Деловой роман - Сангер Пола - Страница 25

Подойдя к двери кабинета, она обнаружила всунутую в ручку свернутую еженедельную газету. Шеннон собиралась полистать ее во время ланча, но бросившийся в глаза заголовок на первой странице заставил поторопиться.

Репортер, освещавший как саму свадебную церемонию, так и последующий обед, привел список гостей, подробно остановился на нарядах и украшениях, а главных виновников торжества представил как романтических любовников, воссоединившихся вопреки разделявшим их сотням миль.

Шеннон отложила газету с неприятным чувством, вызванным то ли цинизмом, с каким пресса дурачит тысячи ничего не подозревающих читателей, то ли осознанием факта собственного участия в недостойном шоу.

Успокоив себя тем, что ее лицемерие, по крайней мере, не отразилось на судьбах других людей, она взяла папку с документами на подпись и вышла из кабинета. На этаже было непривычно тихо, лишь за одной дверью звучали приглушенные голоса, а из-за другой доносился стук печатной машинки.

Шеннон уже миновала первую дверь, когда ее внимание зацепилось за знакомое имя. Она остановилась и прислушалась.

— …Никогда не думала, что Джейсон Крамер окажется женатым мужчиной, да еще с ребенком.

— Ты не знала? Да, ловкий парень.

— И все-таки ему не позавидуешь.

Шеннон почувствовала, как тревожно застучало сердце. С Джейсоном что-то случилось? Что? Она открыла дверь.

В кабинете сидели две женщины. Увидев Шеннон, они мгновенно замолчали.

— Мисс… извините, миссис Берджесс, вы хотели что-то спросить? — поинтересовалась после паузы одна.

— Да, вы говорили о Джейсоне Крамере. С ним что-то случилось? Он звонил?

Женщины переглянулись.

— Видите ли, миссис Берджесс, разговор о нем зашел случайно. Дело в том… мистер Крамер заходил сюда, в «Сазерленд Билдинг», утром в понедельник.

— Да, я знаю. Продолжайте, Глория, и, пожалуйста, называйте меня, как раньше, а то я начинаю казаться себе старухой.

— Так вот в тот день сюда звонила его секретарша, спрашивала о своем боссе. Я сказала, что он заходил, но потом ушел.

— Она объяснила, зачем искала его?

— В понедельник? Нет.

— Тогда когда же? — Шеннон понимала, что со стороны, должно быть, выглядит странной, но решила довести расследование до конца. — Я имею в виду, звонила ли она потом?

Глория замялась и бросила умоляющий взгляд на подругу, которая кивнула в ответ.

— Да, Шеннон, звонила. Секретарша Крамера спрашивала насчет того майского заказа, а затем поблагодарила нас за помощь. Ей нужно было срочно отыскать его, а без нас у нее ничего бы не получилось.

— Значит, с мистером Крамером все в порядке?

— С ним да, — ответила Глория, — а вот его жена в больнице.

— О Боже, что с ней?

— Я так поняла, что миссис Крамер попала в больницу уже два месяца назад, а муж навещает ее… ну, в общем, не так часто, как должен бы.

Шеннон задумчиво кивнула.

— Если миссис Крамер в больнице, то где же его сын?

— Сын?

— У него есть сын?

— А вы разве не знали? — удивилась она и тут же прикусила язык, кляня себя за поспешность.

— Нет. — Женщины переглянулись.

— Мы только сегодня узнали, что он женат, — сказала Глория.

Что ж, похоже, она получила всю информацию.

— Спасибо. — Шеннон улыбнулась. Надо было придумать какое-то объяснение своему любопытству, но в голову ничего не приходило. — Мистер Крамер наш давний партнер…

— Да, конечно, — бесстрастно сказала Глория.

Выйдя за дверь, Шеннон перевела дыхание.

— Ты поняла? — услышала она голос Глории. — Она зашла расспросить о Крамере. Может быть, между ними действительно что-то было? Или даже есть?

Коллега Глории — ее имя странным образом выпало из памяти Шеннон — хмыкнула.

— По-твоему, женщина, отхватившая такого парня, как Фрэнсис Берджесс, посмотрит на трепло вроде Джейсона Крамера?

— Все равно…

Шеннон поспешно отошла от двери и продолжила путь к кабинету отца. Моники в приемной не было, и она тяжело опустилась на стул. Сердце колотилось, не хватало воздуха, в ушах шумело.

Как же так?

Она потерла виски. Получалось, что в тот день, когда они встретились в аэропорту, когда Джейсон говорил ей о своей любви, улыбался и демонстрировал мужское обаяние, его жена лежала в больнице.

Трепло…

Нет, такого просто не может быть. Они не знают Джейсона. Ее Джейсона. Не знают так, как знает она. Наверняка что-то перепутали.

А если нет? Что, если она видела Джейсона в розовом свете? Что, если ошибалась она?

Шеннон вспомнила последнюю встречу с ним. Джейсон говорил ей какие-то неприятные слова. И Фрэнсис… Фрэнсису он, похоже, тоже не понравился. А отец? Отец не верил в надежность и порядочность женатого мужчины, заводящего роман с молодой женщиной. Как же она могла влюбиться в человека, способного лгать, способного оставить в беде больную жену?

Мир переворачивался.

Ложь, ложь, все ложь, твердила себе Шеннон, но внутренний голос говорил другое: ты влюбилась в лгуна, в обманщика, в трепло. Ты не хотела ничего замечать. Тебе нравилось его внимание, тебе было хорошо с ним, ты надеялась — да-да, надеялась, — что ради тебя Джейсон Крамер бросит семью, разведется с женой…

Господи, какая мерзость!

Злость закипала в Шеннон, грозя стать неуправляемой. Злость на Джейсона. Но еще больше злость на себя. Как можно быть такой наивной! Как можно верить мужчинам, тем более женатым!

Ну и дура же ты, Шеннон!

Почему она так легко поверила ему? Потому что рядом не было матери, которая вовремя предупредила бы дочь о коварстве и вероломстве мужчин? Но ведь история, рассказанная Джейсоном, стара как мир. Холодная, не понимающая мужа жена… неудачный брак… одинокая, уязвимая душа в бетонных джунглях равнодушного мира… Сколько несчастных бедняжек проглотили эту наживку, свято веря в то, что они особенные, что у них все будет иначе, что их любовь выдержит все испытания?!

Интересно, что думал о ней ее «возлюбленный»? Кем он ее считал? Простушкой? Идиоткой? Шлюхой? Смеялся ли он над ней, возвращаясь домой после свидания? Рассказывал о своих успехах дружкам? Или несчастный лгун Джейсон тоже обманывал себя, выдумывая романтические сказочки, создавая иллюзии и переселяясь в них? Для некоторых мир фантазий более реален, чем тот, в котором они живут, работают, страдают и не знают счастья. Таких людей можно понять. Но можно ли простить?

Собирался ли Джейсон уходить от жены? Не видел ли он в Шеннон только наследницу владельца «Сазерленд Билдинг»? Если да, то ее замужество стало для нее тяжелым ударом.

Погруженная в свои мысли, Шеннон очнулась, только когда услышала в коридоре громкий негодующий голос Вирджинии Костелло.

— Я приезжаю сюда уже в десятый раз, и если вы думаете, что каждая такая поездка доставляет мне большое удовольствие, то ошибаетесь!

Кого это она распекает? — подумала Шеннон.

— Извините, миссис Костелло, но мистера Сазерленда сейчас нет. — Голос принадлежал Монике.

— У меня складывается такое впечатление, что бедняга Патрик вообще отошел от дел.

— Мама!

Так, понятно, значит, сегодня миссис Костелло явилась не одна, а в сопровождении дочери.

Дверь открылась. Моника отступила, пропуская в приемную клиенток.

— О, миссис Берджесс! Как удачно! А я уже начала думать, что у вас работают только лифты.

— Мама, миссис Берджесс тут абсолютно ни при чем.

— Помолчи, Клэр.

Стоявшая за спиной грозной посетительницы Моника сделала Шеннон какой-то знак и выскользнула в коридор.

— Чем могу помочь вам, миссис Костелло?

— Мне хотелось бы взглянуть на мой проект и либо потерпеть еще немного, либо обратиться к другому архитектору.

— Конечно. — Шеннон отодвинула Джейсона Крамера в дальний угол сознания и подошла к столу секретарши. — Будьте добры подождать пару минут. Садитесь, а я позвоню сейчас мистеру Берджессу.

Звонить, однако, не понадобилось. В коридоре послышались быстрые, энергичные шаги, и через несколько секунд в приемную вошел Фрэнсис, а за ним Моника.