Звездный Лес - Андерсон Кевин Джей - Страница 133

От перекрестного огня в небесах сгустки пламени проливались на кроны деревьев. Множество разбитых боевых шаров, сыпалось на лесной ковер. Иссушенное поле боя становилось пространством большого пожара, пока титанические существа воевали над головой.

Искры бежали по лесной земле и охватывали кору вселенских деревьев. Пламя сметало нижние ветви, разрастаясь сильнее и жарче. Терокцы, эвакуированные из червяковых ульев и грибных городов, теперь столкнулись с натиском пламени.

На лугах и в чаще летали кондорфлаи, чуя приближающуюся гибель, но не в силах избежать ее. В небе над головами людей в бешенстве метались дикие виверны, ужасные, похожие на летающих драконов твари; они атаковали боевые шары и тут же гибли.

Молодые люди, собравшие из разрозненных запчастей экзотические воздушные велосипеды, взмывали вверх, где их не достанет пламя. Их велосипеды были не более чем забавными игрушками, но теперь юные рейдеры подбирали других людей, задумав отчаянную игру, чтобы сохранить жизнь тем, кто уцелел.

Когда огонь окружил главное грибное поселение, младшая сестра Рейнальда, Целли, выбралась на балкон и скакнула на ветку. Она держала равновесие, как ее учили в классе древесных танцев, чувствовала поднимающиеся жар и дым.

С испугом она заметила, что на землю не попасть: пламя стелилось вверх по чешуйчатой коре. Целли почувствовала скорее разочарование, чем страх оттого, что позволила себе попасть в ловушку.

Добравшись до конца ветки, Целли собралась и перепрыгнула дальше, на другое дерево, но она не могла убежать от молниеносно распространяющегося пожара. Все ее танцевальные движения были рассчитаны и спланированы. Теперь ей приходилось полагаться на свой разум, особенно после того, как деревья уже устали и ослабели.

Кашляя от поднимающегося дыма, Целли не успела схватиться на третьем прыжке, но зацепилась за одинокую ветвь и смогла подняться обратно. Под ней разливалось и шипело голодное пламя, пожирая нижние ветви. Пойманная окончательно, не зная, куда бежать, Целли позвала на помощь. Ее голос утонул в возрастающем гуле пожара.

И вдруг устремился вниз молодой зеленый священник на летающем велосипеде. Он ловко схватил Целли за тонкую талию, и она закачалась на его кораблике, вцепившись в корпус, пока разноцветные крылья кондорфлаев, вибрируя, поднимали их вверх, унося подальше от пламени. Целли кричала прямо в ухо спасителю слова благодарности, но слова ее уносил ветер.

Аппарат, как пьяный, качался в воздухе, но священник летел вперед, высматривая место для приземления, в то время как Целли прилипла к нему для равновесия. Оставалось все меньше и меньше безопасных мест, куда бы они могли сесть…

Идрисс и Алекса, стоя на расчищенном участке леса, наблюдали, как жадное пламя облизывает ветку за веткой, распространяясь со скоростью эпидемии. Они не сводили глаз с мощных, запутанных извилин грибного города, пока огонь превращал в черную корку его оболочку. Изнутри доносились мольбы и вопли, и было ясно, что никто не спасся…

Гидроги возвращались вновь и вновь, и фаэрос продолжали изводить их. Когда зловещий боевой шар подошел совсем близко, Рейнальд гордо поднял голову и уставился на него, сжав кулаки, как будто его праведный гнев мог заставить врага повернуть обратно.

Но прежде, чем боевой шар испустил еще один залп разрушающей энергии, на него пушечным ядром свалился единственный фаэрос. Гидрог отреагировал ливнем холодного пара, швырнув его в слепящий глаза эллипсоид, остановив его на полпути. Невиданные враги поднялись, схватившись в битве, и пошли по кругу, обмениваясь сгустками огня и ледяными вихрями до самозабвения.

Рейнальд чувствовал, как воздух колеблется от их смертельной дуэли. Враги сошлись, неразрывно связанные смертельным объятием.

Затем, сцепившиеся фаэрос и гидрог рухнули в густую листву, но прямо на их пути оказались Рейнальд и зеленый священник.

Рейнальд с криком попытался убраться с дороги, но расколовшиеся корабли свалились в крону, с хрустом ломая ветки.

Рейнальд едва успел выпрямиться и закрыть глаза, прежде чем рычащее пламя и шипящая ледяная волна поглотили его и все деревья вокруг, оставляя после себя абсолютную пустоту.

Прошло более часа с момента нападения гидрогов, когда фаэрос успешно прогнали алмазные боевые шары. Те корабли гидрогов, что не остались валяться разбитыми в лесу, отступили в космос.

Люди, выжившие на Тероке, глядели в дымные небеса на то, как фаэрос уходили также, не попрощавшись. Они прогнали гидрогов, но оставили после себя множество пожаров во Вселенском Лесу.

Война теперь стала еще страшнее.

129. МУДРЕЦ-ИМПЕРАТОР ДЖОРА’Х

Придворные барабанщики били в барабаны, громыхавшие, как утробный рокот грозы. Другие музыканты играли на странных инструментах траурную мелодию, в которой соединялись скорбь по Мудрецу-Императору Цирок’ху и радость от восшествия на престол Первого Наследника Джора’ха. Самые талантливые илдиранские певцы тянули что-то печальное высокими пронзительными голосами, бередя сердца слушателей.

С глубочайшей болью в душе Джора’х сделал еще один шаг вперед. Прошлое окружило его, полное воспоминаний и потерянных возможностей… и будущее пыталось затянуть его в свое ненасытное брюхо, его, так и не нашедшего ответов на свои вопросы.

Через несколько минут завершится церемония и закончатся для Джора’ха дни романтики и секса. Но его стремление вновь увидеть. Ниру не так легко обрезать, даже серебристым лезвием медицинского ножа. Любопытно, влюблялся ли кто-то из Мудрецов-Императоров до него? Он клятвенно обещал себе, что ничего не изменится. Ничего.

Джора’х все так же стремился на Добро, чтобы спасти Ниру – но он не мог, конечно, оставить Империю в таком хаосе, в отчаянии ожидающей, когда вернется ее правитель. Он обязан сделать это в первую очередь.

Но потом…

Дюжие телохранители сопровождали его в медленном шествии перед всеми присутствующими на церемонии. Стук барабанов усилился, гулко отдаваясь шумом крови в ушах. Блазеры в форме факелов испускали разноцветные лучи, игравшие в хрустале стен, мерцавшие сквозь цветные панели.

Джора’х поднялся на возвышение под зевом Небесной сферы, полной птиц, растений и цветов. Над головой в огромном столпе света висело белое облако, теперь уже без голографического изображения, потому как благосклонный лик Цирок’ха не мог больше глядеть вниз на просителей в приемном зале.

Скоро собственные черты Мудреца-Императора Джора’ха будут смотреть оттуда на Илдиранскую Империю.

На дальнем конце возвышения стоял одинокий священник. Три медика стояли сплоченно вокруг хрустального кресла. На них были безупречно белые с серебром одежды. На столе были разложены их драгоценные инструменты. Свет играл на острых, как бритва, лезвиях. Джора’х оглянулся на сверкающие ножи и, собравшись с духом, снова взглянул вперед, в лицо своему будущему.

Все мужчины в Илдиранской Империи обрезали волосы после смерти Мудреца-Императора, кроме Джора’ха; его длинные волосы теперь захлестывались вокруг тела, сильно оживившись от волнения. Все годы его правления волосы будут продолжать расти, и Джора’х, в конце концов, заплетет их в единственную длинную косу, как делал его отец.

Джора’х шагнул к платформе и остановился. Передернул плечами, пристально посмотрел на Небесную сферу. Солнечный свет наполнял звездным светом его сапфировые глаза, но он не мог видеть тизм, нити душ Светлого Источника. Но скоро он это увидит.

Он вынудил себя сделать спокойное лицо. Империя замерла в ожидании.

Окружавшие Джора’ха зрители не сводили с него глаз в благоговейной надежде. Илдира и все отдаленные колонии пребывали в хаосе. Его народ терялся в своей беззащитности в отсутствие телепатической сети, что связывала илдиран вместе. Все наместники, сыновья умершего Мудреца-Императора, устремились на Илдиру со своих отдаленных планет. Представители всех родов стекались в здания и собирались на площадях, ища успокоения. Вся нация была на грани иррациональной паники и замешательства. Скоро может наступить всеобщая апатия или полное безумие, быстро распространяясь по Империи, если Джора’х не займет место Мудреца-Императора.