Инстинкт - Кей Бен - Страница 8

Второй мужчина, высокий широкоплечий афроамериканец со светлым оттенком кожи и гладкими чертами широкого лица, выглядел лет на тридцать. Его голова, напоминавшая коричневый купол, была чисто выбрита, и он казался обескураживающе совершенным, безупречным, как увеличенная копия игрушечного солдатика, а не живой человек.

Они последовали за Лорой в гостиную и расположились на диване, который едва смог вместить двух мужчин такой комплекции.

Первым заговорил старший.

— Доктор Трент, я — майор Карл Уэбстер, а рядом со мной лейтенант Джеффри Картер. Позвольте мне сразу же перейти к делу. Нам известно местонахождение вашего сына, и мы хотим, чтобы вы как можно скорее воссоединились с ним.

Лора смотрела на майора Уэбстера взглядом, в котором невероятным образом сочетались потрясение, гнев и чувство облегчения.

— Вы знаете, где мой сын?

— Знаю, доктор Трент.

— Вы действительно знаете, где мой сын?

— Видите ли, сегодня в шестнадцать ноль-ноль мы с лейтенантом убедили…

— Так где, черт возьми, мой сын!?

— …Эндрю последовать за нами… э-э-э… нарушив привычный для него распорядок дня…

— ГДЕ, МАТЬ ВАШУ, МОЙ СЫН?!

Картер встал и протянул руку в сторону Лоры, как бы убеждая ее не волноваться.

— Доктор Трент, мы просим вас не терять спокойствия и…

Стоило лейтенанту коснуться ее предплечья, как Лора резким движением сбросила его руку.

— Не смейте дотрагиваться до меня. Какого черта вы творите? — Картер отстранился и посмотрел на Уэбстера. — Я повторяю вопрос: куда вы дели моего сына?

— Все не так просто… — вкрадчиво начал Уэбстер.

— В таком случае я звоню в полицию.

Лора сняла трубку и набрала первую цифру.

— Я бы на вашем месте этого не делал, — сказал Уэбстер, слегка повысив голос. — Как ни жаль, но наш арест ни на миг не ускорит вашу встречу с Эндрю.

Лора прекратила набирать номер, закрыла глаза и постаралась справиться со своим гневом. Телефонная трубка дрожала в стальных тисках, костяшки пальцев побелели, кисть свободной руки сжалась в кулак с такой силой, что ногти впились в ладонь. Она понимала, что Уэбстер прав, но не могла найти выхода своей ярости.

— Мать вашу! — не выдержала Лора. — Что я должна сделать, чтобы увидеть сына? — Каждое ее слово протискивалось из гортани с огромным напряжением.

— Вам просто нужно пойти с нами, — ответил Уэбстер примирительным тоном. Картер не поднимал глаз. Склонив голову, он усердно изучал пейслийский узор [8]потертого ковра у себя под ногами.

Лора в отчаянии металась по комнате.

— Но зачем? Зачем вам это? Чего вы от меня хотите?

— Видите ли, доктор Трент, сейчас я не имею права обрисовать вам сложившуюся ситуацию в подробностях. Согласно полученным мною указаниям, я просто должен просить вас отправиться с нами как можно скорее. Прочее в настоящее время не подлежит разглашению. Все это очень важно для нас и не терпит отлагательства.

Лора зажмурилась с такой силой, что заныли щеки. В висках нарастала пульсирующая боль. Наконец она открыла глаза и подняла их к потолку, подыскивая слова.

— Вам самим-то не стыдно того, что вы творите? Ужас, который я испытала… тревога… все из-за вас. Какая мерзость — украсть невинного ребенка, чтобы заставить меня…

И тут ярость застыла на ее лице: Лора все поняла.

— Стойте! «Не терпит отлагательства…» — Она медленно перевела взгляд на американцев. — Так значит, вы — еголюди.

Офицеры старались скрыть овладевшую ими тревогу.

— Как его звали… Бишоп? Тот мерзавец, что был у меня сегодня? Еще один сукин сын с американским произношением. Так вы с ним заодно, парочка засранцев? Вы пришли по тому же делу, мать вашу? Я права?

Мужчины по-прежнему сохраняли невозмутимость.

— Вы похитили Эндрю, чтобы заставить меня поехать в вашу гребаную лабораторию в Венесуэле, так ведь? — Лора едва не расхохоталась, так нелепо звучали ее слова. — Вы, три законченных негодяя, три куска дерьма, как вас земля носит? На какую низость способны люди! Да если вы хоть пальцем тронули моего сына…

— Нет, нет, ничего подобного и быть не могло! Удостоверение офицера американской армии для большинства людей выглядит очень убедительно — спасибо за это нашим фильмам. Мы просто объяснили Эндрю, что вы выполняете для нас кое-какую секретную работу, а потому ему следует пойти с нами, и мы отведем его к вам. — Майор Уэбстер закончил, умерив голос: — Заметьте, здесь нет значительного отклонения от истины — просто небольшое изменение последовательности событий.

— Послушайте! Я хочу видеть сына. Сначала приведите его сюда, а потом я скажу вам, соглашусь ли сделать то, чего вы от меня хотите.

— Э-э-э… Боюсь, доктор Трент, все не так просто. Вы должны пойти с нами сейчас же. Сына вы встретите очень скоро, но сначала вам придется пойти с нами, таковы условия. Мы направимся прямо к нему, просто сделаем небольшой крюк. Даю вам честное слово.

Лора взглянула на Уэбстера, но тот отвел глаза.

— И я должна вам верить? Двум негодяям, которые украли у меня сына, единственное, что у меня осталось в целом мире?

Уэбстер все же поднял голову и встретил взгляд блестящих серо-зеленых глаз Лоры. Потом кивнул. Ему было явно не по себе.

Лора поднялась.

— Хорошо. Если нет выхода, я это сделаю. — Она с отвращением покачала головой. — Только оставлю еду для кота.

— Оставьте побольше, — посоветовал Уэбстер.

Глава 6

В предгорьях Гиндукуша сгущались сумерки. Фейсал Хайям гнал своих коз вверх по склону. Здесь, к югу от главного хребта, значительную часть неба заслоняли зубья красно-коричневых гор и ночная тьма падала раньше, скрадывая обломки скал и впадины.

Фейсал поднял взгляд на исчезающее за горами солнце, потом посмотрел на запад. В это время он обычно уже возвращался домой, где его ожидала скудная похлебка и отдых под тощим одеялом, но сегодня послеполуденная песчаная буря и поиски потерявшейся козы стали причиной задержки. Вернуться в деревню засветло он уже не успеет. Найти козу следовало непременно, не то отец втиснет свои толстые волосатые пальцы в дешевые золотые кольца и без лишних слов объяснит сыну, насколько ценным имуществом был принадлежавший семье скот. Правда, Фейсал знал, что, вернись он домой с целехоньким стадом, отец все равно найдет дюжину причин его наказать. Так что ночевка в горах становилась для него не таким уж редким событием.

О наступающей ночи напоминал и пронзительный ветер. Днем горячие сухие порывы больно жгли лицо, а к вечеру сильная холодная струя пробиралась сквозь залатанное тряпье и стискивала кости ледяными пальцами мертвеца.

Хотя пространство вокруг казалось одинаково безжизненным, Фейсал знал, что ищет: выступающий утес, обозначающий западную оконечность Фардинских пещер. Эти пещеры занимали несколько квадратных километров, но Фейсал пользовался ими довольно часто и знал, какие из них могут вместить его стадо.

Поднимаясь все выше и гоня перед собой коз, он преодолел последнюю полосу обнаженной породы. Сквозь завывание ветра доносились глухое позвякивание колокольчиков, стук копыт и редкое блеяние.

Впереди обозначилось темное пятно пещеры на краю гребня. Хотя пещера казалась незнакомой, вход был довольно широким, что дало Фейсалу повод считать ее достаточно просторной. Да и в столь поздний час не приходилось быть слишком придирчивым.

Фейсал пробился вперед, чтобы пересчитать проходящих мимо коз. Каждая следующая цифра приближала его мечту об отдыхе среди теплых тел, а когда его миновали несколько последних животных, он с радостью убедился, что ни одна коза не пропала. Самую последнюю Фейсал наградил поощряющим шлепком, но с удивлением обнаружил, что она не двинулась с места. Бросив взгляд вперед, он увидел, что козы остановились в двух-трех метрах от пещеры. Следовало узнать, в чем дело, но на узкой тропе он не мог протиснуться ближе ко входу, не сбросив какую-нибудь козу. Животные вволю наелись и напились, характерный запах, стоявший в воздухе, говорил о том, что они успели облегчиться, разве что какая-то болезнь… Внезапно крупный козел, стоявший у входа в пещеру, издал долгий пронзительный вопль, от которого по спине Фейсала прошла дрожь. Подобный тревожной сирене, этот звук погнал животных обратно по той же тропе. Они сбили Фейсала с ног, и он ощутил на спине удары сотни козьих копыт.