Герой ее романа - Синклер Селина - Страница 6

— Ох, дорогая, и в такую ужасную погоду. Зачем? Посмотри на себя, ты же вся вымокла. — (Сара безуспешно пыталась стряхнуть водяную пыль с шинели. Ночная сорочка тоже была мокрая и неприятно облепила тело.) — Хорошо, пойдем в подсобку, дорогая. По-моему, у нас еще осталось немного мороженого.

— Спасибо, миссис Мак.

Когда она шла за пожилой дамой, звякнул колокольчик, возвещая о появлении еще одного покупателя. Сара быстро спряталась в морозильной секции. Ей не хотелось, чтобы кто-нибудь ее увидел. Кто бы это ни был. Через мокрую одежду ее уже начал пробирать холод.

Дакота вошел в хорошо освещенную лавку и внес волну теплого ветра и холодного дождя.

— Здравствуйте, дорогая, — приветствовал он пожилую даму. И улыбка вспыхнула на его лице.

Морщинистые щеки миссис Макнамары слегка окрасились румянцем, хотя она строго смотрела на Дакоту.

— Молодой человек, что вы делаете на улице в такую погоду?

— Принимаю душ, не снимая одежды, — пошутил он. — Хотите присоединиться?

— Дакота Уайлдер, не вздумайте практиковать на мне ваш бойкий язык. Я понимаю, только когда меня опутывают сладкими словами.

— Голубушка, как такое нежное существо, как вы, научилось подобным хитростям?

— Ух! — усмехнулась миссис Макнамара. — Я научилась всему, что надо знать, когда тратила время на этого негодника, моего племянника.

Дакота вспомнил рассказы Лока о каникулах, проведенных им с тетей Мартой и кузеном Алексом. Он не сомневался — это единственное, что спасло их от безумия в ангольской тюрьме. Тысячу раз Дакота благодарил Бога за женщину, которая вырастила его друга.

— Ну так что, молодой человек, я могу для вас сделать?

— Я приехал за продолжением той книги, которую вы рекомендовали мне вчера. — Дакота внутренне поморщился от своей лжи. Книга, которую она уговорила его купить вчера, все еще лежала у него на кофейном столике.

— Вам повезло. По-моему, у нас еще осталось несколько экземпляров книг этого автора. Пойдемте, я покажу вам. Значит, и вас зацепило, — задумчиво заметила она. — Единственный, кто в нашем городе не привязался к Л.Э. Майклзу, так это Сара.

При случайном упоминании имени Сары он невольно дернулся.

— Видит Бог, я старалась уговорить ее прочесть эти произведения, но ей неинтересно. — Миссис Макнамара начала энергично перебирать книги в бумажных обложках. — Она милая девушка, наша Сара. Иногда она напоминает мне маленькую мышку. Вот уже два года живет в своем коттедже почти как отшельница. Чересчур много работает, редактирует книги. Что до меня, я полагаю, она еще слишком молодая, чтобы вести такой образ жизни. Ей нужен приятный молодой человек, который бы заинтересовался ею. — Она вздохнула. — Одна беда — выбор здесь совсем невелик. Дакота, вы не знаете какого-нибудь подходящего холостяка?

— Нет! — Ответ прозвучал резче, чем он бы хотел. Миссис Макнамара обернулась и вопросительно уставилась на него. — Те, кого я знаю, — в Африке, это слишком далеко, чтобы ехать туда и знакомиться. — От неловкости он переминался с ноги на ногу.

— Вы знакомы с нашей Сарой? — Голубые глаза пожилой дамы засияли странным светом.

— Мы не были формально представлены друг другу.

— А почему бы вам не пройти в подсобку и формальноне представиться, — предложила миссис Макнамара, протягивая ему книгу.

— Что же, я не против. — Дакота рассеянно положил книгу в карман и задумчиво посмотрел в глубь подсобки.

Глава третья

Шоколадно-вишневое с мятой. Сара нахмурилась. Это все, что осталось в морозилке. Прежде она его не пробовала. Но мороженое оно и есть мороженое. И если сильно хочется, то нечего привередничать. Пожав плечами, она открыла морозильник и потянулась за мороженым.

— Полуночная страсть, солнышко? — прошептал у ее уха низкий бархатный соблазняющий голос.

У нее перехватило дыхание. Сара резко выпрямилась и наткнулась на мускулистую грудь. Мороженое выпало из ее вдруг ослабевших пальцев. Сильные руки обхватили ее и спасли мороженое. Иначе оно упало бы к ее ногам.

Она застыла в его объятиях. Сердце билось в таком тревожном ритме, что трудно было дышать. Сара почувствовала на шее его теплое дыхание, а спину и ноги грел жар его тела.

— Шоколадно-вишневое с мятой. — Он взглянул на этикетку. — Интересный выбор.

— Никакого. Я имею в виду, выбора. — Голос ее проскрипел будто ржавый замок.

— Это последнее? Мм... может быть, разделим пополам?

Сара чуть не подавилась от многозначительности его тона.

— Нет, возьмите себе. Приятного аппетита. — Он медленно отступил и положил мороженое в морозильник. — Испугались, Сара?

Она зажмурилась. Испугалась? Ох-ох. Ее охватили такой ужас и такая слабость, что она не могла сопротивляться искушению. Сексуальной улыбкой и колдовским очарованием Дакота Уайлдер явно соблазнял ее.

— Ну конечно, испугались и поэтому днем убежали от меня.

Тон завораживающий. Она резко повернулась и с недоумением заглянула в веселые серые глаза.

— Но я не... Как вы узнали, что это я?

— Невозможно не узнать таких больших карих глаз, даже если они спрятаны под очками.

— А почему вы позволили мне думать, будто не узнали меня?

— Вы так старались не попадаться мне на глаза, что я решил не портить вам забаву. Не хотелось вмешиваться в веселую игру.

— Ну, мне пора идти. Простите.

Дакота обнаружил, что его взгляд непроизвольно застыл на ее мягких, влажных губах. Он обвел ее губы пальцем и услышал, как она шумно втянула воздух, увидел, какими невероятно большими стали глаза.

— Опять убегаешь? — хрипло спросил он. Его палец нежно скользил по подбородку, по шее. Дакота на мгновение остановился, а потом продолжил движение пальца, пока не ощутил ткань ночной сорочки.

Его прикосновения оставляли на коже пылающую тропинку. Сара закрыла глаза, чтобы подавить жгучее ощущение. Но получилось наоборот: след, оставляемый его пальцем, проникал еще глубже. Как могло простое прикосновение вызывать такой жар и такую жажду? Вернулось возбуждение, которое прошлой ночью вызывали его поцелуи. Дыхание стало прерывистым, странное дразнящее тепло сгущалось внизу живота, колени ослабли. Ей так хотелось ощущать его жаркий рот, его твердую, прижатую к ней плоть.

— На этот раз ты так легко не убежишь, сладостная Сара. — (Она открыла глаза и встретилась с его затуманенным взглядом.) — Интересно, какую роль ты играешь сейчас? Викторианской девственницы, как сегодня в полдень? Или сексуальной сирены, как прошлой ночью? — Руки скользнули вниз, к ремню шинели, и ловко расстегнули его. Он раздвинул полы. Сара не сопротивлялась. Не могла. Она беспомощно уставилась в гипнотизирующие серые глаза.

Дакота отвел взгляд. Теперь он изучал, как мокрая хлопчатобумажная сорочка дивно облегает линии ее грудей. Под его взглядом соски бутонами восстали под тканью. Желание нарастало в нем со скоростью мчащегося экспресса. Его собственная пробудившаяся плоть рвалась из ткани джинсов.

— По-моему, и ту и другую роль понемногу, — хрипло пробормотал он.

— Не стоит этого делать, — задыхаясь, промямлила Сара, в то время как тело льнуло к нему. — Миссис Мак... она может увидеть.

— Сара, я только посмотрел на вас, и вы уже возбуждены, — прошептал он ей в ухо, не обращая внимания на ее слова. — Вы не можете этого скрыть от меня. Я вижу это сквозь ночную сорочку. Соски затвердели и ноют. А я даже не касался их. Интересно, что случится, если я начну ласкать их?

Она тихо всхлипнула. В сознании возникли эротические образы. Жар разлился по телу.

— Почему... почему вы это делаете?

— По той же самой причине, что и вы. Потому что бурлит кровь, и это сексуально, волнующе... и вам нравится. — Он улыбнулся, медленно достал мороженое и вложил ей в руку. — По-моему, вам оно нужнее, чем мне.

И с этими словами он исчез так же внезапно, как и появился.