Тысяча и один день - Тревор Рената - Страница 10

— В этом я весь, — усмехнулся Говард. — А зовут меня мистер Романтик.

— Опусти меня, — потребовала она.

— Угу. Дело в том, что я отнесу тебя вместе с одеялом и подушкой в машину, где ты совьешь себе уютное гнездышко на заднем сиденье. Только обещай, что не будешь двигаться и говорить, пока мы не приедем на место.

— Если только я не заговорю или не зашевелюсь во сне, сэр командир.

— Очень забавно.

— Слушай, захвати-ка, кстати, мой спортивный костюм.

— Хорошо, — ответил Говард, но не двигался и пристально смотрел на нее.

Сердцебиение у Синди участилось. Он действительно наклонил голову? Неужели собирался… А разве ей хотелось, чтобы он это сделал? Мягкие губы мужчины коснулись ее лба, и Синди почувствовала, что сердце ее вот-вот остановится. Очевидно, ответ был утвердительный: она хотела, чтобы он ее поцеловал. Хотела едва ли не отчаянно, даже большего…

— Говард?

— Что?

Какой у него бархатный голос. Так вот кто это! Его можно называть мистер Бархатный Голос.

— Нам лучше не тянуть время, а хотя бы постараться нагнать Оливера, — медленно проговорила Синди и подумала: «Пока я не сотворила какую-нибудь глупость».

— Да, да. Закрывай глаза.

— Что-о?!

— Расслабься. И спи. Я разбужу тебя, когда мы приедем. Или попытаюсь разбудить, — добавил он с улыбкой.

— Только учти: сплю я очень крепко, — сказала Синди, после чего закрыла глаза и прижала лицо к его груди, в то время, как он уже нес ее по лестнице. — Тебе придется поухаживать за мной.

От него исходил приятный аромат.

— Чего только не сделаешь для такой девушки, как ты! — тихо проговорил он.

Но вдуматься в смысл сказанного у нее уже не было сил. Она опять заснула.

5

Петляя по грунтовому шоссе, Говард подумал, что и не помнит, когда еще он так долго оставался в состоянии возбуждения от находящейся рядом женщины. Стоило лишь взглянуть в зеркало заднего обзора и увидеть ее, спящую у него за спиной, и… Раньше во время долгого пути он не позволял себе расслабляться и внимательнее наблюдал за дорогой. Задумавшись, он неожиданно съехал ближе к обочине и некоторое время двигался вдоль нее. Ему никак не удавалось отвлечься от навязчивых мыслей о Синди. Всего сутки назад он летел на «боинге» компании «Америкэн эйрлайнз», приняв приглашение друга на участие в свадебной церемонии. Теперь, казалось, и в его собственной жизни наступают какие-то перемены.

Говард вовремя сосредоточил взгляд на шоссе и успел притормозить, едва не попав в довольно глубокую рытвину. Потом объехал еще одну и бросил взгляд через плечо. Синди поморщилась и пробормотала что-то во сне. Он совсем не знал эту девушку и все же успел побывать с ней в довольно интимной обстановке при весьма щекотливых обстоятельствах. И понимал, что если бы оставил ее сейчас, не вмешавшись в дальнейший ход событий, то потом наверняка ругал бы себя за это.

От мимолетных интимных связей он давно устал. Как устал бороздить бесконечные океанские просторы и жить по четкому, по минутам расписанному графику. В его планы входило после увольнения обосноваться в этом городе, открыть собственное дело, впрочем, напрямую связанное с армией.

Он вновь посмотрел в зеркало. Нет, пока что никаких планов на эту женщину у него не имелось.

Скоро показался дом, впереди синела гладь озера. Место замечательное, подумалось ему, удивительно тихое. Говард поймал себя на мысли, что все-таки привык к городскому шуму, к толпам спешащих людей, к большому количеству автомобилей. Но, может быть, подобная смена обстановки время от времени полезна. Кроме того, он тоже страдал от хронического недосыпания. Иначе, как еще можно было объяснить те странные мысли, что безостановочно лезли в голову? Ну, скажем, такую: как здорово было бы остаться тут навсегда с этой красавицей, мирно спавшей позади него в салоне седана!

Он вновь посмотрел в зеркало. Кроме того, что эта Синди Хауэлл могла спать как убитая и яростно защищать свою подругу, он, в общем-то, ничего о ней не знал.

Говард свернул на посыпанную гравием дорожку.

Небольшая красная машина, явно не американского производства, была припаркована у обочины. Позади нее стоял голубой «форд» Оливера Хедлунда.

Говард мысленно выругался. Романтический побег случается только в сказке. Теперь придется из кожи вон лезть, чтобы, если Пет будет настаивать, заставить этого типа уехать отсюда. И, по возможности, мирным путем.

Он заглушил мотор, оглянувшись через плечо, убедился, что Синди не проснулась. И лишь тогда осторожно открыл дверцу и вышел из машины. Пусть пока поспит, решил он. И направился к дому.

Слава Богу, оттуда не слышалось ни криков, ни звона разлетающейся на осколки посуды. Он остановился у входной двери. Что же ему следует сказать Пэтти? Как объяснить, кто он такой, почему оказался здесь и зачем вмешивается в жизнь людей, которых даже мало-мальски не знает? Рыдающая Джойс, вот с кого все началось. Не придумывать же ему всякую ерунду. Больше ни к одной невесте он не подойдет ближе, чем на милю. Никогда!

— Как ты узнал, что я тут?

Говард обернулся и увидел Пэтти. По крайней мере, он предположил, что это так! Та шла к дому со стороны озера. Но ее вопрос был обращен вовсе не к нему — Говард остался пока незамеченным. Она спрашивала Оливера, который направлялся ей навстречу. Видимо, этот тип тоже только что приехал.

— Почему ты не была на свадьбе? — задал встречный вопрос Оливер. — Поверить не могу, чтобы ты не сдержала слова, данного Джойс. Это на тебя как-то не похоже.

Пэт остановилась и скрестила руки на груди. Да, не слишком удачное начало! — подумал Говард.

— Значит, я — женщина, которая не выполняет обещания. А все остальные, похоже, ведут себя в этом отношении идеально.

Движения Оливера замедлились, он растерялся, как будто никогда раньше не получал отпора.

Говард мысленно зааплодировал Пэтти. И тут же пожалел, что приехал сюда. Мириться или ссориться — это личное дело супругов, ввязываться в которое постороннему человеку не имеет никакого смысла. Он решил было потихоньку отойти к машине, но в этот момент Пэтти заметила его.

Говард тихо выругался, после чего сдержанно улыбнулся и махнул рукой.

— Привет, я Говард Маккоун, друг Билла.

— О, великолепно! Так, значит, Джойс и его подключила? Просто замечательно. А не вы ли привезли сюда этого типа?

Все, теперь пошло-поехало, тоскливо подумал Говард.

— Нет. На самом деле я пытался не допустить, чтобы он оказался здесь.

— Ну что ж, хвала Биллу! У его друга, по крайней мере, мозги еще остались.

Говард откашлялся.

— Вам следует, прежде всего поблагодарить за это Синди.

— Пэтти… — начал снова Оливер. Но та будто не слышала его.

— Синди? А ей-то какое дело до всего этого?

— Я… В общем, долго рассказывать, — сбивчиво объяснил Говард. Ему еще сильнее расхотелось присутствовать здесь.

— Но дай же мне хоть какую-то возможность поговорить с тобой! — решительно вмешался Оливер и, посмотрев на Говарда, добавил: — С глазу на глаз.

Она взглянула на одного мужчину, на другого и вздохнула.

— Ладно, говори. Только при нем.

Глаза Оливера расширились, однако на этот раз он благоразумно уступил.

— Вот, значит, как? Хорошо. Но можно устроить хоть какую-то видимость частной беседы?

Пэт нерешительно взглянула на Говарда. Тот, как и множество раз за время военной службы, взял контроль за ситуацией в свои руки. И улыбнулся, махнув рукой в сторону берега.

— Почему бы вам не отправиться туда и не поговорить? А мне, если не возражаете, хотелось бы переодеться.

Пэт согласно кивнула, затем нахмурилась и посмотрела на Оливера.

— У тебя мало времени, так что начинай. Разговор закончится, как только вернется Говард. Что же тебе так не терпелось мне сказать?

— Пэтти, понимаешь…

— Часы тикают, дорогой!

Пряча улыбку, Говард направился обратно к седану. Он размышлял над тем, правильно ли поступил, оставив их наедине в такой близости от воды? Впрочем, если кому-либо и стоило опасаться за свою жизнь, так это именно Оливеру.