Ловушка для плейбоя - Майклз Кейси - Страница 23

Кто-то из дам тихо вскрикнул, и Пейдж услышала громкий шепот Либби:

— Я же говорила!

— Обычно организатор всего этого остается в тени и не показывается на публике. Но сегодня мне удалось убедить его снять завесу тайны со своего имени и почтить нас своим присутствием. Он много лет скрывался под маской таинственного Санта-Клауса, но пришла пора, ему выйти в свет и лично встретиться с теми, кто восхитил его своими добрыми и бескорыстными делами. Итак, дамы и господа, позвольте представить вам моего дядю, Сэмюеля Эдварда Бэлфора Четвертого.

Повернувшись вместе со всеми туда, куда указывал Сэм, Пейдж не поверила своим глазам:

— Дядя Нед?!

Дядя Нед в шикарном смокинге и белоснежной рубашке прошествовал в зал. Его седые волосы сияли в свете множества огней, улыбка сияла еще ярче. Найдя среди гостей Пейдж, он довольно неуверенно помахал ей рукой. Девушка, качая головой и с трудом осознавая открывшуюся ей правду, начала медленно пятиться к выходу, затем вдруг резко развернулась и выбежала из зала.

— Пейдж! Стой! Черт побери, ты же говорила, что доверяешь мне! — послышался голос Сэма.

В центре главного холла Пейдж остановилась, вспоминая, где оставила пальто и сумочку. Поняв, что ее вещи в библиотеке, на улице валит снег и никуда ей в таком виде не уйти, она встала лицом к догнавшему ее Сэму, полная решимости высказать все, что думает.

— А ты обещал, что... Хотя нет, ты же ничего и никогда мне не обещал! Я просто шла у тебя на поводу. Ты и твой дядя — вы играли со мной, как с куклой! Вот уж точно, яблоко от яблоньки! Во всем сплошная ложь. А я просто наивная дура.

— Я собирался тебе рассказать, — промолвил Сэм, медленно подходя к девушке, очень осторожно, будто боясь спугнуть. — Я был не прав, согласен. Но дядя предпочитал, чтобы никто ничего не знал. Ты тоже никогда не поднимала эту тему. Я надеялся, ты сама захочешь со мной обсудить таинственный подарок, но ты молчала.

Пейдж отвела взгляд, внутренне соглашаясь с Сэмом. Да, могла и сама первой заговорить, но ведь не стала.

— Я боялась, что с этой машиной что-то нечисто.

Сэм улыбнулся, и Пейдж захотелось ему врезать. Она любит его, но это не значит, что она не может на него сердиться.

— Нечисто? Да что может быть нечисто с автофургоном, боже мой!

— Понятия не имею. Отмывание денег, например. Ты же заявил, что доставил конверт по просьбе клиента и ничего о его содержимом не знаешь. Как я могла рассказать, когда клиент тебе эту информацию раскрывать не стал? Тем более, если все это нелегально, чего я опасалась. И еще я боялась, что придется вернуть машину. А она была так нужна приюту, ты не представляешь... Поэтому я просто постаралась выбросить всю эту историю из головы. Сделала — забыла, живу дальше.

— Хорошо, а почему ты сейчас злишься? Потому, что на голову свалился еще и миллион?

— Да, то есть, нет. — Она в растерянности провела рукой по лицу, не заботясь о судьбе макияжа. — Я и его отдам приюту, а деньги на свои нужды заработаю сама. Я всего добиваюсь сама.

— Но никогда не забываешь, откуда ты, верно? — Сэм подошел чуть ближе.

— Вы с дядей Недом следили за мной, да? — Пейдж пристально посмотрела на него. — Вы, наверное, знаете обо мне больше, чем я сама.

— Пейдж, я знаю, что ты — прекрасный человек. И твои добрые поступки — не для показухи. Ты — как мой отец. Я, правда, часто злился на него. И никогда не разделял взгляды дяди Неда на благотворительность. Но я вижу, что ты — по-настоящему хороший человек, который искренне совершает добрые дела.

Пейдж покачала головой:

— Нет, Сэм, ты ошибаешься. Не насчет своего отца, а насчет меня. Я настоящая эгоистка и помогаю приюту потому, что мне это нравится. Я получаю удовольствие.

— Мы еще поспорим об этом, только позже. — Сэм взял ее за руку. — Пойдем в библиотеку, пока дядя Нед занимает гостей. Мне не терпится увидеть твою чудесную ель из пуансеттий.

Пейдж послушно пошла с ним. Ель красовалась у огромного окна, слегка подсвеченная огнями уличных светильников, прятавшихся в сугробах. Это было ее самое любимое детище из всего, что пришлось сделать в Бэлфор-Холле.

— Правда, чудесно получилось?

— Именно так все и было в моем детстве! — Сэм наклонился и поцеловал ее в щеку. — Спасибо, Пейдж. Хочешь, верь, хочешь, нет, но ты на самом деле изменила и мою жизнь, и жизнь дяди Неда. Не думал даже, что так все произойдет. Уверен, дядя скажет, что я, наконец повзрослел. Послушай меня, а потом решай, уйти или остаться. Я люблю тебя, Пейдж. И хочу, чтобы ты была рядом со мной всегда.

Жизнь научила Пейдж различать, когда нужно бороться, а когда лучше смириться с неизбежным. Сейчас неизбежностью был Сэм. Поэтому...

— Ах, Сэм...

— Знаю, для тебя все это, может быть, слишком быстро. Для меня тоже. Но когда я увидел тебя сегодня в холле, окруженную сиянием, первой моей мыслью было: «Господи, я люблю эту женщину!» Затем я представил себе, будто на ступеньках у тебя за спиной сидят наши дети, потому что сегодня им разрешили лечь спать попозже в честь праздника и принимать гостей вместе с их очаровательной мамой и гордым за своих чад отцом. Картинка была такая яркая и отчетливая, что я даже не сразу сообразил — это всего лишь плод воображения. Но ведь все это может стать реальностью. Если ты простишь меня...

Пейдж приложила руку к его губам, заставляя замолчать:

— Слишком много слов, Сэм. Давай перейдем к делу. Поцелуй меня...

ЭПИЛОГ

Радостно улыбаясь, Пейдж и Сэм вошли в кабинет дяди Неда. Они без умолку хохотали над происшествием, которое приключилось только что. Несколько минут назад Сэм по всем правилам на руках внес Пейдж на их половину дома. При этом они спугнули горничную, убиравшую холл. От неожиданности женщина рванулась вместе с пылесосом на выход, Сэм споткнулся о натянувшийся шнур и чуть не уронил свою драгоценную ношу.

Как они и предполагали, их внезапное возвращение вызвало переполох. Однако близилась Пасха, Мэри-Сью оборвала телефон, сообщая Пейдж всякую радостную информацию вроде того, что Пол покалечился, расставляя гигантские пасхальные яйца фиолетового и желтого цвета. Теперь Пол и сам был преимущественно фиолетовой окраски с отливом в синеву, а местами в желтизну. Поэтому Пейдж срочно должна была прибыть в офис. Так вот и получилось, что медовый месяц пришлось прервать и без предупреждения приехать домой на пару дней раньше.

— Сэм! Пейдж! Вы вернулись! — воскликнул дядя Нед и одарил их приветственным жестом, достойным короля. — Чудесно выглядите. Как прошел медовый месяц? Как там, на Барбадосе?

— В следующий раз, дядя, тебе надо поехать с нами, и увидишь сам, — ответил Сэм, а Пейдж обошла стол и наклонилась, чтобы обнять и поцеловать своего нового родственника. — Помнишь, ты пообещал, что с затворничеством покончено?

— Помню. И, к вашему сведению, я даже на днях выезжал вместе с Брюсом. — Он обратился к Пейдж: — Мы съездили в «Ларк Саммит». Думаю, им не помешает новая бейсбольная площадка.

— Это точно, — улыбнулась Пейдж.

— А ты в курсе, Сэм, что Брюс когда-то серьезно занимался бейсболом? И он не только обещал помочь с планировкой и организацией работ, но и вызвался потренировать ребят.

— Да, что ты говоришь?! А как же он сможет продолжать свою разведывательную деятельность в поисках лауреатов для твоего проекта? Вся эта маскировка, сидение под кустами, вторжение в частную жизнь в лучших традициях папарацци — неужели с этим покончено?

— Боюсь, да. Проект закрыт. Ты оказался прав, Сэм. Эта настырная Трент подобралась к нам уж слишком близко. По нашей с Морин задумке, анонимность была важной частью всей этой деятельности. И если уж инкогнито нарушено, почему бы не начать что-то новое? Пейдж, я буду очень признателен, если ты согласишься вместе со мной управлять фондом имени Морин Бэлфор. Таинственность исчезла, но идея помощи людям осталась!