Загадочная блондинка - Дейтон Гейл - Страница 2

Шерри закинула на плечо атласный ремешок и с делано беззаботным видом двинулась к выходу. Отныне и навсегда только Шерри заботится о Шерри.

Первые двенадцать лет своей жизни она старалась добиться любви своей матери, а последние двенадцать делала все, что велит отец. Теперь стало ясно, во что это вылилось.

Она перешла улицу и направилась к пляжу.

Хватит ублажать ближних, она встанет на ноги, будет независимой… Правда, пока неизвестно, как этого достичь, но… Она не глупа, к тому же закончила местный колледж. Может, ей заняться искусством, вдруг это окажется самым полезным? Или еще чем-нибудь…

Песок насыпался в сандалии, и Шерри наклонилась, чтобы снять их. Она чувствовала себя Скарлетт О'Хара <Героиня романа М. Митчелл «Унесенные ветром». (Прим, пер.)>, которая от голода грызла пастернак и сырую брюкву или что-то там еще.

Ей захотелось погрозить луне кулаком и завыть.

Конечно, не слишком громко. Она никогда не любила закатывать сцен. Хотя…

Шерри подняла глаза к небу. Луна висела высоко над океаном — большая, почти полная. И Шерри почувствовала себя маленькой и глупой.

Она вскинула руку с болтающимися в ней сандалиями.

— Призываю в свидетели Бога, — зашептала она. — Я никогда к нему не вернусь.

Она не станет подчиняться отцовской воле.

Как и не собирается жить у приятеля и плыть по течению, подобно многим ее прежним знакомым. Она вообще больше не будет прежней, не наступит себе на горло только для того, чтобы добиться чьей-то любви или расположения. И если в результате ее никто не полюбит, значит, так тому и быть.

Впрочем, ее любит Джулиана. У многих и этого нет. А у нее есть. У нее есть 53 доллара 72 цента в кошельке, оконченный колледж и сестра, которая ее любит. Она богата. Теперь только остается найти подходящее место для ночлега.

Стоило ли отпускать ее в таком состоянии?

Майк попытался сосредоточиться на бумагах.

Он никогда не закончит разбираться с ними, если не сконцентрируется. Но блондинка из бара продолжала его беспокоить.

Нужно было не слушать ее и вызвать такси.

Одинокая женщина ночью, даже в таком безопасном месте, как Палм-Бич, очень уязвима.

Особенно женщина, которая, как ему показалось, не в себе.

И что из того, что она красива? Что сердце сладко заныло, когда она выходила из клуба с болтающейся на плече маленькой черной сумочкой? Это не делало ее похожей на «золотоискательницу».

К сожалению, любая женщина, привлекавшая его в прошлом, была больше заинтересована в его деньгах, чем в нем самом. Или ему так казалось… Он потому и переехал в Палм-Бич. У многих здесь гораздо больше денег, чем у него, и легче затеряться. Стать незаметнее, что ли…

Майк закончил сличать цифры, заполнил депозит и уложил все в банковскую сумку. Неплохо для такого непродуктивного вечера. Он спустился вниз, проверил двойные замки и убедился, что все выключено. Сегодня он задержался, здание уже опустело. Обычно он уходил с последними уборщиками. А все из-за нее.

Ему надо было хотя бы убедиться, что она благополучно добралась до своего автомобиля.

Черт, надо было хоть посмотреть, есть ли у нее автомобиль. Она же могла уйти пешком…

Майк уложил в сейф сумку и закрыл тяжелую дверцу. Теперь можно отправляться домой.

Он здорово устал. Хорошо бы поспать подольше. Если совесть позволит.

Он повернул на Оушен-бульвар и бросил взгляд в сторону океана. Луна поднялась уже высоко и позолотила белые барашки.

И тут он увидел женщину, бредущую по пляжу. Длинные светлые волосы серебрились в лунном свете. Не многие приходят на пляж в этот предутренний час. И уж точно не в одиночестве…

Может, это та самая блондинка из клуба?

Майк вновь почувствовал укол совести. Он снизил скорость и пристально вгляделся в тень под пальмами. Девушка шла босиком, крутя в одной руке сандалии. Кажется, она.

Майк оглядел улицу в поисках копов. Сейчас он им все объяснит и отправится домой в полном согласии со своей совестью, которую так тщательно взращивали в нем родители. Но ему не повезло — полицейских не было. Он пересек улицу и встал у обочины в противоположном движению направлении. Вышел из машины и пошел по пляжу. Песок засыпался в туфли, чего он всегда не любил. Все-таки совесть чертовски неудобная штука. Он по-прежнему не мог ясно разглядеть лицо женщины, но почему-то был уверен, что это она. Он узнал ее сумочку и то, как она болтается на плече…

Он подошел ближе, чтобы не кричать, и заговорил:

— Извините, мисс.

Она вскрикнула, в смятении подняла руки, и сандалии, которые она несла, полетели в его сторону. Майк поймал одну сандалию и нагнулся за второй.

— Вы что, так развлекаетесь? — сердито бросила она, прижимая руку к сердцу. — Подкрадываетесь к людям и пугаете их? Вы проделываете это со мной сегодня уже во второй раз.

Майк усмехнулся. Она определенно не в себе.

— А разве не вы говорили, что уже взрослая?

— Отдайте мои туфли и ступайте прочь, сердито буркнула она.

— Вы гуляете с тех пор, как ушли из клуба?

— Не ваше дело. Верните мне туфли.

Он еще крепче зажал их в руке.

— Я хочу быть уверен, что вы в безопасности.

Нужно вызвать такси.

— Я хочу прогуляться. — Она начала всерьез злиться. — Вы собираетесь вернуть мне туфли или нет?

Майк взглянул на нее, потом на сандалии, опять на нее.

— Я еще не решил. — Он протянул ей свободную руку и представился:

— Майка Скотт. Рад познакомиться.

Она в изумлении уставилась на руку, потом на него.

— Мне нужны мои туфли, Майк Скотт.

Он ухмыльнулся и убрал руку.

— Почему вы не хотите, чтобы я отвез вас домой?

— А как же предложение вызвать такси?

— У меня нет с собой мобильника.

Она скептически вскинула бровь.

— Вы работаете в Палм-Бич и у вас нет мобильного телефона?

Он засмеялся. Не смог удержаться.

— У меня есть мобильный, просто я не взял его с собой. Я живу в Палм-Бич и работаю недалеко от дома. Брать с собой телефон нет необходимости. Идемте. — Он кивнул в сторону автомобиля. — Позвольте мне отвезти вас, куда скажете.

— Благодарю, не стоит. Отдайте мне туфли, и я пойду своей дорогой.

— Почему вы не хотите, чтобы я вас подвез?

«Вы сошли с ума», — говорил ее взгляд.

— Потому что я вас не знаю. Может, вы серийный убийца, который прячет тела своих жертв на дне озера, чтобы их съели крокодилы.

— Я уже говорил вам, что я Майк Скотт. Я работаю в «Ла Джоли» и бываю там каждый вечер. Спросите любого, вам все скажут. Я нормальный парень, правда.

Майк сам не мог понять, чего он так старается.

— И у кого же я должна спрашивать? — Она насмешливо обвела рукой пустынное пространство пляжа и тихой улицы.

Майк достал из кармана бумажник и вытащил оттуда фотографии.

— Смотрите: это моя мать, а это — мои племянники. — Он начал называть по именам сыновей своей сестры. — А это моя племянница, Элизабет. Бетси — единственная девочка в семье.

— Даже у серийных убийц есть семьи, — заметила девушка, но, как ему показалось, уже мягче. Самое время приступить к переговорам.

— Что я должен сказать еще, чтобы вы разрешили мне доставить вас домой?

— Ничто в мире не заставит меня это сделать. Она протянула руку с молчаливым требованием вернуть сандалии. — И вообще, почему? Почему вы не хотите просто отдать мне туфли и попрощаться?

«Совесть» — единственный правдивый ответ, который у него был, но он не казался подходящим. И Майк начал путано объяснять:

— Если с вами что-нибудь случится, я буду считать себя ответственным за это.

Ее взгляд говорил: «Ты что, псих?»

— При чем тут вы? Я сама за себя отвечаю.

— Конечно, — кивнул Он, — но любому человеку может понадобиться поддержка. — Он знал это по собственному опыту. — Что плохого в том, чтобы принять помощь, когда ее предлагают?

Она на мгновение пристально поглядела на него, а потом отрицательно покачала головой.