Водоворот страсти - Бернард Рене - Страница 13

— Нет, не запретная… — Хейли замялась. — Но говорить об этом очень сложно, легко быть неправильно понятой.

— Возможно, я поторопился, задав подобный вопрос. — Гален выпрямился, опять заговорив в дерзко-легкомысленном тоне. — Когда вы смотрели на влюбленных, на вашем лице возникло такое выражение, будто вы сожалели об утерянной любви или мечтали о любви. Вы выглядели точно нищий попрошайка возле дверей булочной.

— Да как вы смеете! — Она едва удержалась, чтобы не отвесить ему пощечину. — Я не выпрашиваю любви как милости.

Заслонив на всякий случай лицо рукой, он рассмеялся.

— Прошу извинить меня, мисс Морленд, за бестактность. Но разве можно не завидовать этим влюбленным, пусть даже втайне?

Неприятные мурашки пробежали по спине Хейли.

— Тут нечему завидовать. Любовь — это глупость. Девушка должна держать мысли при себе, если она хочет избежать… — Она закусила губу, пытаясь подобрать подходящее слово. — …если она хочет избежать несчастья.

— Вот именно, несчастья. — Гален склонился к ее уху и, понизив голос, насмешливо произнес: — Думаю, любящий вас человек будет рад пожертвовать всем, что есть на свете, лишь бы только избежать, как вы совершенно справедливо подметили, несчастья.

Одновременно он как будто случайно дотронулся рукой до ее платья, так что его пальцы коснулись ее бедра. Хейли едва не подскочила на месте, легкий наряд не был надежным щитом. Дрожь пробежала по ее телу, но хуже всего было то, что она была не в силах ни встать, ни отодвинуться.

— Не надо мне…

Он как ни в чем не бывало положил руку на спинку скамьи. От его столь близкого движения Хейли на миг утратила нить мыслей.

— Да? — вежливо спросил он.

— Не надо мне никаких жертв. Мне не нужна… — Она запнулась, не решаясь произнести слово «любовь», но заменить его каким-нибудь другим сразу не получалось. Она сидела совершенно беспомощная, разом лев от странного чувства. Более всего ей хотелось, чтобы он не сводил с нее возбуждающего взгляда, не убирал бы руки от ее бедра, она согласилась бы даже на большее: пусть то загадочное, прекрасное существо, Которое пряталось внутри его и смотрело на нее такими глазами, делает что угодно, — если бы не последствия. — Не каждый способен на жертвы, мистер Хоук.

Гален покачал головой и тихо ответил:

— Вы самая скрытная дама, которую я когда-либо встречал.

— Я ничего не скрываю, мистер Хоук.

— Нет?

— Нет.

Для того чтобы доказать свою искренность, Хейли призналась:

— Если хотите знать, я просто люблю побыть одна — посидеть в тишине.

— Отдышаться, — лукаво напомнил он. — Теперь я понимаю, как кое-кто мог ошибаться, принимая обычную привычку за нечто другое.

— О, вы знаток чужих душ. — Ей нравилось это взаимное подшучивание.

— Можно взглянуть на вашу руку?

— Зачем? — растерялась она, застигнутая врасплох.

— Для науки, мисс Морленд.

— Для науки?.. — словно эхо отозвалась она. — Не уверена, что ради науки я могу позволить незнакомцу держать меня за руку на виду у многочисленной публики. И поверьте, я вовсе не собираюсь крутить с вами любовь на виду у толпы зевак. — Решив смягчить резкий ответ, Хейли проговорила более дружелюбно: — Неужели все ради одного любопытства?

— Вашу руку, пожалуйста.

Она протянула руку в перчатке, не вполне понимая, что ему надо.

Он покачал головой:

— Мне нужна ваша ладонь… и без перчатки.

«Вот так точно можно вляпаться в какую-нибудь неприятность…» Однако она сняла перчатку и протянула руку ладонью вверх. Хейли молча поздравила себя, — она согласилась выполнить его необычную просьбу. Со стороны, наверное, это выглядит странно, зато нет ничего скандального.

Он внимательно всматривался в ее ладонь с таким видом, будто перед ним была раскрытая книга, а не рука. Хейли смутилась.

— Мистер Хоук…

— На Востоке я познакомился с одним человеком, который уверял, что любое перенесенное испытание оставляет на руке след. Каждая линия на ладони скрывает в себе сведения о прошлом или будущем, надо только уметь их читать. — Гален провел указательным пальцем по ее ладони, словно нащупывая невидимые отпечатки судьбы. Хейли едва не зажмурилась от удовольствия, настолько легким и приятным было его прикосновение.

— Если вы когда-нибудь любили, мисс Морленд, то это непременно откроется.

— В самом деле? — прошептала она.

— Любовь обязательно оставляет след, не так ли? — Он продолжал водить пальцем по ее коже, и его прикосновения оказывали на нее очаровывающее действие. — Или какое-то сильное чувство; очень похожее на страсть. Должна быть какая-то отметка, какая-то неизгладимая царапина, это точно. Но похоже, это была не любовь. Скорее вам удалось избежать какой-то опасности. Несчастье миновало вас, беда прошла стороной.

— Вы романтик, мистер Хоук.

— Нисколько. — Он выпустил ее ладонь, но приятные мурашки еще продолжали бегать по ее руке. — Только что мы убедились, что наш восточный мудрец ошибался.

— Да? — Она опустила руку, удивленная его разочарованием.

— Никакого следа любви, но вам, несомненно, известно, что такое любовь.

— В самом деле? — Хейли искренне удивилась и едва не выдала себя, но вовремя спохватилась. — О да. Несомненно.

Наградой за ее признание стал его порочный взгляд, он наклонился вперед, словно хотел в чем-то признаться. Сердце Хейли учащенно забилось, она чуть повернулась в его сторону, приготавливаясь выслушать, как вдруг…

В проходе возникла знакомая фигура Герберта.

— Ах вот где я вас оставил! О, вы сами нашли знакомого без моей помощи! Отлично!

Лицо мистера Трамбла сияло от удовольствия. Хейли и Гален из вежливости встали. Хейли от чувства вины, что ее застали в обществе мистера Хоука, растерялась и торопливо натянула перчатку, молясь об одном — чтобы Герберт не стал ни о чем ее расспрашивать.

— Я обегал всю выставку, надеясь встретить кого-нибудь из знакомых. Как дела, мистер Хоук? — И Герберт протянул руку.

— Отлично, — ответил Гален и пожал его руку.

— Вы уже осмотрели выставку, сэр? Будем рады, если вы присоединитесь к нашей компании. Тетя мисс Морленд не смогла поехать вместе с нами, так что мы рассчитываем на…

— О, к сожалению, я уже осмотрел здесь все, что хотел увидеть, — перебил его Гален. — Кроме того, у меня назначена встреча, так что мне придется покинуть вас.

Гален вежливо улыбнулся. Однако в его словах чуткая Хейли уловила скрытую иронию.

Толстокожий мистер Трамбл ничего не заметил.

— Досадно, право! Тогда в другой раз, хорошо?

— Хорошо. — Гален галантно поклонился, намеренно не глядя на Хейли. — В другой раз непременно.

Кивнув, он вышел из комнаты. Хейли от досады закусила губу: до чего додумался Герберт — пригласить лису сторожить курятник!..

— Да, вот это настоящий джентльмен! — Открытое восхищение было написано на его лице. — Было бы неприлично расспрашивать его о клубах, которые он посещает, но думаю, он не будет против, если я сошлюсь на знакомство с ним при удобном случае.

Хейли промолчала. Она думала о другом. Разве может джентльмен так волновать чувства девушки и приводить ее в душевное смятение? Разве может джентльмен смотреть на леди с откровенным вожделением и одновременно разговаривать с ней? Разве джентльмен способен, пренебрегая приличиями, заставлять ее вести себя так, будто приличия вовсе не обязательны? «Какое мне дело до приличий, когда он смотрит на меня такими глазами?»

— Вы не согласны, мисс Морленд? — спросил мистер Трамбл, заметив ее молчание.

— Да, не согласна, — Хейли решила воспользоваться моментом, чтобы раз и навсегда покончить с мистером Хоуком. — Разве у вас мало хороших знакомых, которые при случае могли бы поручиться за вас? Полагаю, вам незачем ссылаться на мистера Хоука, если вам захочется вступить в какой-нибудь клуб. Намой взгляд, это совершенно излишне, мистер Трамбл.

Он снисходительно похлопал ее по руке, словно она провинилась, как маленькая девочка.