Мир Энни Мор - Булгакова Валентина - Страница 42

Через час прощания в доме, гроб вы несли на улицу и погрузили в катафалк. Вокруг стояло множество людей, тех, кто знал и не знал миссис Эльс. Машина медленно тронулась, и мы пошли за ней. В городе было пасмурно и тихо. Некоторые люди плакали, другие просто шли с угрюмыми лицами. Мы с Эрн шли впереди всех. И я была благодарна водителю, что тот ехал так медленно, так что я передвигалась почти не хромая.

Мы уже почти дошли до конца пригорода, там где дорога простирается через парк… Но тут церемонию остановили. Все начали шептаться, никто не понимал, что случилось, а я лишь догадывалась. Подъехала полиция, и у меня в горле встал ком. Я замолчала, как и все. Из машины послышался мужской голос, я вздрогнула:

— Дамы и господа, просим извинения, но нам придется оцепить весь район. Причина тому, что сегодня днем мы нашли тела троих людей, один из которых мальчик, — моё сердце дрогнуло, — это семья Чэндлер! Среди них мальчик Дэвид, их сын! Как все поняли, что это убийство, поэтому прошу подойти всех и рассказать, видели ли они что-то подозрительное вчера вечером и ночью! Спасибо…

Я была в ужасе… Как же мне хотелось убежать…

Глава 16

Попытка сбежать…

Отлично. Надеюсь меня никто не видел. Надеюсь…

— Я видел вчера, как одна девочка шла за руку с мальчиком. Он был меньше неё. Они шли как раз по направлению к дому Чэндлер! — сказал один из жителей города.

Всё, теперь каждую девочку в этом городе допросят, включая меня. Они увидят мою ногу, голову. Врядли кто-то подумает, что я упала случайно и ещё не стала вызывать скорую помощь. Но тот человек обещал мне помочь. Хоть бы эта помощь не ограничивалась в том, что он отнес меня из дома.

Вокруг началась суматоха. Может, мне стоит уйти прямо сейчас, пока никто не начал допрашивать? Может, мне прямо сейчас взять вещи и убежать в Америку? Но нет, полиция никого не отпускает.

В толпе скользнуло знакомое лицо — Микки. Он уверенно идет по направлению к полицейской машине. Что он делает? Его взгляд на мгновение остановился на мне. Не знаю, как я тогда выглядела, но мне стало страшно. Эрн ничего не понимала, зато я всё понимала. Я понимала, что сейчас начнутся допросы — меня вычислят. Будут спрашивать: откуда? Что? Как? А я буду молчать, так как я не хочу отправляться в психиатрическую клинику.

— Извините, но у меня есть очень важная информация! — сказал Микки, протиснувшись сквозь толпу к комиссару.

Мне стало плохо. Неужели он действительно так безнадежен? Зачем я ему поверила тогда? Он меня ненавидит теперь!

— Да, молодой человек, что вы хотите нам сообщить?

— Вчера вечером или точнее уже ночью, — начал Микки и к нему в одно мгновение обратились головы всех жителей, которые здесь находились, — я увидел человека, который нёс девушку на руках. Она была без сознания. Меня это очень заинтересовало, так как он оставил её лежать на земле, а сам ушёл в неизвестном мне направлении. Из моего дома хорошо видно поместье Фейтов. Ну и я пошёл узнать, кто там лежит. Когда я подошёл, то увидел девушку, истекающую кровью, — кто-то ахнул в толпе, а у меня сжалось сердце, — я её сразу узнал, так как до этого с ней неоднократно общался. Я вернулся домой и взял полотенец с водой. Я помог этой девушке. Я помог ей дойти до дома, и в это время она придумывала мне какое-то оправдание. Но я заметил, что она упоминала имя мальчика… Дэвида, — голос Микки не дрожал и не заикался, он говорил ровным тоном, не придавая рассказу никаких эмоций. — Знаете, как зовут эту девушку?

Все замерли. Ни то что замерли, а просто перестали дышать. Подул сильный ветер. Мой платок нервно теребился в воздухе: ещё чуть-чуть и он слетит. Прошло несколько секунд в молчании. Микки заставлял всех ждать, а ситуация накаливалась.

— Её имя… Энге Андельсон, — таким же безразличным тоном сказал Микки.

В одно мгновение все взгляды устремились на меня. Мне стало ужасно неуютно. Десятки глаз смотрели на меня, заставляя краснеть. Я готова была провалиться сквозь землю, лишь бы не ощущать всего этого.

— Это не я, — что за глупость я сказала?!

— Эни иди! — подтолкнула меня Эрн.

Всё. Это был конец.

Я шла медленно, так как нога очень сильно болела. Мне было неприятно видеть Микки. Но на его лице не было эмоций, он был словно статуя. Ладно, я отвела взгляд. Теперь всё моё внимание переключилось на дорогу. Мне не хотелось ни на кого смотреть. Всё было так ужасно! Наверно, именно в тот момент я поняла, как сильно я ошиблась. Не нужно было мне в тот день толкать мать. Она этого не заслужила. Она ведь никогда меня не била, пыталась, но не била. Она только ругала, говорила. Но это были всего лишь слова, а я воспринимала всё так серьезно… Сейчас бы я просто сидела дома, в своем чулане. Со мной бы ничего не происходило. Всё было тихо и мирно. Я надеялась, что меня после допросов отпустят, тогда я быстро соберу вещи и улечу из этого города! Я никогда сюда не вернусь!!!

— Мне кажется, что вы мисс, скрываете нечто важное от нас, — строгим тоном произнес комиссар.

— Не то, чтобы… — я не успела договорить.

— Прошу проехать вместе с нами в участок.

— Конечно, — сквозь зубы сказала я.

— И вас я тоже прошу с нами, — сказал комиссар, обращаясь к Микки.

Нас посадили в машину: его и меня. Мы сидели сзади, за решеткой. Нас провожали десятки взглядов и Эрн… Она ничего не знает! А я ведь собираюсь бежать, бросить её. Она мне этого никогда не простит.

Я посмотрела на блондина: голубые глаза смотрели вдаль. И опять никаких эмоций на лице.

— Спасибо тебе большое, — шепотом сказала я. На мой голос Микки медленно развернулся.

— Я должен был. Не вини меня, — также тихо ответил он и отвернулся.

Как же я теперь возненавидела этого человека. Он мне нравился, но за внешностью крылась ужасная личность. Я никогда так не ошибалась в людях. Это была моя первая серьезная ошибка.

Нас везли в участок. Надо же мне было так вляпаться за моё любопытство! Моя нога начинала болеть всё больше. Ещё чуть-чуть и я наверно заныла бы от боли.

Вот мы и приехали. Старое серое здание смотрело на нас. Оно было двухэтажным и довольно маленьким. Наверху висела табличка. Мы находились чуть дальше от центра города, но даже тут было много народу. Хотя город Инсенс не большой, но индустрия здесь развита хорошо. Но меня это уже мало интересовало. Главное сказать всю правду, упустив некоторые слова Дэвида о том, что это он убил своих родителей.

Меня и Микки развели по разным комнатам. Та, в которую посадили меня, явно предназначалась для опросов: серые без обоев стены, стол и два стула, стоящие по разные стороны, лампочка, одиноко свисающая с потолка — это всё, что украшало эту комнату. Меня аккуратно посадили за один из стульев и попросили подождать несколько минут, пока комиссар освободится. Нога болела, голова тоже. Я сняла свой платок — пусть смотрят на бинт, скрывать уже нечего.

Я сидела минут 10, обдумывая свой план побега из России. Для начала надо будет купить билет — деньги есть. Вопросов с перелетом, думаю, не будет. Я приеду в США. Нью Йорк. Я возьму такси, и меня довезут до дома… Представляю, какая реакция будет у мамы. Придется просить на коленях, чтобы она оставила меня дома. Предложу ей запирать меня в комнате, пока она уезжает, в крайнем случае, нанять мне нянечку. Смешно? Но в этом городе я не останусь.

Мои размышления прервали шаги за дверью. Там шёл Микки. Его уже отпустили. На его лице опять никаких эмоций. Это было странным. За дверью появился комиссар — он с кем-то разговаривал. Теперь он вошёл. На вид ему было лет 45: черные усы, черные волосы, черные глаза. Он был полноват, но эта полнота придавала ему некоторую умильность. Он прошёл и сел напротив меня. Я немного отодвинулась от стола, но комиссар заметил и поэтому широко улыбнулся.

— Не волнуйся, я не кусаюсь. Если честно, то я ещё никогда не опрашивал таких молодых девушек. Хотя всё должно когда-нибудь случиться впервые! Ты меня не бойся, я добрый. Я уверен, что ты ни в чем не виновата, поэтому я спрошу несколько вопросов и отпущу тебя.