Герцог и служанка - Хеймор Дженнифер - Страница 27

— Ловко ваша сестра соблазнила его.

— Он ее трахнул?

Голос Уильяма поразил Бекки. Она едва не ахнула от удивления. Пальцы ее крепче сжали перила. Она никогда не слышала от него подобных слов. Уильям был утонченным и безукоризненно вежливым. А о том, что у него есть сестра, она даже не подозревала.

— О да, и весьма недурственно, учитывая, что он весь в цепях.

— Проклятие! — Уильям повысил голос почти до крика и тут же взял себя в руки. Послышался звук удара: верно, он хлопнул рукой по буфету. — Я знал, что ей нельзя доверять.

— Сэр, вот мне тоже непонятно: если вы ей не доверяли, то зачем приставили к нему?

— Это было испытание, — сухо ответил Уильям. — Я испытывал ее преданность. Хотел посмотреть, сумеет ли она поступить правильно. Она не сумела.

— А, понятно. Умно с вашей стороны.

— Неудивительно, что она предала меня. — Уильям сделал глоток какой-то жидкости. — Странно думать, что она мне такая же родня, как и Уоррен. Уоррен ни за что бы не бросил меня, стоял бы со мной до конца. А Кэтрин… Она ненадежная. Она лишена всех лучших качеств нашего брата, но зато наделена всеми худшими качествами женского пола, это да.

Кэтрин?!

— Надо ее как следует наказать за предательство. — В голосе Джона появились зловещие нотки. — Если б моя сестрица так обошлась с семьей, я бы шкуру с нее спустил.

— Да. Да, ты, конечно, прав. — Последовала недолгая пауза. — Надеюсь, ты меня не подведешь.

— Не извольте беспокоиться, сэр. На меня можете положиться.

— Спасибо, Джон. — Голос Уильяма наполнился усталостью и болью. — Значит, завтра. Когда Кэтрин пойдет в подземелье, ты их прервешь. Но не убивай ее, понял? Я хочу, чтобы герцог пришел в ярость, но она нужна мне живой.

Бекки оцепенела. Она стояла, не шелохнувшись, не дыша.

Герцог?!

— Я едва не велел тебе прикончить ее. — Снова удар. Уильям вздохнул: — Но от нее есть хоть какой-то толк: она помогает матери по хозяйству и с этим недоноском. В любом случае, когда закончишь с ней, мы переправим туда мою женушку. Наверное, уже послезавтра.

— Леди Ребекку? В Дебюсси-Мэнор?

Дебюсси-Мэнор?!

— Да. Что с ней делать, я еще не решил. Нужно что-то, что будет для герцога невыносимо. Я еще обдумаю этот вопрос, а дальше приступим к действиям. Я хочу получить максимальный эффект. — Бекки догадалась, что Уильям улыбается. — Может, мне даже потребуется твоя помощь, Джон.

— К вашим услугам, сэр. — Пауза. — Но потом-то мы их убьем?

— Да, конечно, — с легкостью отозвался Уильям. — В конечном счете.

Звон бокалов.

— За ваше здоровье, мистер Фиск.

— Да, а еще за наше грядущее богатство и скорый конец моего брака с самой занудной женщиной, которую мне довелось встретить.

Бекки, ничего не чувствуя, сопоставляла факты.

Дебюсси-Мэнор — это место, где живет Кейт, куда она каждый вечер возвращается, чтобы ухаживать за младшим братом. После смерти маркиза там остались жить только Кейт, ее мать и братишка.

Кейт — это, должно быть, и есть Кэтрин, сестра Уильяма. Кейт приняла сторону Гаррета в его борьбе с Уильямом. Неужели ее горничная и брат стали любовниками?

За прошедшие четыре месяца Бекки узнала из газет, что Гаррету и Софи пришлось пройти унизительную процедуру развода, из которой пресса раздула большущий скандал. Газеты пестрели портретами Тристана и Софи и сплетнями о том, как скверно строятся их отношения с Гарретом. Бекки была дочерью герцога, и она знала, насколько газетчики склонны преувеличивать факты. Интересно, что там происходило на самом деле?

И хотя она знала о разводе, ей было сложно представить Гаррета с кем-то, кроме Софи. Он был привязан к ней одной, сколько Бекки его знала.

Еще более странно думать о том, что он спит с ее жизнелюбивой и явно невинной горничной.

На несколько мгновений в гостиной воцарилась тишина.

Мужчины пьют, подумала Бекки. Хотя ее мозг работал быстро и четко, она до сих пор ничего не чувствовала, кроме оцепенения во всем теле.

Она развернулась и на деревянных ногах поднялась наверх.

Первым делом она достала сюртук Уильяма, вытащила из кармана ключ — как любая ревнивая жена, она обыскала его карманы сразу же, едва только Уильям переоделся к ужину, но не нашла ничего, кроме безобидного старого ключа.

Теперь понятно, для чего он предназначен. Бекки подложила вместо него подходящего размера ключ из своей домашней связки.

Уильям поймет, что ключ не тот, только когда вытащит его, но Бекки с радостью шла на такой риск.

Она повесила на место сюртук Уильяма и сунула ключ за подкладку полосатого спенсера, который наденет завтра вечером.

Завтра вечером она наконец нарушит приказ Уильяма не выходить из дома и отправится «на прогулку».

Ребекка машинально сняла халат и скользнула под одеяло. Когда час спустя Уильям вернулся, она ровно и глубоко дышала, притворяясь спящей.

Глава 9

Домой Кейт почти бежала. Кровь бешено мчалась по венам. Уилли весь день пробыл дома и нагружал ее поручениями в Кенилуорте. Сказал, что леди Ребекка простудилась и не желает, чтобы ее беспокоили.

Хуже того, ей так и не удалось украсть ключ. Первым делом, придя в Кенилуорт, она взялась чистить сюртук брата и уже нащупала в кармане ключ, и только собиралась потихоньку его вытащить, как Уилли забрал его у нее, и глаза его светились таким пониманием, что у нее по спине прошла дрожь ужаса. Потом он отослал ее в город и держал на дистанции весь день.

Выполняя работу, Кейт обдумывала другие способы освободить Гаррета. Огонь? Нет, он только обожжет Гаррета, не говоря уже о том, что расплавить железо ей не удастся. Очень острая, очень маленькая пилка? А это вариант…

Когда Уилли послал ее к портному за новыми рубашками, по пути от портного Кейт забежала к часовщику, мистеру Гвинну. Она сказала ему, что ее госпожа, леди Ребекка, с ума сходит по всяким механическим штукам. Недавно она «влюбилась» в одни часы, однако, разбирая их, обнаружила, что без пилки не обойтись.

Удивленный часовщик протянул ей пилку, лезвие которой в длину было не больше ее пальца, и круглая деревянная ручка — такая же по размеру. Кейт обещала скоро вернуть инструмент и спрятала пилку в карман.

Возвращаясь домой, Кейт решила заскочить в домик Берти. Ясно, что там поселилась любовница Уилли: заглянув в окно, Кейт увидела в беспорядке разбросанную по полу женскую одежду, однако самой обитательницы дома видно не было. Кейт постучала, но никто не открыл. Дверь была заперта. Она на всякий случай обошла домик по кругу и попробовала каждое окно, но тщетно: все было заперто.

Она решила срезать дорогу до дома по берегу ручья. На полпути ее внимание привлекла какая-то ужасная вонь. Кейт с любопытством огляделась в поисках ее источника и вскоре его нашла.

Она резко остановилась. В нескольких футах от ручья имелась небольшая полянка. И там лежал труп.

Труп Берти, если говорить точнее.

Кейт зажмурилась, стараясь отогнать жуткое видение, но это не помогло. Берти все еще лежал там.

Его закопали, но очень небрежно, и какой-то зверь отрыл часть его тела. Глаза старика были закрыты, лысый череп просвечивал сквозь тонкий слой земли, как кусок бекона. Во лбу у него зияла черная дыра.

Грудь Кейт словно сжали тиски. Тоненько пискнув, она развернулась и бросилась со всех ног наутек.

Остановилась она, только выбежав на главную дорогу в Кенилуорт. Тут ноги отказались служить ей, и она рухнула на землю, комкая в руках юбки и глотая слезы.

Берти мертв. Его убили.

Много позже, когда слезы ее уже высохли и опустилась ночь, Кейт вошла в Дебюсси-Мэнор через черный ход. Но ужас и горе до сих пор владели ею.

Ей понадобились все мужество и сила воли, чтобы взять себя в руки. Сейчас не время хандрить. Время быть сильной. Если она не сумеет быть сильной, пострадают другие люди. Кейт была в этом уверена.

Ее брат убил Берти, а скорее всего, приказал Джону или мистеру Хейсу его убить. Кейт ни капельки в этом не сомневалась. Более того, она видела лишь одну-единственную причину для такого поступка: Уилли опасался, что Берти может помешать его тщательно продуманным планам. Если такой незначительный повод подвигнул Уилли на убийство, то страшно представить, какую участь он уготовил Гаррету.