Неджентльмен - Янг Андреа - Страница 35

— Я потерплю, — упрямо повторила она.

— Если ты боишься сороконожек, я могу подыскать тебе местечко, где их нет.

— При чем здесь сороконожки? — вспылила она.

Только эскорта мне не хватало!

— Тогда в чем же дело?

В тебе, вот в чем! В том, что ты уже смакуешь это зрелище…

— Ни в чем! А, черт с тобой!

Схватив сумочку, Дейзи выскочила из машины.

Она нашла укромное местечко, скрытое от посторонних глаз огромными листьями бегоний. Сделав свое дело, она вернулась к «ослику», чувствуя себя значительно лучше.

— Порядок? — спросил Ник. — Не атаковали представители местной фауны?

При виде его ухмылки Дейзи захотелось ударить ему по физиономии.

— Поехали!

Ник запустил двигатель, но не спешил нажимать на педаль газа.

— Знаешь, ты подала мне идею. Подожди минуточку, я поищу подходящее дерево. — С этими словами он вышел из машины и углубился в лес.

Неудивительно, что он смеется над ней, думала она, провожая его взглядом. Нечего строить из себя скромницу. А ведь если бы на его месте был Иан, ты бы и глазом не моргнула.

И Джейн зачем-то оборвала. Что за дурацкая привычка вымещать раздражение на окружающих?!

Дейзи решила, что постарается быть со всеми душкой, пока они не подумали, что у нее предменструальный синдром.

Лес кончился; дорога пошла в гору, затем снова выровнялась.

Впереди до самого океана простирались изумрудно-зеленые луга. Вдали накатывались на берег могучие волны Атлантики. Это было так не похоже на безмятежное Карибское побережье, что даже не верилось, что последнее находилось всего в нескольких милях отсюда.

У Дейзи перехватило дыхание.

— Ну что, ради такого зрелища стоило оторвать задницу от пляжа, согласна? — заметил Ник.

Джейн с Ианом оставили машину на обочине и теперь самозабвенно фотографировали пейзаж.

— Что-то вы долго, — сказала Джейн. — Мы уже начали подозревать, что вас съели сороконожки.

— Пришлось сделать остановку, надо было отлить, — призналась Дейзи. — Слишком много выпила за завтраком.

Джейн поморщилась.

— Кошмар. Я бы ни за что не осмелилась. Вдруг в трусы заползла бы какая-нибудь нечисть.

Иан усмехнулся.

— Дорогая, я бы тебя охранял. Ты всегда можешь положиться на меня в таких ситуациях.

Слова Иана были встречены общим хохотом. Когда они вернулись в машину, Ник снова разложил у Дейзи на коленях карту и мрачно изрек:

— На сей раз задача усложняется. Мы поедем по прибрежному шоссе вот до этого места, — он провел по карте пальцем, — потом минуем Баташебу и направимся к церкви святого Иакова. — Он поднял на нее вопросительный взгляд. — Все ясно?

Ну зачем? Зачем ты не какой-нибудь урод с дурным запахом изо рта? И что ты со мной делаешь?

— Понятно, — весело ответила она.

— На дорожные указатели надежды мало, так что нам скорее всего придется поплутать. Но все равно постарайся…

— Слушаюсь, кэп.

Покосившись в ее сторону, Ник запустил двигатель.

— Похоже, настроение улучшилось?

— Просто у меня болела голова.

— Вон, оказывается, в чем дело. А я грешным делом подумал, что это я виноват.

От ее внимания не ускользнули язвительные нотки в его голосе.

Что бы это могло означать?

Не думай об этом, иначе у тебя и впрямь голова заболит. Лучше посмотри, какая красота вокруг.

К счастью, это не требовало никаких усилий. Дорога плавно спускалась к берегу океана. Буруны немилосердно терзали белую полоску пляжа, совершенно непохожего на тот, к которому они привыкли. Здесь практически не было деревьев. Не было здесь и людей.

Дейзи не удивилась, когда увидела щит с надписью на четырех языках: «Купаться запрещено».

— Наверное, это из-за волн, — предположила она.

— Скорее всего, — согласился Ник. — Я бы не стал проверять на себе.

Они въехали в Батшебу, маленькую, живописную деревушку, которая вдруг живо напомнила Дейзи рыбацкие деревни Корнуолла с их узкими улочками, сбегавшими к морю. Она сказала об этом Нику.

— Неудивительно, — ответил он. — Во всех рыбацких деревушках есть что-то общее.

— Ты из Корнуолла? — задала она вопрос, давно занимавший ее.

— Оттуда. Любил заниматься серфингом.

Дейзи представила себе юного, с копной непокорных волос, Ника, с серфбордом под мышкой босиком бредущего к морю в окружении столь же юных девиц.

Готова спорить, что ты не упускал случая поразвлечься.

— Наверное, ты каждый раз с нетерпением ждал лета.

— У меня не было выбора. Я не мог позволить себе полететь, скажем, на Гавайи. Когда в семье четверо детей, это накладно.

С одним тоже тяжело, если в семье нет отца.

— Все-таки хорошо, когда большая семья, — сказала она.

— Когда как. — Ник искоса посмотрел на нее. — А ты, если не ошибаюсь, была единственным ребенком в семье.

— Откуда ты знаешь?

— Тэра говорила.

— И ты думаешь, что поэтому я была испорченной, избалованной девицей?

— Я так не думаю. Хотя все дети, если у них нет ни брата, ни сестры, в какой-то степени испорчены. На них обращена вся родительская забота и внимание, они вроде как пуп земли…

Дейзи понимала, что Ник прав, и все же почувствовала себя уязвленной. Возможно, она и была пупом земли, но лишь потому, что у матери больше никого не было.

— Ну вот, ты и обиделась, — заметил Ник. — Я отсюда чувствую, как ты ощетинилась. Urchina Daisya Longhairya — декоративный вид. Они совершенно безобидны, если только не хватать их за чувствительные места.

Его намека оказалось достаточно, чтобы Дейзи снова разозлилась, но она решила не показывать виду.

— Если ты хочешь меня завести, то зря стараешься.

Ник посмотрел на нее, но ничего не сказал.

Они достигли нависавшей над берегом площадки на вершине горы и вышли из машины. Внизу мелькали фигуры серфингистов. Некоторые заплывали довольно далеко от берега, чтобы поймать подходящую волну. Берег был усеян гигантскими валунами, словно разбросанными рукой циклопа.

— Я считала, что здесь опасное течение, — сказала Джейн.

— Только не в этом месте, — пояснил Ник. — Единственное, чего им следует опасаться, так это подводных камней. И акул.

— Никогда бы не подумала, что здесь есть акулы, — сказала Дейзи.

— На Карибском побережье их нет. Рифы не дают им приближаться к берегу. А здесь случаются.

Джейн поежилась, глядя на лежавших на своих досках и отчаянно работающих руками серфингистов.

— Они все сумасшедшие, не иначе.

Ник пожал плечами.

— Просто они любят риск. Адреналин и все такое. Для них это кайф.

Дейзи заметила, как один из серфингистов оседлал волну. Извиваясь всем телом, он лихо скользил по самому гребню, потом упал и сгинул в бурлящем водовороте. Казалось, навеки.

— Не бойся, — сказал Ник, положив ладонь ей на шею. — Сейчас он выскочит, как пробка от шампанского.

Это слабое прикосновение повергло ее в трепет. Почувствовав легкое головокружение, Дейзи хотела отпрянуть, но Ник, упреждая ее движение, убрал руку.

Уф!

Снова с помощью карты ей пришлось разбираться в хитросплетениях местных дорог. Дорожные указатели здесь, похоже, служили лишь для того, чтобы направить сбитых с толку туристов к ближайшему заведению, торговавшему ромом. Наконец им удалось выехать на узкое шоссе, тонкой лентой извивавшееся по склону холма, на вершине которого прилепилась небольшая церковь.

При церкви был погост.

— Если бы не эти экзотические растения, можно подумать, что мы в Англии, — заметила Дейзи. Кусты красного жасмина с причудливыми цветами странным образом диссонировали с покосившимися памятниками и самой церковью, словно перевезенной сюда из какой-нибудь английской деревушки.

Ник искал могилу своего грека.

— Нашел! — крикнул он, и все подошли к нему. — Старый чудак унес с собой в могилу свою тайну. Во время гражданских войн он почему-то предпочел сражаться на стороне Карла Первого, а потом сбежал на Барбадос, опасаясь, что Кромвель и ему отрубит голову.