Лорд-дикарь - Коулин Патриция - Страница 61

— Не хочу даже говорить на эту тему. Это наверняка неприлично.

— Боже, как скучно. Все же мне хочется сказать тебе, что меня интересует, так как я часто над этим думаю. У тебя краснеет только лицо или другие части тела тоже? — Рука Леона коснулась ее груди и поползла дальше к животу. — Хочешь, я сам отвечу на свой вопрос?

— Не надо.

— Трусиха. Ты краснеешь везде. Каждый уголок твоего нежного тела. — Откинув волосы, Леон поцеловал Ариэл в шею. — Ты похожа на розу и одновременно на сливки. Никогда не встречал таких вкусных женщин. Ты…

— Пожалуйста, Леон, не продолжай.

Леон замолчал, почувствовав, что Ариэл вся напряглась. Он взял ее за подбородок и поцеловал ь губы.

— Тебе это больше нравится? — спросил он. Ариэл вырвалась из его рук:

— Мне бы больше понравилось, если бы ты подал мне мое платье.

— Почему? — удивился Леон, подкладывая подушку себе под спину. Он привык заниматься любовью по утрам, и ему никто еще не отказывал в этом. — Ты торопишься куда-нибудь?

— Да, в свою комнату.

— Ты и так в своей комнате. Ты будешь жить здесь, пока мы не уедем из Рестомела.

— Не смеши меня, — ответила Ариэл, в первый раз за все утро посмотрев Леону в лицо. — То, что было ночью, больше не повторится. Я думаю, так будет лучше для нас обоих. Мне не нужны твои фальшивые ласки и нежность.

— Почему же фальшивые? — потребовал ответа Леон, удивленный и одновременно раздосадованный. — Мне показалось, они тебе понравились.

— Возможно. И все же они были фальшивыми, поверь мне. Вчера вечером ты сделал мне предложение испытать новое чувство, и я согласилась. Ты должен признать, что все произошло в силу обстоятельств. Мы оба устали от долгой дороги и были возбуждены и очарованы этим местом. Не думай, что я тебя в чем-то обвиняю. Сделка была честной, и мы оба получили удовольствие.

— Тогда в чем же дело? — спросил Леон, сложив на груди руки. — Чисто физически: сошлись и разошлись? И ничего больше?

— Ничего, — честно ответила Ариэл, тряхнув головой так, что ее длинные золотистые волосы закрыли ей лицо. — Теперь с этим покончено, и нам лучше встать, умыться, одеться и заняться более серьезными делами.

— Теперь все понятно, — ответил Леон, с насмешливой улыбкой глядя на нее. Все в нем протестовало против такого заявления. Неужели она так ничего и не почувствовала, кроме физического влечения? Неужели он зря старался, чтобы пробудить в ней любовь? И это тогда, когда он сам… когда чувства так переполняли его? — Не сомневаюсь, что под более серьезными вещами ты подразумеваешь поиски меча.

— И я готова помогать тебе в этом.

— Твое чувство ответственности…

— Перед моей семьей, — перебила его Ариэл.

— А это значит, ты должна выйти замуж за Пенроуза. Правильно я понимаю?

Ариэл решительно кивнула:

— Да, если все пойдет хорошо.

— Как же ты выйдешь за него замуж после того, что произошло?

— У меня нет выбора. Пенроуз единственный, за кого я могу выйти замуж.

— Неужели ты настолько наивна, думая, что твой план сработает после того, как ты провела ночь в моей постели?

— Как ты смеешь упрекать меня в этом?

— Мне-то что, а вот Пенроуз! Что будет с ним, когда он обнаружит…

— О! — закричала Ариэл, глядя на Леона полными отчаяния глазами. — Ты… ты… О! Как я могла поверить тебе… тебе, человеку, у которого нет сердца. Я совсем забыла, что ты не джентльмен. Только такой негодяй, как ты, может рассказывать о таких вещах.

— Успокойся, — приказал Леон.

Ариэл выскочила из кровати. Вслед за ней вскочил и Леон. Оба кипели от возмущения.

Леон схватил с пола брюки, натянул их на себя и стал застегивать, пропуская пуговицы. Ариэл нашла в кровати свою нижнюю юбку и быстро натянула ее. Они стояли по обе стороны кровати, которая ночью была их ложем наслаждения.

— Неужели ты действительно считаешь меня таким подонком, который способен сказать человеку, что переспал с его невестой? — спросил Леон, чувствуя себя обиженным и в то же время несколько разочарованным.

— Как еще он может узнать, что я провела ночь в твоей постели?

— Почему он должен думать, что ты провела ночь со мной, а не с кем-нибудь еще? Пошевели немного мозгами.

Ариэл высокомерно посмотрела на Леона и пожала плечами.

— Пенроуз рассчитывает, что на его брачном ложе будет девственница, а ты уже таковой не являешься, — разъяснил Леон. — Я объясняю тебе все это только потому, что я джентльмен и хочу предупредить тебя: ты можешь попасть в очень щекотливое положение… если все будет хорошо, — закончил он ее же словами.

Наконец смысл его слов дошел до Ариэл, и она перестала выступать в роли воинственной амазонки.

— Ах, это, — сказала она. — В таком случае прошу простить меня за нанесенные оскорбления.

— Мне жаль, что я начал этот разговор, — ответил Леон с саркастической улыбкой.

— Я ценю вашу заботу, — сказала Ариэл, — но будет вам известно, я уже все продумала.

— Можно поинтересоваться, каким образом?

— Имеются два способа решения этой проблемы. Первый — объяснить мужчине, что отсутствие девственной плевы еще не означает, что она имела другого мужчину. Я читала, тому может быть масса причин: упала с лошади, подняла что-то тяжелое, родовая травма, ну и так далее.

— Потрясающе, — заметил Леон, неприятно пораженный. — Какой же второй способ?

— Он более сложный, — не совсем уверенно ответила Ариэл. — Здесь берется кровь какого-нибудь животного и…

— Об остальном я догадываюсь, — прервал ее Леон, с нескрываемым любопытством разглядывая Ариэл. — Судя по всему, ты хорошо обдумала. Удивляюсь, когда ты нашла на это время?

Закусив губу, Ариэл пожала плечами.

— Я плохо спала, — ответила она. Нет, это я плохо спал, подумал Леон.

Когда он ночью вернулся в постель, то почти не сомкнул глаз, с удовольствием наблюдая за спящей Ариэл. Она спала, как младенец. Так когда же она нашла время обдумать такой серьезный вопрос, как потеря девственности?

— Значит, ты не могла уснуть, потому что этот вопрос волновал тебя? — спросил Леон.

— Совершенно верно, но недолго, — ответила Ариэл.

— Ты хочешь сказать, что быстро нашла решение этой проблемы?

— Именно так.

— И тебя совсем не волнует, что Нос, женившись на тебе, поставит под сомнение тот факт, каким образом ты потеряла свою девственность?

— Совершенно не волнует, — ответила Ариэл. — Он будет иметь женщину, а я — мужчину, и нас не должно волновать, кто чего потерял.

Леон невольно рассмеялся.

— Возможно, ты и права, — сказал он.

— И если даже мне не удастся убедить его в своей невинности, я постараюсь угодить ему — буду хорошей и верной женой.

Ариэл говорила так страстно и убедительно, что Леону показалось, будто сам Христос говорит ее устами. Он нисколько не сомневался, что она будет хорошей женой Пенроузу, более хорошей, чем заслуживает этот маленький хорек. Она и в самом деле была очень отзывчива душой, добра и покладиста и к тому же красива. Мысль о том, что ее тела может коснуться Пенроуз или другой мужчина, невыносима.

— Уверен, что из тебя выйдет великолепная жена, — согласился Леон. — Но сомневаюсь, что из Пенроуза выйдет хороший муж.

— Что ты хочешь этим сказать?

— А то… — Леон замолчал, подыскивая слова, которыми бы он мог выразить все, не раскрывая при этом свою душу. — Ты уверена, что после вчерашней ночи он подойдет тебе как муж?

— Не будем выдавать желаемое за действительное, — сказала Ариэл с грустной улыбкой. — Одно дело — хотеть, другое — иметь. Прошедшая ночь изменила меня навсегда, но ничуть не изменила ситуацию. Я не питаю никаких иллюзий относительно постели с мистером Пенроузом. Ты показал мне, какие могут существовать отношения между мужчиной и женщиной, и теперь каждый раз, ложась в постель, я буду думать об этом. Пока еще не знаю, сожалеть мне о том, что произошло, или быть благодарной судьбе.

Леон показал рукой на смятые простыни.