Пока еще жив - Джеймс Питер - Страница 85

— Гайдн, я хочу, чтобы вы отправились в комнату видеонаблюдения, — попросил он криминалиста-ортопеда. — Мне нужна помощь всех, кто сейчас свободен. Проследите, пожалуйста, за камерами видеонаблюдения вокруг Павильона. Если заметите Эрика Уитли или Анну Галишию, то немедленно сообщи мне. Договорились? Мы будем искать его. — Он огляделся по сторонам. — Белла, я хочу, чтобы ты поискала его там, а потом дождалась меня у входа в Павильон. Все, давай, в путь!

Белла Мой и Гайдн Келли встали и торопливо направились к двери. Грейс повернулся к присутствующим:

— Мы все знаем, как Уитли выглядит в обоих обличьях. Хочу, чтобы вы все внимательно выглядывали его в толпе. Я не уверен, что он попадется нам на глаза, но удивлюсь, если мы его не увидим. Помните, мы не имеем права упустить его.

Он пробежал глазами список звонков и нашел время звонков Ларри Брукера, которые тот сделал прошлым вечером, и снова позвонил ему.

— Мистер Брукер, это суперинтендент Грейс.

— Вы позвонили в неудачный момент, — ответил продюсер. — Мы приступаем к съемкам главного эпизода. Могу я перезвонить вам позднее?

— Нет! — возбужденно произнес Грейс. — Гея сейчас на площадке?

— Нет, черт побери, ее еще нет! Мы как раз ждем ее!

— Мистер Брукер, окажите мне великую любезность. Мы полагаем, что в данный момент возникла серьезная угроза ее жизни. Я хочу, чтобы полицейские проводили ее в гостиничный номер и охраняли там до тех пор, пока угроза не минует. Вы сегодня можете снимать какие-нибудь эпизоды без ее участия?

— Детектив Грейс, она нас и так изрядно задержала. Будьте реалистом. Звезды регулярно получают угрозы от всяких психов. У нее, черт побери, есть собственная охрана, и еще там присутствует охрана Павильона и охранники съемочной группы. Да и полиции тут рядом с нами хватает. Это место охраняют почище Форт-Нокса. Сюда мышь не проскочит без пропуска. Сейчас это самое безопасное место во всем Брайтоне.

— В таком случае почему же вчера в Банкетном зале свалилась люстра, мистер Брукер?

— После этого здесь навели чуть ли не армейский порядок. Мы заколотили все люки. Обыскали все уголки Павильона. На площадке Гея будет в полной безопасности. Если мы, конечно, сможем дождаться, черт возьми, когда она соизволит выйти из трейлера.

Грейс сердито отключился.

— Что случилось, шеф? — спросил Гленн Брэнсон.

— Извини, я думал, тебе уже рассказали. Нашли голову Майлза Ройса.

Гленн удивленно посмотрел на Грейса:

— Нашли? Где?

— В холодильнике Эрика Уитли.

— Вот черт!

— Да, да. И у меня предчувствие, что его следующая цель — Гея. Судя по состоянию его жилища, он ума лишился. В клочья разорвал все сувениры, изрисовал все стены мерзкими надписями с угрозами в адрес Геи и исчез.

— Как ты думаешь, где он может быть? — спросил Брэнсон.

— Я сегодня разговаривал с психологом, доктором Тарой Лестер. Она занимается изучением тех одержимых фанатов, что охотятся за знаменитостями и нередко воображают себе, будто общаются с ними. Им кажется, что та или иная знаменитость только и ждет того момента, когда может проявить взаимность. То есть, по мнению такого фаната, знаменитость тоже влюблена в него. Когда знаменитость отвергает его, он может не на шутку взбеситься. Похоже, что мы имеем дело как раз с таким случаем. Я думаю, что он непременно появится возле нее — либо в отеле, либо в Павильоне.

Брэнсон кивнул.

— Вечернее совещание отменяется. Нам с тобой надо срочно найти Гею.

114

— Гея вышла из трейлера, сейчас будет, — доложил Ларри Брукеру и Джеку Джордану Барнаби Кац и, услышав голос сопровождавшего звезду третьего помощника режиссера, добавил:

— С ней Джо и двое полицейских. Передадут с рук на руки.

— Скажи им, чтобы включили сирену и пошевеливались, — нетерпеливо бросил Брукер.

Триста ярдов, отделявшие стоянку от Павильона, черный «ренджровер» прошел в сопровождении полицейской машины. Полицейские торопливо выскочили и замерли в сторонке. Один из телохранителей распахнул дверцу, и знаменитость, нагнув голову, чтобы не зацепиться за что-нибудь париком, платьем или высоким воротником, медленно, осторожно сошла на землю.

Собравшаяся за стеной, на Нью-Роуд, внушительная толпа зевак приветствовала ее восторженными, хотя и разрозненными криками. В серой хмари наступающего вечера замелькали вспышки. Неторопливо, как будто неуверенно, Гея проследовала по дорожке, вошла, по-прежнему в сопровождении третьего помощника, в здание, повернула вправо и направилась по коридору в Банкетный зал.

Прямо в море лиц.

Вздох облегчения прошелестел по залу. Сидевшие за банкетным столом актеры повернулись к ней. Художник по гриму побежала между стульями, промокая блестящие от пота носы и лбы; одна из парикмахерш поправила парик на голове Хью Бонневилля. Сами собой вдруг грянули аплодисменты.

Дело дрянь, подумал Брукер. Дрянь дело. Ей это точно не понравится.

Ни теплым приветствием коллег, ни знаком восхищения эти аплодисменты не были, а были они язвительной демонстрацией недовольства тридцати раздраженных и уставших от ожидания собратьев по профессии.

И тут, к полнейшему изумлению Брукера, Гея улыбнулась и присела в реверансе перед собравшимися за столом. Потом отвесила поклон оператору и его команде. Звукорежиссеру и его группе. Монтажнице. Режиссеру и продюсеру. Всем остальным. Поклонилась так, словно от этого жеста зависела вся ее карьера.

Горделиво, с достоинством улыбаясь, она как будто не понимала, что случилось, она наслаждалась вниманием, чувствуя себя объектом поклонения и восхищения, которых здесь не было и в помине.

Брукер нахмурился. Гея никогда не вела себя так, это было не в ее характере. И вообще с ней творилось что-то странное.

115

Рой Грейс задумался, почему Гленн Брэнсон всякий раз, как только садится за руль, гонит машину на такой скорости, словно угнал ее и пытается оторваться от погони. Правда, на этот раз у него была на то веская причина. Гленн на всех парах прорывался через рассасывающуюся понемногу дорожную пробку. Большую часть пути Грейс опасался за собственную жизнь и жизни тех, кто мог случайно попасть им под колеса. Чтобы отвлечься от этих мыслей, он сделал пару звонков и сообщил свежую информацию сначала старшему констеблю через дежурного офицера, а потом Риггу.

В 6.30 вечера, всего через семь минут после того, как они вышли из Суссекс-Хаус, их машина на бешеной скорости въехала на территорию Павильона и затормозила позади черного «ренджровера». Грейс с облегчением заметил, что присутствие полиции здесь заметно возросло по сравнению со вчерашним днем.

Когда они поднялись по ступенькам к парадной двери, путь им преградила пара охранников с наушниками радиопередатчика.

— Простите, господа, — сказал один из них. — Сюда приказано никого не пускать, сейчас вот-вот начнут съемки.

Грейс вытащил из кармана удостоверение и показал его охранникам.

Тот же охранник снова покачал головой:

— Сэр, боюсь, вы меня не поняли. Сейчас начнется съемка. Я не могу впустить вас до того, как они закончат снимать эту сцену.

— Мы будем вести себя предельно тихо, — ответил Грейс. — У нас срочное дело.

— Они сегодня и так потеряли целый час. Мадам пребывала в крайне непростом настроении, если вы понимаете, о чем я, — сказал охранник. У него были желтоватые от никотина усы, кряжистая фигура с прямой осанкой и не допускающий юмора тон, выдававший в нем армейского старшину в отставке.

«Ей чертовски повезло, что она еще жива, если вы понимаете, о чем я», — едва не ответил ему Грейс.

— Извините, но нам действительно необходимо срочно попасть в здание, — вслух произнес он.

— Телефоны выключены?

— Нет. Мы не можем отключить ни телефоны, ни рации.

— В таком случае боюсь, что я не смогу пропустить вас до окончания съемок сцены, господа.

— А когда она закончится?