Пока еще жив - Джеймс Питер - Страница 79

К 8.35 четверо посетителей покинули заведение. Осталась лишь женщина в кожаной бейсболке. Вскоре после 8.46 она поднялась и подошла к барной стойке, после чего исчезла из кадра. Впрочем, через пару минут она возникла снова. На этот раз камера запечатлела, как она выходит на улицу.

— Она! — произнес Поттинг. — Вы ее помните?

— Как же, помню, — отозвался Крейг. — К нам сюда захаживает много разных чудаков, и она явно из их числа.

— В каком смысле?

— Ну, во-первых, по ней и так видно. А еще у нее странный хриплый голос. Прежде чем сесть за компьютер, спросила, какой у нас тариф, и я сказал ей, два фунта за полчаса, три — за час. Она сказала, что ей нужно снять немного денег, и спросила, нет ли поблизости банкомата. Помню, я сказал ей, что ближайший расположен на Куинс-Роуд.

— И она туда отправилась?

Крейг пожал плечами.

— Она вышла и вернулась минут через десять. Помню, она расплатилась новенькой десятифунтовой купюрой. Я тогда еще подумал, что эта бумажка наверняка только что из банкомата.

— Должен буду взять у вас на время диск, — сказал Поттинг. — Не возражаете?

Крейг заколебался.

— Если вы хотите, могу выдать вам официальный ордер.

Но Крейг покачал головой:

— Не надо. Как-нибудь обойдемся.

Поттинг взял диск, после чего поспешил к началу Трафальгар-стрит и прошел под аркой Брайтонского вокзала. Затем свернул на Куинс-Роуд. Здесь действительно располагался банк Эйч-эс-би-си и чуть левее от него два банкомата.

105

Гленн Брэнсон сидел у своего терминала в оперативном штабе, а перед ним лежало несколько карточек-указателей. На одной было написано «Торс на ферме Стоунри», на другой — «Руки и ноги, найденные в пруду Общества любителей рыбной ловли Западного Суссекса». На третьей — костюмная ткань на ферме Стоунри, Западный Суссекс, в том же пруду Общества любителей рыбной ловли и из немецкого турне Геи. Четвертая была озаглавлена: Майлз Ройс. Пятая: Дрейтон Уилер.

Он пользовался этим методом всякий раз, когда заходил в тупик. Каждая карточка относилась к той или иной фотографии, пришпиленной к белой пластиковой доске над рабочими столами, за которыми в молчаливой сосредоточенности трудилась команда следователей. Каждые несколько минут до него доносились раздраженные восклицания Поттинга. Тот имел привычку разговаривать громче остальных, особенно по телефону. Он едва ли не орал в трубку, как будто тот, кто находился на том конце линии, имел проблемы со слухом.

Затем мысли Брэнсона прервал женский голос:

— Сэр?

Он поднял глаза. Перед ним стояла констебль Ривз — в ярко-красном платье, светлые волосы распущены по плечам, глаза горят.

— Я кое-что откопала на интернет-аукционе eBay.

— Что именно?

— Там мне здорово помогли. Я разжилась полной историей аукциона, на котором был продан костюм Геи, включая имена всех участников. В конце концов их осталось лишь двое, и именно их стараниями цена взлетела от первоначальных семисот фунтов до двадцати семи тысяч.

— Да это просто поединок какой-то, а не аукцион!

— Это точно. И победителем из него вышел не кто иной, как наш человек-головоломка Майлз Ройс.

— Ройс? — переспросил Брэнсон и нахмурился. — Мне казалось, что у него уже есть такой костюм, потому что он просто его купил.

— Да-да, — поспешила поддакнуть Эмма Ривз. — Но этотему не принадлежал. Личный костюм Геи, который она надевала во время концерта. Именно это делает его ценным в глазах коллекционера.

— Все понятно, но, черт, как можно выложить такие бешеные бабки за какую-то тряпку?

— Судя по всему, Гея все деньги отдает на благотворительные нужды, — предположила Ривз. — А для коллекционера это неплохое вложение средств.

Брэнсон пожал плечами:

— Но даже так вам нужно ну очень хотеть приобрести эту вещь.

— Так оно обычно и бывает с коллекционерами, сэр. Как бы там ни было, я отдала все имена Аннализе Винир, чтобы она их проверила. Помните инцидент в Гранд-отеле на прошлой неделе, когда фанатку Геи, слишком бурно выражавшую свои чувства, сбил с ног охранник? Фанатка тогда вызвала полицию, та ее выслушала. Правда, в конце концов выяснилось, что девица дала фальшивый адрес.

— Верно, — поддакнул Брэнсон. — Помнится, ее звали Анна Гарли, Гэлисси или что-то типа того.

— Одну секундочку! Галишия — она была второй, проигравшей участницей аукциона, на котором был продан желтый костюм.

Брэнсону понадобилось пара секунд, чтобы переварить эту новость. В голове его тотчас родилась еще одна версия. Мотив? Вдруг они проглядели что-то действительное очень важное? Могла ли злость по поводу костюма спровоцировать убийство? Как попали лоскутки ткани туда, где они были найдены? Неужели они были подброшены туда нарочно, в отместку?

Норман Поттинг наконец закончил телефонный разговор и поднял глаза.

— Вы говорите о какой-то фанатке Геи?

Брэнсон хмуро посмотрел в его сторону:

— Возможно.

— Я тут недавно вернулся из этого интернет-кафе, которое «Коннектид». — С этими словами он поднял диск. — Это запись с внутренней системы видеонаблюдения. И на ней хорошо виден тот, кто был в кафе примерно в 8.46 вечера в понедельник, когда Гея получила письмо с угрозами.

Как актер, играющий на публику, Поттинг умело выдержал паузу.

— Это женщина.

Услышав его заявление, кто-то нахмурился. Пару секунд царило молчание.

— Женщина? — переспросил Гай Батчелор.

— Угу.

— Там видно, как она входит в кафе? — уточнил Гайдн Келли, садясь на стул напротив.

— Вроде бы да, — ответил Поттинг.

— Дай взглянуть.

Поттинг протянул ему диск, и Келли вставил его в компьютер.

— Эта особа, кто бы она ни была, примерно в 8.30 ходила к банкомату Эйч-би-эс-си на Куинс-Роуд, чтобы снять немного наличности, — пояснил Поттинг. — Там есть два банкомата, один рядом с другим. Я только что был в банке, попросил сообщить нам информацию по всем лицам, что в тот день снимали деньги в этих банкоматах в промежутке между 8.15 и девятью часами вечера. Я специально взял время с запасом на тот случай, что часы в банкомате идут неточно. Эту информацию мне сообщат чуть позже.

Гленн Брэнсон встал рядом с Гайдном Келли и, перегнувшись ему через плечо, попробовал рассмотреть не совсем резкое цветное изображение.

— Можно перемотать немного вперед, до того места, как все остальные выходят из кафе, — посоветовал Поттинг.

Келли так и поступил, затем, когда на часах замигали цифры 8.44, вновь поставил запись в режим медленного просмотра. Теперь в кадре была лишь женщина в кожаной бейсболке. Судя по ее телодвижениям, можно было сделать вывод, что примерно в 8.46 она приняла какое-то важное для себя решение. После этого она, похоже, вышла из системы, поднялась, подошла к барной стойке и исчезла из вида.

— Сейчас она снова появится, — прокомментировал Поттинг.

Спустя пару минут женщина вновь появилась в кадре, после чего направилась к выходу.

— Черт! — воскликнул Гайдн Келли.

— Что такое? — спросил его Брэнсон.

— Я, конечно, могу ошибаться… Нужно бы посмотреть чуть больше.

— Это ты о чем?

— О походке.

— И что она тебе говорит?

— Пока ничего. Мне нужно посмотреть другие кадры с ней.

— По идее она должна была попасть в камеру полицейского участка на Джон-стрит, — ответил Гай Батчелор. — Там хорошо просматривается вся Куинс-Роуд.

Брэнсон повернулся к Нику Николлу:

— Ник, живо отвези туда Гайдна.

Николл поднялся с места.

— Никто не знает, как сделать на основе видеокадров фото? — спросил Гленн Брэнсон.

— Созвонись с Мартином Блумфилдом из отдела фотоматериалов. Он наверняка сумеет.

Спустя тридцать минут Брэнсон вышел на улицу, имея при себе две сделанные крупным планом фотографии женщины в кожаной бейсболке. Одна — в полный рост, другая — только лицо. Сел в служебный автомобиль без опознавательных знаков и, выехав за ворота управления, покатил в направлении приморского бульвара к Гранд-отелю.