Моя пылкая любовница - Уоррен Трейси Энн - Страница 43

Она застыла. Вот теперь новость обрушилась на нее всей своей тяжестью. «Я ношу ребенка. Ребенка Рейфа».

Что она ему скажет? Если, конечно, вообще что-нибудь скажет. Учитывая все обстоятельства, Джулианна была уверена, что он не пожелает даже услышать о своем скором отцовстве.

В ее ушах звучали слова Рейфа в ту, самую первую встречу. «Видит Бог, меньше всего я хочу, чтобы в этом мире появился еще один бастард», — произнес он тогда жестким голосом.

Джулианна вздрогнула. Конечно, он сильно удивится. Может быть, даже разозлится, и это вполне понятно — ведь она сама заверила его в том, что нет ни малейшей вероятности зачать дитя. И что же делать?

И не только с Рейфом, но и с самим ребенком? Она вдова, она не может открыто родить. Общество прощает многое, но не внебрачных детей. Придется сохранять беременность в тайне. А когда дитя родится? Что тогда?

Поглаживая живот, Джулианна боролась с навернувшимися на глаза слезами. По крайней мере, теперь она понимала эти дикие перепады настроения, которые так изматывали ее в последнее время, понимала свою плаксивость, капризность и постоянную усталость.

А сейчас она понятия не имела, как ей быть, но одно знала точно.

«Я сохраню этого ребенка», — поклялась она себе. Она слишком долго мечтала о нем и ни за что от него не откажется.

Но вот как найти приемлемое объяснение тому, что в ее жизни внезапно появится дитя, она не представляла. Однако у нее еще есть немного времени до того, как беременность станет заметной. Наверняка она успеет что-нибудь придумать.

Во всяком случае, она сильно на это надеялась. И снова все мысли перекинулись на Рейфа, а сердце отозвалось привычной болью. Как Джулианна ни старалась, она не могла его разлюбить, хотя, Господьсвидетель, очень этого хотела. А теперь, с беременностью, она будет думать о нем еще чаще.

Говорить ли ему про ребенка? Подумав, она решительно замотала головой.

Рейф очень ясно высказался о своих чувствах, пусть ей и было больно. Он совершенно точно ее не любит, и Джулианна сильно сомневалась, что он примет ее ребенка. Даже если бы он согласился взять на себя ответственность, сделал бы он это только из чувства долга. Нет, этого ей не нужно.

А в следующее мгновение в животе у нее заурчало.

«Мамочки, я же умираю с голоду!» Губы ее изогнулись в улыбке — наверное, теперь у нее все время будет повышенный аппетит, ведь она ест за двоих!

Решив спуститься к завтраку вниз, Джулианна откинула одеяло и прошлепала босыми ногами к звонку, чтобы вызвать Дейзи.

— Я приготовила ваше сиреневое дорожное платье, миледи, — сказала горничная, закончив укладывать вещи Джулианны в два тяжелых сундука. — Надеюсь, оно вамподойдет?

— Вполне, спасибо, Дейзи, — ответила Джулианна, на секунду оторвавшись от письма к Мэрис.

Здесь, наверху, в своей спальне, Джулианна дописывала письмо сестре, собираясь отправить его с сегодняшней почтой. Присыпав письмо песком, она аккуратным почерком надписала на нем новый адрес сестры.

Зная, что Гарри уже торопится ехать, Джулианна отложила перо и вскочила на ноги. Головокружение накрыло ее, как волной, все мысли сразу разбежались. Джулианна пошатнулась, вцепилась в спинку кресла и резко плюхнулась в него.

Дейзи, оторвавшись от сундука, ахнула:

— Как вы себя чувствуете, миледи?

— Что? А, все хорошо. Прекрасно. — Джулиана дрожала, пытаясь прийти в себя. Она так надеялась, что головокружения и обмороки остались в прошлом, но, похоже, тело имело на этот счет другое мнение.

Когда она снова покачнулась, Дейзи кинулась к ней через всю комнату. Положив прохладную руку Джулианне на затылок, горничная заставила ее наклониться и сунуть голову между колен.

— Это всегда помогало моей матери, когда она была в положении. Дышите медленно. Через несколько минут все пройдет.

Другой рукой Дейзи поглаживала Джулианну по спине, крепко придерживая ее, пока головокружение не прошло. Только окончательно придя в себя, Джулианна сообразила, что именно ей сказала горничная.

Она медленно выпрямилась.

— Что ты сказала? — слабым голосом спросила она.

Их взгляды встретились. Карие глаза девушки были полны понимания.

— Это вы о вашей беременности? Может, мне и не следовало ничего говорить, но какой смысл скрывать очевидное? — Сразу поняв, насколько Джулианна потрясена, Дейзи кинулась ее утешать — Я уверена, что никто, кроме меня, не знает — ну, кроме доктора, конечно. А я догадываюсь уже несколько недель, миледи. В конце концов, именно я за вами ухаживаю, и когда месячных не было дважды, я это предположила. А уж после того, как вы упали в обморок, у меня и сомнений не осталось. Доктор сказал вам, что вы ждете ребенка, правда?

Джулианна выпрямилась:

— Да. Похоже, из нас троих только я ни о чем не подозревала.

— Ну, ничего удивительного, ведь это ваш первый ребенок.

Глядя на юную горничную, Джулианна скрестила руки на груди:

— А как получилось, что ты разбираешься в таких вещах, если у тебя нет своих детей? Или я ошибаюсь?

Девушка покраснела.

— Своих у меня нет, но я очень много знаю о беременности и младенцах. Я старшая в семье с двенадцатью детьми и всегда помогала маме, когда она вынашивала очередного ребенка. И за младшими ухаживала — ну, пока не поступила к вам на службу. И это нам пригодится, — продолжала между тем горничная. — Нужно, чтобы в следующие месяцы кто-нибудь за вами приглядывал.

Наверное, Дейзи права, решила Джулианна. Во время беременности ей потребуется помощница. И какое облегчение, что можно кому-то довериться, что есть кто-то, знающий правду! Прошло всего несколько дней после того, как она узнала о своем положении, а тайна уже тяготит. Наверное, ей по-настоящему повезло.

— Но смотри, чтобы никому ни полслова! — негромко предупредила Джулианна.

На лице служанки промелькнула обида.

— Я никогда не предам вашего доверия, миледи. Джулианна, извиняясь, похлопала Дейзи по руке:

— Ну конечно. Прости меня, ты права. Я знаю, что могу на тебя положиться. — Она замолчала и сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться. — Ты очень шокирована?

— Нет, что вы! Сначала я немного растерялась, но не особенно удивилась, нет.

Джулианна вскинула бровь:

— И почему же?

Дейзи опустила голову:

— Ну, я же знала, что вы встречаетесь с каким-то джентльменом, миледи.

О Боже милостивый! Есть хоть что-то, чего она не знает?

— Скажи, а об этом ты как узнала?

— Ну, иногда вы возвращались домой, и от вашей одежды немного пахло лавандой. И потом, ваши волосы…

— А что с моими волосами? — Джулианна неловко подняла руку и потрогала локоны.

— Они были аккуратно и красиво уложены, но не так, как это делаю я. По-другому перекручены прядки, не туда вколоты шпильки и все такое.

А они-то с Рейфом считали себя такими умными, такими осторожными.

— Полагаю, ты даже знаешь, кто он?

Девушка затрясла головой:

— Нет, миледи. Я не шпионю и не сую нос не в свои дела.

Джулианна облегченно выдохнула.

— Зато я знаю, что он вас сильно обидел, и поэтому он мне не нравится. Совсем не нравится!

— Спасибо, Дейзи, но не будь к нему так жестока. Думаю, он не хозяин своим чувствам точно так же, как я не хозяйка своим. Давай не будем больше о нем говорить.

— Конечно, мэм. Простите, если я вас расстроила. Внезапно дверь с грохотом распахнулась. Джулианна обернулась и увидела потрясенные, широкораспахнутые глаза брата.

Она застонала. Ее слегка замутило.

Неужели Гарри все слышал? Конечно, слышал, достаточно взглянуть на его лицо!

Распахнув дверь еще шире, Гарри влетел в комнату, впившись в Джулианну осуждающим взглядом.

— Это правда?

— Ты подслушивал у меня под дверью? — возмутилась она, надеясь, что вопрос даст ей небольшую отсрочку, чтобы собраться с силами и выдержать грядущий скандал.

— Я не подслушивал… в смысле — не специально. Я пришел спросить, когда мы поедем, а потом услышал… Господи, ты и вправду… в положении?