Водоворот страсти - Бернард Рене - Страница 59

— Но ведь ты человек, Гален. Никто из нас не безгрешен. Человеку многое можно простить.

— Я принес тебе столько страданий, и ты говоришь о прощении? Неужели ты можешь простить меня?

— Неужели тебе так хочется, чтобы я простила тебя?

Он начал что-то говорить, сразу спутался и замолк.

Весь его благородный порыв исчезнуть из ее жизни, ради ее собственного же блага, вдруг растаял и перестал что-либо значить для него. Им внезапно овладел острый беспричинный страх, — как будто он стоял у края пропасти и вот-вот был готов сорваться вниз. «Боже, эта женщина… оттяни меня от бездны! Помоги мне обрести уверенность в себе, найти выход из окружающей меня запутанности и неясности».

— Хейли…

На ее глазах заблестели слезы.

— Я прощаю тебя, Гален. Прощаю ради… Джона. Да, он остался там, в Индии, но ведь и ты оставил там часть своего сердца. Я прощаю тебя за то, что ты решил наказать нас обоих, увы, мир, который нас окружает, не идеален и полон жестокости. Я прощаю тебя, хоть ты разбил мне сердце… но я…

Ее руки разжались, отпуская его плащ, и упали вниз. Она больше не удерживала его.

— Если ненавидеть тех, кто слеп, то зачем же тогда любовь? Для меня нет более дорогого человека, чем ты, Гален.

— Тогда держи меня, Хейли.

— Только при одном условии. — Слезы полились из ее глаз, смешиваясь с каплями дождя.

— Какое условие?

— Больше никаких тайн от меня.

Он сразу понял, что она имеет в виду, и его сердце сжалось от тихой, но грустной радости. Хейли, прекрасная Хейли не боялась быть рядом с ним, несмотря на окружавший его по-прежнему мрак. Теперь, когда она будет вместе с ним, ему не надо будет бояться ни темных сил, ни демонов. С ее помощью он одолеет свои страхи.

— Хорошо, любовь моя. Никаких тайн от тебя. Никогда.

Он поцеловал ее нежно и страстно, — больше он ни за что не отпустит ее. Она стояла рядом с ним, плотно прижавшись к нему телом, настолько плотно, что они оба представляли собой одно целое. Они вдруг поняли, что не знают, где кончается он, а где начинается она.

— Я давно хотел признаться, что любил тебя, не переставая, все это время, пока находился вдали от тебя, когда ты прогнала меня прочь.

Она улыбнулась сквозь слезы:

— Что-то я не припомню, чтобы раньше ты был таким послушным. Ты всегда поступал мне наперекор.

— Напротив, я всегда шел навстречу твоим тайным желаниям. — Он крепко прижал ее к груди. — Но теперь, мисс Морленд, можете не сомневаться, не будет на свете более покладистого мужа, чем я.

Она лукаво взглянула на него:

— Звучит многообещающе, но придется проверить.

— Ты спасла мне жизнь, Хейли! — Угадав ее желание, он опять поцеловал ее.

Застонав от сладострастия, она просунула руку ему под рубашку, лаская его кожу. Он застонал от вожделения, причем его руки тоже не оставались в покое. Их движения, совпадали удивительным образом, они отражались друг в друге как в зеркале. Они оба потеряли голову. Наконец Гален подхватил ее, собираясь нести в дом, как вдруг шум от въехавшей на двор брички расстроил все их планы.

На козлах сидел лорд Морленд, его фигура и лицо выражали сплошное удивление.

— Что за черт? Что вы делаете с моей дочерью?

Смутившись оттого, что он собирался сделать с его дочерью, Гален бережно опустил Хейли на землю и тут впервые увидел, насколько же они испачкались в грязи.

— Мистер Хоук?! — Лорд Морленд натянул вожжи, причем его удивление, а возможно, также возмущение, достигло крайних пределов. — Уберите свои лапы от моей дочери!

— Папа, пожалуйста? — торопливо вмешалась Хейли, пытаясь предотвратить ссору. — Он ни в чем не виноват.

— Еще как виноват! — проревел покрасневший от гнева Морленд. — Постой, разве ты не умоляла меня больше никогда не называть его имени, а? Черт, разве Элис не угрожала, что заколотит входные двери моей комнаты гвоздями, если я вмешаюсь? И вот поглядите… он целует тебя?! Под дождем, в грязи! Любой джентльмен прежде всего позаботился бы о зонтике.

Гален с трудом удержал улыбку и вышел из-за спины защищавшей его Хейли.

— Ваша светлость, как никому другому, вам, наверное, известно, насколько упряма ваша дочь. Я просил ее вернуться в дом, но, как видите, и она и я совсем забыли, какая на дворе непогода.

— Гален! — Она толкнула его локтем в бок, как бы указывая, что сейчас не до шуток.

— Молодой человек, вы забыли не только о погоде, вы забыли о правилах приличия! Неслыханно…

— Я попросил руки у вашей дочери, и она дала мне согласие, да будет вам известно.

— Попросил руки? — переспросил совершенно ошарашенный лорд Морленд, как будто не веря своим собственным ушам. — И она дала согласие?

— Причем несмотря на мой титул и состояние, — улыбнулся Гален.

— Папа, я люблю Галена Хоука! — Хейли взяла его под руку. — Кроме него, мне никто не нужен.

Лицо старика просияло от радости, и он покачнулся. Гален с тревогой подумал, как бы бедняга не умер от внезапно обрушившегося на него счастья.

— Ну что ж, тогда выходи за него замуж. — Он поцеловал дочь в лоб. — Пусть дальше все идет своим чередом.

Он взглянул на Галена влажными от слез глазами.

— Это самое быстрое сватовство, которое я когда-либо видел.

Гален подхватил Хейли на руки и от радости начал кружиться вместе с ней на месте. Запрокинув голову назад, она весело засмеялась. Ее счастливый беззаботный смех окончательно рассеял все его тревоги и опасения. В своих руках он держал самое большое счастье, какое только может быть на свете.

Эпилог

В восстановленной библиотеке Роуэна шла веселая пирушка. Высоко вверх вздымались бокалы с шампанским, друзья чуть ли не хором поздравляли Галена с его счастливым браком, новым статусом и недавним окончанием медового месяца.

— За вас, Гален! За новую леди Уинтер!

Хоука переполняло безудержное счастье, подхлестываемое дружескими насмешками.

— Слава Богу, что Джосая отказался держать пари, кто из нас первым обзаведется второй половиной, — шутливо заметил Эш. — В противном случае я бы разорился.

Джосая закатил глаза к небу, но Роуэн все-таки не сдержатся:

— Так-так, а разве не вы говорили, кто первым из нас попадет в брачные сети?

— Да, — с ухмылкой согласился Эш, — я думал, Роуэн, что вы женитесь первым. Ваши обворожительные манеры, душещипательные романтические рассуждения… Признаюсь, я думал, что это произойдет летом, никак не позже.

Дариус согласно закивал головой:

— Да, вы были самым вероятным женихом из всех нас.

— Вот увидите, из всех нас он женится самым последним, — подхватил насмешливо Гален. — А вот вы, Эш, боюсь, скоро последуете моему примеру.

На лице Эша застыло смешное от охватившего его ужаса выражение. Все его друзья покатились со смеху и наперебой стали биться об заклад, когда Эш пойдет к алтарю.

— Я никогда не женюсь! — отчаянно крикнул Эш, поднимая бокал с вином в знак утверждения.

Дариус хлопнул его по плечу.

— Парки опять приготовили очередную жертву! Бесполезно сопротивляться божественной воле, Блэкуэлл. В скором времени боги все равно вынудят вас поступить согласно их желаниям.

— Я вовсе не иду против воли богов, — запротестовал Эш. — Просто я напомню им о том, что как леопард не может переменить свои пятна, так и человеку трудно переделать свою природу.

Допив вино, он пошутил:

— Но если это не сработает, то попытаюсь переключить их внимание на беднягу Джосаю, который прячется за чужими спинами.

— На меня? Я не настолько глуп, чтобы пренебрегать указаниями свыше. Если парки захотят, то дадут очень хороший урок. — Джосая посмотрел на изящную статуэтку Афродиты на полке. — Нет, я не глуп, чтобы идти наперекор судьбе.

— Весьма мудро, — похвалил Майкл. — Не хочу портить всем настроение, однако напомню, что следует с большим вниманием прислушиваться к мнению окружающих. О нас, «Отшельниках», говорят черт знает что.