Форменное безобразие - 3 (СИ) - Могильнер Маша - Страница 9

Я кивнула, сделала глоток коньяка и понуро поплелась в сторону подъезжающего поезда.

-А, в час? Когда метро закроют, мне вам позвонить, и вы меня заберете оттуда, где я буду?- спросила я, повернувшись к хранителю.

- Зачем? Ты будешь работать, пока метро не откроется. Когда поезда перестанут ходить, ты продолжаешь работать. Как только понимаешь, что проработала всю территорию, подходишь к перрону, и нажимаешь на эту кнопку, вот сюда, - он указал мне на небольшую незаметную кнопку, спрятанную рядом с какими-то ящиками притороченными к стене, подъедет вагон , и будет ждать пока ты закончишь на каждой станции. В пять утра, когда метро откроют, поедешь домой, обязательно примешь холодный душ, выспишься, после чего, купишь бутылку коньяка, доведешь себя до состояния глубокого алкогольного опьянения, и в половину первого ночи, спустишься, начав с того самого места, где ты закончишь накануне. Все ясно?

Я обреченно вздохнула, увидев, как передо мной закрылись двери очередной электрички, и осталась на перроне, время от времени, прикладываясь к фляжке.

А дальше, началась худшая ночь в моей жизни. Работа продвигалась медленнее, чем я думала. Иногда, мне казалось, что я что-то чувствую, и мне приходилось по три-четыре раза проходить одно и то же место. Мне уже больше не нужно было ничего пить, так как я пьянела все больше и больше.

Я начала думать, что ничего не обнаружу, когда в середине Парка Победы, сияющей станции похожей на декорации к сказке Алиса в Зазеркалье, на меня вдруг навалилось ощущение того, что в жизни никогда больше не будет ничего хорошего и что, я здесь под землей уже много-много дней.

Дрожащими руками я набрала один, два, три на мобильнике, который под землей не ловил, и стала ждать.

По моим ощущениям прошло часа полтора, но часы подсказали мне, что вагон, из которого вышел Чарльз, подъехал через 15 минут.

Ни о чем, не спрашивая, он осмотрелся, подошел к тому месту, и начал молча ходить взад вперед.

Я устало опустилась на холодный пол и прислонилась к колонне.

Чувствовала я себя паршиво, в голову лезли какие-то обрывки мыслей, но мраморная колонна приятно холодила затылок и я решила полностью отдаться внешним ощущениям, если уж от внутренних хотелось лезть в петлю.

- Ладно, - внезапно раздался голос моего мучителя,- на сегодня достаточно. Пожалуй, ты и так неплохо поработала. Идем наверх, тебя там ждут. Завтра в полночь, будь добра начать с Киевской. Ты идешь до Калининской линии, до кольцевых станций. С твоей скоростью, тебе понадобится не меньше месяца, чтобы пройти все

- Вы мне, что же, не поможете?- тихо спросила я.

- А ты думаешь, кто будет делать всю остальную работу, да еще, и чистить эту дрянь по всему метрополитену? Поднимайся,- резко кинул он мне.

Я попыталась встать, но получилось это у меня, только раза с четвертого, однако Чарльз, не протянул мне руку и не помог, он просто созерцал, как я барахтаюсь на полу. На его лице не было усмешки или сочувствия, он смотрел на меня как на пустое место. Наконец, я с грехом пополам встала, и пошла к работающему эскалатору, как говорили, самому длинному в Москве.

-Завтра, в полночь, -донеслось мне в спину.

Я не знала, как буду добираться домой, не помнила, есть ли у меня деньги, чтобы поймать машину, но мне было все равно. Я готова была идти пешком, готова на все, что угодно, лишь бы выбраться из этого подземелья.

Прошло минут семь, прежде чем я поняла, что я на поверхности, и что я замерзла. Отправляясь с Ромом в бар, я не предполагала такого окончания вечера. На мне была легкая куртка, не предусматривающая пеших прогулок в бодрящей апрельской ночи. Оно, конечно, было и к лучшему, потому что я почти мгновенно протрезвела и стала озираться в поисках такси.

-Да что с тобой такое?- рядом нарисовался Гарик.- Я тебе фарами мигаю, сигналю, а ты как будто бы стукнутая. Маша, что с тобой? Что случилось? На тебе лица нет.

-Правда? - Я попыталась пошутить, но не смогла. Я была абсолютно и полностью измотана и молча, полезла к нему обниматься. Чувствовалось, что Долинский еле сдерживается, чтобы не съязвить, но он все-таки удержался, за что была ему благодарна.

- Что ты вообще там делала?- спросил он меня после того, как трогательная пятиминутка была закончена, и я была запихнута в машину.

- Не знаю, Игорь, - я покачала головой, - пока я так и не поняла. А ты откуда здесь взялся?

- Да вот, ехал из офиса, мне позвонил Чарльз, сообщил, что тебя надо будет транспортировать домой, ибо сама ты, скорее всего, будешь не в состоянии.

- А почему, ты так поздно возвращался из офиса? -я пропустила мимо ушей замечание и проявлении человечности своего нового босса.

- Да какая-то хрень, Машунь, творится. У меня есть странное ощущение, что сегодняшнее приключение в музее, как-то связано с этим пацаном, которого нашли вы с Ромом, и все это веселье в метро... Не знаю, - Гарик покачал головой,- не нравится мне все это.

-А что там с этим мальчиком?

- История довольно странная, куда-то исчезли родители, то ли погибли, то ли... Непонятно. Мальчишка остался один. Как он добрался до Москвы, тоже непонятно, по дороге питался крысами.

Я поежилась

-Вот, вот. Плохое у меня предчувствие. Ты то, что? Закончила с Чарльзом возиться?

Я отрицательно помотала головой.

-Завтра опять в ночь, и послезавтра, и видимо послепослезавтра.

- И послепослепослезавтра?-спросил Гарик.

-Нет, послепослепослепослезавтра, я умру, потому что сопьюсь. Или потому, что не проснусь. Ты знаешь, что мне приказано на работу выходить в сильно нетрезвом виде.

-Мария,- Гарик притормозил и посмотрел на меня,- давай я тебя заменю, а? Получать деньги за то, чтобы пить на работе, это ж надо, чтобы так свезло.

Я даже не стала возражать. Мы молча доехали до дома и поднялись ко мне.

-Может быть, ты сегодня останешься?- жалобно попросила я своего напарника.- Мне ужасно тоскливо одной.

-Машунь, я бы с удовольствием, но не могу. Мне еще надо кое-что проверить, так, что я сейчас обратно в офис.

-Тоже переходишь на ночную работу? - поинтересовалась я.

-Скорее на круглосуточную, давай, не скучай, - он чмокнул меня в щеку, в очередной раз, оцарапав лицо, своей щетиной.

Я пришла и, не раздеваясь, рухнула в постель. Ни на что другое, сил не хватило.

Проснулась я ближе к вечеру, совершенно разбитая. Делать ничего не хотелось, поэтому я решила позвонить Гарику, для разнообразия. Долинский трубку не брал.

-Наверное, пошел по бабам, - подумала я, - был бы на работе, ответил бы мгновенно.

Я походила по квартире. Выпила чаю. Потом еще походила по квартире. Потом полежала. Еще раз позвонила Долинскому. Он опять не ответил, на что, я обиделась. Походила, пообижалась, потом простила его и позвонила еще раз. Но и в третий раз я не услышала своего напарника, поэтому начала немножко волноваться. И решила съездить в офис, поторчать там- дома было тошно- хотелось общения, нужно было разузнать про судьбу Гарика, запастись спиртным на вечер, и я всерьез рассчитывала наткнуться на Рома или кого-нибудь еще, кто захотел бы сводить меня в магазин, и посоветовать, что выпить, а в лучшем случае и разделить мою нелегкую долю и составить мне компанию.

Время было около восьми вечера и я думала как бы, побыстрее добраться до центра, потому, что лезть в метро после вчерашнего, очень не хотелось, но судя по интернету, Москва упорно стояла, и я, вздохнув, спустилась вниз.

Ощущения были не из приятных, я чувствовала, что вчера ко мне что-то присосалось и сегодня продолжало пить из меня энергию. Когда я подошла к офису, то уже была усталой, не начав еще работать. Внутри было подозрительно пусто, хотя было не так уж и поздно. Я пошаталась по этажам, заглядывая в кабинеты, но не нашла никого с кем бы мне хотелось пообщаться. Так, я, неторопливо добрела до кабинета шефа, который был открыт, и откуда доносились знакомые мне голоса.

-Игорь, у нас нет выхода. Это единственное, что мы можем сделать