышла на Синистер Стрит и зажмурилась от яркого солнца. За ее спиной щелкнул, закрываясь, замок и послышались тяжелые, шаркающие шаги Шеймуса Мерфи, возвращавшегося в свою берлогу. Брайди сжала в руках сумочку, нащупывая внутри нее твердое кольцо браслета.

Рассказ Мерфи оказался довольно любопытным и не было никаких оснований ему не верить. В конце концов, в этой истории фигурировала сама Мойра, а ее всю жизнь окружали всевозможные тайны и секреты.

— Тетушка, ты не забыла обо мне, правда? — тихонько прошептала Брайди, улыбаясь. — Это было для тебя одним из самых увлекательных приключений в жизни, твоим секретом.

До встречи со вдовой у девушки оставалось еще немного времени и она, в ожидании и раздумьи, покачивалась на каблуках, совсем позабыв о своих волдырях и мозолях.

«Как скоро узнала бы я эту историю, — думала Брайди, — не зайди я сегодня к Шеймусу Мерфи?» Конечно, рано или поздно узнала бы обо всем. Однако, вовремя сломалась застежка на браслете, и пришлось разыскать этого Мерфи. Прежде всего, ювелир каким-то чудом оказался в городе, ведь Мойра взяла с него слово никогда не возвращаться в Потлак.

К счастью для Брайди, Шеймус Мерфи четыре года тому назад оказался на мели и, направляясь в Прескотт, остановился переночевать в Потлаке. Именно в тот вечер произошли два важных для него события. Во-первых, он узнал, что Мойра Кэллоуэй давно уже не живет в этом городе. Значит, он преспокойно мог провести ночь в отеле, а не на какой-нибудь лавчонке у конторы Баттерфилд. Во-вторых, Мерфи играл тем вечером в покер, в результате чего лишился и всех своих денег, и даже билета до конечного пункта своего путешествия.

Волей-неволей, горе-путешественник вынужден был задержаться в Потлаке. Таг Слоан выделил ему свободное здание, и Мерфи решил заработать своим ремеслом немного денег. Но все заработанное неизменно уходило на спиртное. Дни превращались в недели, недели — в месяцы, руки ювелира болели все больше, и он так и никуда не уехал.

Именно этой печальной странице в жизни Шеймуса Мерфи должна быть благодарна Брайди. Но предстояло еще разгадать головоломку, которую оставила ей тетушка. Браслет с изображением серебряного ангела должен был привести к руднику под тем же названием. В этом не было никаких сомнений. Но слишком много неясных обозначений скрывал в себе браслет Мойры. Чтобы все расшифровать потребуется время.

— Рад видеть вас в добром здравии, мисс Кэллоуэй.

Брайди резко подняла голову. На мгновение она почувствовала, как у нее кружится голова.

— Мистер Слоан.

Озабоченно нахмурившись, он поддержал девушку за локоть. Она невольно задержала дыхание.

— С вами все в порядке, мисс Кэллоуэй? — В голосе Таггарта слышалось участие.

Но Брайди, хотя ее все еще вело в сторону, отдернула руку.

— Да, я в полном порядке. — Она оперлась о стену здания, стараясь выглядеть при этом поэффектнее, и принялась искать в сумочке носовой платок.

— Может быть, вам лучше где-нибудь присесть? — участливо спросил Слоан.