Тайны сирен - Голдинг Джулия - Страница 44

— Думаю, что она пробралась на танкерный причал. Она хотела самостоятельно выяснить, что могло случиться с пропавшими людьми. Ее подтолкнул к этому Кол, правда, не думаю, что он сделал это сознательно. Он рассказал ее какую-то чушь о неисправном механизме.

— Это официальная версия, распространяемая Обществом, — сказала Джессика, — чтобы отвлечь внимание от истины. Ее придумал отец Кола. Общество утвердило ее на прошлой неделе, потому что одна журналистка не хочет оставлять эту историю в покое, и все боятся, как бы она не поплыла на лодке искать разгадку и не встретила сирен.

— Что? И никто мне об этом не сказал! — вскипела Конни. Она готова была задушить Кола, да и все остальное Общество тоже. — Что ж, Аннину заинтересовала эта версия, и она решила ее проверить. Смотрите, спускается туман.

Как раз в этот момент Конни ощутила легкую вибрацию в костях, как будто глубоко внутри ее сработал камертон.

— Джессика, Арран, кажется, приближаются сирены.

Джессику, по всей видимости, охватила такая же паника, как и Конни. Однако Арран оставался спокоен.

— Все и так понятно, правда? — сказал он, сморщив нос и нюхая ветер. — Из-за Общества подруга Конни попала в переделку — нам лучше вытащить ее отсюда. Джессика, не забудь закрыть уши!

— Куда мы пойдем? — пролепетала Конни.

— На причал, разумеется, — хладнокровно произнес Арран, как будто он всю жизнь занимался такими вещами. — Я знаю это место, как свой плавник, со стороны моря по крайней мере.

— Думаю, на Милсом-стрит есть запасная калитка, — сказала Джессика. Лицо ее было бледным, но выглядела она решительно. — Самый верный путь.

— Так чего же мы ждем? — бодро спросил Арран и перешел на бег.

Девочки помчались вместе с ним к запасному входу. Справа от них тускло светили в тумане огни зданий офиса и завода. Слева были подъемные краны и контейнеры в доке.

— Вот где она должна быть, — сказала Конни, кивнув в сторону моря. — Она будет искать в том месте, где пропали люди.

Туман сгустился еще сильнее и поглотил ближайший к ним блок красных контейнеров. У этого был один плюс: туман скрыл их, когда они прошмыгнули под автоматическим турникетом мимо кабинки охраны.

— Хорошо. Нельзя терять времени. Пойдем искать, — сказал Арран. Прежде чем они смогли остановить его, он побежал к доку.

— Арран! — Голос Джессики прозвучал зловеще во влажном воздухе. — Стой! — Но Арран не обращал на нее внимания. — Посмотри на него! Можно подумать, что все это просто игра! — сердито сказала она. — Нам лучше пойти за ним. Он не знает о скрытых камерах и прочих штуках. Кто-нибудь его непременно увидит.

Конни подумала, что кто-то мог услышать и ее крик, но Джессике ничего не сказала. Девочки поспешили за Арраном, однако он уже исчез в тумане. Покалывание в костях у Конни перешло в вибрацию: сирены приближались. Девочки добежали до высокого крана, который нависал над доком, как желтая цапля, готовая опустить голову в воду, вершина его терялась в клубах мглы. Они спрятались за ним и оглянулись по сторонам — не видно ли человека или тюленя.

— Аннина! — позвала Конни.

Тишина.

— Арран! — закричала Джессика.

— Я собираюсь поискать вашу подругу в гавани, — последовал ответ.

Он был совсем близко. Конни и Джессика пригнулись и на четвереньках подобрались к свернутому в кольцо канату у самого края воды. Арран лежал там на животе, вытянув руки вдоль тела.

— Арран, не надо! — воскликнула Конни, бросаясь к нему. — Ты должен вернуться вместе с нами. В любую минуту нас могут обнаружить. В таких местах всегда полно камер слежения и всяких других штук.

— Слишком поздно: я превращаюсь, — сказал Арран. Дрожащим движением, словно легкий ветерок, колышущий поверхность пруда, одежда селки превратилась в толстую шкуру. Его руки срослись с туловищем, оставив взамен только два похожих на ладонь ласта. Ноги соединились вместе, а ступни преобразились в хвост. Конни сидела растерянная и в то же время изумленная. Его большие темные глаза так округлились, что белки исчезли. Вокруг носа выросли усы, а сам нос быстро утолщился и превратился в мордочку. Челюсть выдвинулась вперед, из десен показались острые зубки. Когда превращение завершилось, Арран положил голову Конни на колени, позволив ей погладить его гладкую шею. Под пальцами она ощущала слой защитного жира.

— Это я, — сказал он ей. — Так я выгляжу на самом деле.

Вдали загудел клаксон. Послышался топот бегущих по пристани ног.

— Пойдемте со мной. Я отправляюсь искать ее для вас, — сказал селки.

— Я не могу, — прошептала Конни. — Я вряд ли смогу проплыть даже небольшое расстояние.

— А я не оставлю Конни, — твердо сказала Джессика.

— Я помогу ей, — настаивал Арран. — Они поймают вас, если вы останетесь здесь.

Но они поняли это слишком поздно.

— Эй! Да здесь еще кто-то есть! Моу, вон они! — завопил какой-то мужчина, внезапно появившись рядом с канатом и размахивая фонариком.

Он остановился, столкнувшись нос к носу с тюленем, и поспешно отступил, испугавшись острых, как иголки, зубов, которые оскалил на него Арран.

С другой стороны с топотом появился второй человек.

— Это место на меня ужас нагоняет, Бен, сначала мужики по пьянке в море выбрасываются, теперь детишки приходят на экскурсии, — сказал Моу, отирая пот с лица.

— И не только детишки, — сказал Бен, кивая на тюленя. — Осторожно! Девочки, не двигайтесь, я отгоню его от вас. — Он начал размахивать руками. — Кш-ш! Уйди от нее!

Аррану оставался только один путь. На прощание лизнув пальцы Конни шершавым языком, он перевалился через ограду дока и почти без всплеска исчез под водой.

— С вами все в порядке? — спросил потрясенный увиденным Бен, протягивая руку и помогая Конни подняться на ноги. — Вам не следует тут бродить, вы знаете. Тут небезопасно даже в самое спокойное время. — Он нервно оглянулся. — А особенно небезопасно, когда спускается туман.

— Извините, — сказала Джессика. — Мы просто пришли за ее… тюленем. Мы беспокоились, как бы он не попал в какой-нибудь механизм и не поранился.

— Следовало сначала сообщить об этом нам, милочка, — сказал он. — Мне придется отвести вас в офис и обо всем доложить. Что скажешь, Моу?

Но его коллега не слушал. Его руки безвольно повисли вдоль тела, челюсть отвисла.

— Джессика, зажми уши! — прошипела Конни.

Джессика заткнула уши пальцами, на лице ее был панический ужас.

— Моу, возьми себя в руки! — сказал Бен, щелкая пальцами перед носом приятеля. — Эй, кончай валять дурака. Не время и не место сейчас шутки шутить.

Теперь и Конни это услышала. Пение постепенно проникало сквозь туман, пока не заполнило собой все пространство. Оно обволакивало, умоляя пойти к поющим, нырнуть под холодные простыни волн на брачном ложе моря. Легкий ветерок, как ласковое прикосновение мягкой руки, дотронулся до ее щеки, увлекая вперед. Конни встряхнулась, сбрасывая с себя чары песни, как собака отряхивает воду со шкуры после купания.

Она повернулась к мужчинам. Моу качнулся вперед и медленно побрел к краю пристани. У Бена на лице была трогательная широкая улыбка. Он тоже двинулся к воде.

— Стойте! — заорала Конни.

Она с таким же успехом могла звать камни — эффект был бы тот же.

Новый, еще более настойчивый зов донесся сверху.

— Придите! Придите! — напевали сирены. — Мои руки мягки, мои объятия сладки!

Конни посмотрела вверх. На самом верху подъемного крана она увидела темные очертания одной сирены, которая, наклонив голову вперед, пением завлекала свои жертвы навстречу гибели.

— Заткнись! Оставь их в покое! — закричала Конни.

Но это было бесполезно. Сирена была слишком погружена в заклинание, вплетенное в ее песню. Для того чтобы сбить ее, хищницу на охоте, с запаха ее добычи, требовалось нечто большее, чем жалкие слова. Конни бросилась вперед и ухватила обоих мужчин за куртки сзади, но все, чего она достигла, это поняла, что ее так же подтягивает все ближе и ближе к краю. Джессика не могла помочь ей: обеими руками она закрывала уши.