Герой ее грез - Хардвик Элизабет - Страница 29

— Дорогая, хочешь, я попробую связаться с Гаролдом? — спросила Натали. — Он мог бы…

— Нет, нет! — воскликнула Дороти, молча выругав себя за неумение скрывать чувства. Значит, Эван собирается быть на свадьбе. Ну и что? Она дочь жениха, подружка невесты, и ей придется принимать и развлекать гостей, ни на что иное у нее не останется времени. Эван всего лишь один из приглашенных.

Натали бросила взгляд на наручные часики.

— О боже, нам пора идти. — Она порывисто повернулась к подружке. — Как я выгляжу?

— Ты очаровательна, — с теплой улыбкой заверила ее Дороти и легко подтолкнула к выходу.

Невеста издала нервный смешок.

— Ты тоже прекрасно выглядишь, милая. Тебе очень идет это персиковое платье.

— Мне всегда хотелось быть подружкой невесты, но и в голову не могло прийти, что это случится в мои двадцать семь лет! — насмешливо проговорила Дороти. Видно, ей суждено быть подружкой и никогда — невестой…

Она почти не заметила дорогу до церкви, ей казалось, что все происходит словно во сне, от которого никак не очнуться. Дядя Натали уже ждал их, и под торжественные звуки музыки они втроем двинулись по проходу к алтарю.

Церковь была забита друзьями и знакомыми, которых оказалось так много, что Дороти даже не могла вспомнить всех по имени. Конечно же, тут было слишком много людей, чтобы заметить одного-единственного человека…

Но он был здесь, она каким-то шестым чувством уловила его присутствие, хотя могла смотреть только прямо перед собой, сосредоточившись на своих обязанностях. Ее отец и брат прекрасно выглядели в парадных костюмах, и их слова перед алтарем звучали со спокойным достоинством.

И лишь когда пришло время двинуться в обратный путь по проходу вслед за новобрачными, Дороти позволила себе бросить взгляд на толпу в поисках Эвана. Она так и не смогла увидеть его, но догадывалась, что уж он-то видит ее и, скорее всего, воспринимает как елочное украшение в персиковом платье и с цветами в волосах! Но Натали хотела, чтобы свадьба проходила по всем правилам — с нарядной подружкой невесты, и Дороти понимала, что как нельзя лучше подходит для этой роли.

Фотографы, собравшиеся у церкви, беспрестанно сверкали вспышками. Дороти, жмурясь, старалась сохранять на лице улыбку, подтверждая, что более чем рада этому браку. Несколько газет, которые уже опубликовали информацию о бракосочетании главы издательства «Уинтерс хаус», во всех подробностях рассказали о самой известной паре недели. А завтра в прессе появятся и фотографии…

— Вы прекрасно выглядите, Дороти.

Улыбка мгновенно сползла с ее лица, когда она услышала у себя за спиной голос Эвана. Пока фотографы занимались ее отцом и Натали, она сделала шаг назад и, прежде чем повернуться, старательно изобразила на лице холодную вежливую улыбку. Но как ни старалась держать себя в руках, все же у нее в очередной раз перехватило дыхание то ли при виде Эвана, который предстал перед ней, то ли от мысли, что она полна безграничной любви к нему.

Неужели она так никогда и не исчезнет? Неужели этой любви суждено преследовать ее всю жизнь?

— Дороти! — Он нахмурился, не услышав в ответ ни слова.

Да говори же, черт бы тебя побрал! — молча приказала она себе, а то стоит как вкопанная, уставившись на своего кумира. Ну вот он, молись на него или пошли куда подальше! Набрав в грудь побольше воздуха, Дороти с трудом заставила себя улыбнуться.

— Я выгляжу как елочное украшение, да? — сказала она первое, что пришло в голову. — Но так хотела Натали. А где Мэгги? — Она стала оглядываться в поисках девочки.

— В гостях у дедушки, — коротко сообщил Эван. — Похоже, все готовы двинуться в путь, — кивнул он в сторону гостей, которые рассаживались по машинам, чтобы ехать в отель на прием по случаю свадьбы.

Каким-то образом — Дороти и сама не знала, как это случилось, — она оказалась в одной машине с Эваном.

— Ну, как вы справились? — поинтересовался он, когда их автомобиль пристроился за лимузином с новобрачными.

Откровенно говоря, со своими обязанностями подружки справилась она отлично — во всяком случае, когда отгоняла от себя мысли об этом человеке и вспоминала, что ей надлежит делать во время бракосочетания.

— Благодарю вас, неплохо, — чопорно ответила она. — А как ваши дела? — Дороти нахмурилась, бросив взгляд на спутника. Присмотревшись, заметила, что он чем-то озабочен, а под глазами лежат тени от усталости. Она тут же отогнала сумасшедшую мысль, что его состояние может иметь какое-то отношение и к ней. — Вы говорите, Мэгги у дедушки? — Странно, что Эван никогда не упоминал ни о каком дедушке…

— Да, — бросил он. — Ваш отец с Натали уезжают после свадьбы?

Он недвусмысленно дал понять, что не хочет говорить о Мэгги и ее дедушке. Дороти поймала себя на том, что это ее огорчило; она чувствовала, что за его сдержанностью кроется нечто глубоко личное.

— Уезжают, — кивнула она. — И не говорят куда, — небрежно добавила Дороти, хотя отлично знала, что новобрачные отправляются в Испанию. Об этом сказал ей отец, правда конфиденциально. И к чему вся эта таинственность?!

С этой темой тоже было покончено. Если и дальше все будет продолжаться в таком же темпе, то, когда они доберутся до отеля, им не останется о чем говорить! Слава богу, что ехать недалеко. С ее точки зрения, она исполнила долг вежливости по отношению к этому человеку и теперь весь оставшийся день может не обращать на него внимания.

Боже правый, мало того, что они ни в чем не могли найти общего языка, но, если бы даже и могли общаться более раскованно, им просто не о чем было бы говорить! Дороти избегала затрагивать тему его творчества; она не касалась ее и в разговорах с Нейлом, не имела представления, как развиваются их деловые отношения, и в данной ситуации не собиралась задавать лишних вопросов.

— Прекрасная погода для этого времени года, не правда ли? — раздался спокойный голос Эвана.

Дороти изумленно взглянула на спутника. Что это он? Ее лицо разгладилось, когда она увидела смешинки у него в глазах и поняла, что он имеет в виду: их отношения явно не продвинулись со времени ленча у Сильвестра. Хотя ее собственная жизнь претерпела большие изменения…

Она удивленно вздрогнула, когда Эван взял ее за руку и сплел их пальцы. Посмотрела на них, обратив внимание, что ее пальцы тоньше, нежнее и белее, чем его; у Эвана была сильная и загорелая кисть. Это прикосновение совершенно сбило ее с толку, опять лишив уверенности в себе.

Сегодня он кажется совершенно другим, подумала она, бросив на него взгляд из-под полуопущенных ресниц. И не только потому, что в уголках глаз и у губ лежали морщинки. Наконец она поняла, в чем дело: с той минуты, когда Эван встретил ее у церкви, он не сказал ни одной колкости! Смешно, но это почему-то настораживало ее.

— В самом деле, как у вас дела, Дороти? — мягко спросил Эван, не спуская с нее внимательного взгляда.

Какие дела он имеет в виду? Свадебные? Ведь уже спрашивал, и она с полной искренностью ответила на вопрос. Все прошло нормально и…

— Я хотел позвонить вам, — откашлявшись, продолжил он, так и не дождавшись от нее ответа. — Но после нашего последнего… ммм… разговора я задумался, какой мне окажут прием?

Доставила ли ей радость встреча с этим человеком? Только не после открытия, что Джордан оказался воплощенным Роджерсом. Не после того, как поняла, что влюблена в него. И уж конечно не после того, как выяснила, что его бывшей женой была одна из самых красивых женщин в мире, которую обожали миллионы людей и которая, разведясь с ним, оставила в его разбитом сердце неизбывную горечь потери.

— Не сомневаюсь, мой отец оценит, что вы нашли возможность побывать на его свадьбе, — уклончиво ответила она.

Эван нахмурился.

— А вы, Дороти? Вы тоже рады видеть меня здесь?

Что ей на это ответить? Она не собирается унижать себя даже легкой лестью и комплиментарным ответом, пусть даже искренним. А вот если не будет больше видеться с этим человеком, выкинет из головы мысли о нем, то, может быть, снедающая ее боль пусть и не исчезнет, но станет утихать…