Легенда о человеке-олене - Дэр Тесса - Страница 15

– Обещай мне, – хрипло попросил он, – что ты подаришь мне еще одну возможность сделать все, как положено. – Дрожащий палец очертил линию ее бедра. – Ты такая красивая, Сесси. Твое тело заслуживает поклонения и обожания. Обещай, что позволишь поцеловать каждый дюйм этого совершенства. В следующий раз.

Как же ей нравились слова «в следующий раз»! Наблюдая, как его взгляд бродил по ее изгибам, Сесилия кивнула:

– Обещаю.

– Хорошо, – ответил он напряженным голосом и опустился на нее. – Потому что – прости меня, дорогая, – на этот раз все закончится очень быстро.

Дыхание ее стало прерывистым, когда Люк просунул руку между их телами, раздвинул ее бедра и пробрался пальцами в трепещущую плоть. Потом она почувствовала там закругленную головку мужского органа – давящего, толкающего, растягивающего ее до боли. И за грань боли.

– Как ты? – с трудом выговорил он ей в шею.

– Терпимо.

– Остановиться?

– Нет! – Сесилия обняла его за спину руками и обхватила ногами. – Не вздумай.

Она долго боролась за него, за возможность испытать эту боль, и чувствовала странную привязанность даже к этому саднящему ощущению между ног. Не надо ее ни от чего избавлять. Боль была реальной, здесь и сейчас, а это значило, что наконец-то он дома. Дома с ней.

С каждым толчком неприятные ощущения уменьшались. Их место заняло безрассудное желание. Она поднималась навстречу каждому броску его бедер, ее руки скользили по тонкой пленке испарины на сильной спине. Темп движений увеличился, подводя ее все ближе и ближе к тому пределу, за которым следовало восхитительное наслаждение. Сегодня днём Люк перевел ее за эту границу, но этот раз будет намного лучше. Скоро они перейдут ее вместе.

С гортанным стоном Люк застыл глубоко в ней. Их взгляды встретились, и Сесилия инстинктивно поняла вопрос в его глазах. Если она позволит ему продолжить, то может зачать ребенка.

Отведя прядь волос с его брови, она ждала. Ее чувства ему известны. Решение за Люком.

– О Господи, да, – прохрипел он. – Сесси, я люблю тебя.

Радость разрасталась в ней до тех пор, пока Сесилия не задрожала от усилий ее сдержать.

– Тогда к черту последствия, – прошептала она с улыбкой.

После этого слова стали не нужны. Только вздохи, стоны и невнятные иступленные хрипы. Быстрее. Еще. Здесь. Да, здесь.

Сейчас.

– Мы можем остаться на всю ночь? – спросила Сесилия.

Они лежали в обнимку на узкой кровати, пытаясь отдышаться. Только теперь она начала замечать тесноту и заплесневелость хижины.

– Можем, – сонно ответил Люк, – если хотим, чтобы нас разбудили слуги Денни, разбивающие дверь в щепки. Поисковая партия не заставит себя ждать.

– Он знает, что я с тобой.

Во всех смыслах. Сесилию кольнула боль сочувствия к старому другу. Его лицо выражало истинное разочарование, когда сегодня она прервала поцелуй и отказала ему. Но Денни заслуживает того, чтобы найти свою любовь, а она, Сесилия, никогда не смогла бы сделать его по-настоящему счастливым. Ее сердце и душа принадлежат Люку.

Как будто заявляя права на её тело, Люк крепче обнял любимую, поцеловал в ямочку на шее и пробормотал:

– Но на полчаса задержаться можем.

Позже они поднялись, неспешно оделись и навели порядок в маленьком домике, прежде чем закрыли за собой дверь. Ночь выдалась безоблачной, почти полная луна светила достаточно ярко, указывая путь. Они шли, взявшись за руки.

– Ты видел его прошлой ночью? – тихо спросила Сесилия. – Оленя.

– Видел.

– Он прекрасен. – Люк не ответил, и она добавила: – Как ты считаешь?

Возможно, мужчины не видят ничего «прекрасного» в животных или не признаются в этом.

– Да, – с редкой, легкой улыбкой согласился он. – Он напоминает мне тебя: прекрасный, грациозный, бесстрашный.

– А я считала, что он похож на тебя: гордый, непокорный, сильный, – нежно рассмеялась она. – Возможно, он вообще не существует, а мы просто преследовали друг друга.

Если олень на самом деле бегал по лесам, они не встретили бы его, выйдя за границы Свингфордского леса. Хотя, скрывайся в чаще хоть стадо кровожадных оленей-оборотней, Сесилия бы их не заметила. Она видела только Люка.

Денни сразу все понял, когда они столкнулись с ним в дверях гостиной.

– Сесилия… – Пристальный взгляд друга скользнул с распущенных волос на помятое платье, затем на их переплетенные пальцы. – Я… я уже собирался разыскивать вас.

– Вот и вы! – воскликнула Порция из-за спины хозяина. – Входите, входите.

Она лежала на диване, укутанная в одеяла, а ее перевязанная нога покоилась на придвинутой оттоманке. Брук сидел рядом с чашкой в каждой руке.

Сесилия повернулась к Денни.

– Извини, что заставила тебя волноваться, но… – Она сжала руку Люка для храбрости. – Видишь ли, мы…

– Понимаю, – сказал Денни. Серьезное выражение его лица сказало Сесилии, что он действительно все понял. К его чести, он принял это спокойно.

Денни повернулся к Люку:

– Когда свадьба?

– Свадьба? – воскликнула Порция.

Сесилия вздохнула. В этом весь Денни – берет на себя обязанности как троюродный брат и единственный родственник-мужчина в доме. Не слишком ли он торопится? Само собой, она надеется, что однажды Люк…

– Чем быстрее, тем лучше, – ответил Люк и обнял ее за талию.

Взгляд Сесилии метнулся к его глазам, как бы спрашивая: «Ты уверен?»

Ответом ей стал быстрый поцелуй.

– Хорошо, а мы когда поженимся? – Брук обратился с вопросом к Порции.

– Поженимся? – Порция неистово покраснела и пренебрежительно взмахнула обеими руками. – С какой стати? Я только начала получать удовольствие от статуса вдовы. Не хочу снова выходить замуж. Хочу писать скандальные романы и развлекаться с кучей любовников.

Брук поднял брови.

– Может, договоримся о любовнике? В единственном числе.

– Это будет зависеть, – изобразила она скромную улыбку, – от вашего умения вести переговоры.

– Что за вечер у тебя выдался, Порция, – заметила Сесилия. – Столкнулась со смертью, получила предложение о браке и непристойное предложение. Надеюсь, теперь достаточно вдохновения для твоего готического романа?

– Даже слишком, – воскликнула Порция, указывая на забинтованную ногу. – Я распрощалась с готикой навсегда. Нет, теперь я осознала намек, исходящий от безвкусных обоев в моей комнате, и напишу небольшой неприличный рассказ о распутной молочнице и толпе ее любовников.

– Любовнике, единственном, – плюхнулся рядом на диван Брук и устроил ее ногу на своих коленях.

– Ох, – вздохнула Порция, когда он начал массировать пострадавшую ступню, – ох, как хорошо.

Люк потянул Сесилию за руку в сторону двери.

– Давай сбежим!

Выходя из комнаты, она услышала, как Денни произнес своим обычным шутливым тоном:

– Сделай одолжение, Порция. Пусть твой герой будет похож на меня. Мне надоело одиночество.

Сесилия и Люк выбежали в коридор, держась за руки.

– Извини, – начал Люк, останавливая, поворачивая к себе лицом и прижимая любимую к стене, – что не успел сделать тебе предложение по всем правилам, но… ты ведь не против?

Она замерла на мгновение, наслаждаясь неотразимым выражением неуверенности на его лице. Затем подарила нареченному глубокий поцелуй, зарылась пальцами в его волосы и прижалась всем телом.

– Разве это похоже на возражение? – наконец отозвалась она.

Он улыбнулся и запечатлел легкий поцелуй между ее бровями, прежде чем прислониться к тому же месту лбом. Между ними оказался тугой узел переплетенных пальцев.

– Я уеду в течение часа. Нужно поговорить с твоим отцом. Не уверен, что Денни окажется таким великодушным, чтобы и дальше принимать соперника в своем доме. А еще я не смогу провести здесь ночь, если ты не окажешься в моей постели.