Тысяча и один день - Тревор Рената - Страница 8

Она вновь посмотрела на Оливера.

— Не обращай внимания на это платье. Долго рассказывать. Но я не знаю…

— Постой, я ведь так и не сказал тебе своего имени, — вмешался в этот момент Говард и улыбнулся. Усмехнувшись, он учтиво отсалютовал ей: — Отставной офицер морской пехоты Говард Маккоун. К вашим услугам.

— Если честно, мне плевать, кто вы, — вмешался Оливер.

— Возможно, вы измените свое мнение на этот счет, — ответил Говард, оттесняя Синди, которая в последнюю секунду повисла у него на руке.

— Постойте! — закричала она, замотав головой. — Да остановитесь же оба.

Она повернулась к Говарду.

— Вот что я тебе скажу. Спасибо, что довез меня до дому. Тебе надо поспешить на вторую часть торжества. А то все удивятся, что тебя нет. — С этими словами Синди снова обернулась к Оливеру, уверенная в том, что Говард не двинется с места. — Послушай, Пэтти уехала.

— Я был в церкви, когда выходила свадебная процессия, — с плохо скрываемым раздражением начал тот. — Ее там не было! Я же ведь просил тебя выручить меня и не дать ей сбежать.

— Нет, дорогой, ты сказал мне только то, чего бы хотелось тебе. Точно так же, как ты потребовал от Пэтти, чтобы она оставила своих друзей и родителей, продала только что купленный дом, бросила службу и помчалась бы на край света за тобою. И все только потому, что ты, как тогда тебе показалось, получил блестящее предложение и был готов приступить к новой работе. Ты не обещал сделать ее жизнь спокойной и стабильной, покончить с бесконечной суетой, ты ни капельки не задумался и не поинтересовался тем, чего хотела бы она, и что было важно для нее. Ты остался самим собой, мистер Хедлунд. Пэтти верила тебе, считала, что ты отнесешься к ней как к равной, будешь любить и уважать ее так же, как она тебя. А ты попросту плюнул ей в лицо. Надеюсь, теперь тебе понятно, что мир не вращается вокруг одних только твоих желаний?

Оливер взъерошил свои безупречно уложенные волосы.

— Возможно, ты и права. Прости меня за резкость.

— Я думаю, будет несправедливо вовлекать Синди в этот водоворот, — предложил Говард. Потом, увидев, как они оба уставились на него, закатил глаза и отступил на шаг. — Ну ладно, хорошо. Я ведь только пытаюсь вам помочь.

— Да уж, ни для кого не секрет, как ты преуспел в этом, — язвительно заметила Синди.

— Понимаю, сегодня я точно не заслужил лестную оценку, — улыбнулся Говард. — Но, веришь или нет, за свою жизнь я провернул немало успешных операций.

— Но сейчас мы не в штормовом океане, — заметила Синди. — Речь идет о свадьбе, пойми.

— Я не забыл об этом. Некоторые наши военачальники могли бы почерпнуть немало полезного для военной стратегии у нынешних американских невест.

— Очень забавно.

— Я не шучу.

Синди пыталась сдержать улыбку и все-таки не смогла. Удивительное дело, но в те редкие минуты, когда Говард не вытаскивал ничего не подозревающих женщин из их постелей, он производил впечатление вполне очаровательного мужчины.

И вместе с тем опасного. Потому что стоило Синди ослабить бдительность, он уже придвинулся ближе к ней. А она напряженно раздумывала над тем, так ли уж это плохо. Очаровательный и опасный, вот какой этот Говард Маккоун!

Он стоял прямо перед ней, заслоняя собой все и не давая ей отвести взгляд.

— Я очень сожалею о случившемся, Синди.

— Ты уже разок-другой извинился.

— Возможно, мне удастся как-то… компенсировать те неприятности, которые тебе пришлось пережить.

Сердце Синди отчаянно заколотилось.

— Я… ты ведь скоро уедешь.

Говард протянул руку и дотронулся до одного из ее локонов.

— С чего это ты вдруг взяла?

Синди задрожала от приятного волнения, когда рука мужчины коснулась ее щеки.

— Об этом говорит твой строгий костюм. А заодно и арендованный автомобиль. Ты же человек подневольный.

— Я?

— Эй, послушайте-ка, мне нужно знать, где все-таки моя жена, — вмешался Оливер, шагнув между ними.

— Бывшая жена, — огрызнулась Синди, отступив назад. Ее мысли закружились в бешеной пляске. Слишком много событий за один день, она очень устала.

Говард повернулся и незаметным движением увлек Оливера на несколько шагов в сторону, продолжая начатый разговор:

— Послушайте, а почему бы вам не поехать со мной на свадьбу? В конце концов, у Билла и Джойс сегодня праздник. Я уверен, что после того, как все закончится, вы с Пэтти встретитесь и обо всем договоритесь.

— Не поставлю на это ни цента, — не унималась Синди.

Оливер обернулся к ней, а Говард продолжал держать его за рукав.

— Где она, скажи! — на этот раз уже взмолился он. — Мне просто необходимо поговорить… Если нужно куда-то съездить за ней, так я сделаю это с удовольствием.

— Чтобы увидеться снова, тебе предстоит проделать довольно долгий путь.

Глаза Оливера загорелись, и Синди упрекнула себя за то, что немного перегнула палку.

— Она поехала в домик родителей, не так ли?

Женщина сжала губы, но поняла, что сделала это слишком поздно. Единственным утешением служило лишь то, что Оливер никогда там не бывал. Родители Пэтти переехали туда, как раз во время ее размолвки с мужем.

— Синди!

— Оливер, да ладно тебе, успокойся, — вмешался Говард, и его голос прозвучал вполне дружелюбно, но вместе с тем непреклонно. — Поехали на свадьбу.

Блондин хотел было поспорить, но потом раздумал и согласился ехать.

Синди вдруг почувствовала скрытую тревогу. Оливер не был бы самим собой, если бы сейчас не задумал что-то. В его внезапном согласии ощущалась какая-то скрытая решимость. Благодаря этому качеству характера, он добился немалых успехов в карьере, но оказался столь же несостоятельным в семейной жизни. Ведь не всего же можно достичь одной только решимостью и слепым напором.

— Мне жаль, что я втянул тебя во все это, — проговорил он. — Но пойми, я был в отчаянии.

— Охотно верю, — вздохнула Синди.

В его глазах и сейчас отражалось страдание. Он не привык быть неудачником. И потеря Пэтти — это, пожалуй, единственный промах, пока что допущенный им в жизни.

— Прошу тебя, когда сможешь связаться с ней, передай, что мне нужно всего лишь поговорить и объясниться. Я совершенно изменился, поверь. В лучшую сторону.

— Отсюда мне это не слишком-то заметно, — ответила она, но в ее голосе теперь сквозила скорее печаль, чем злость.

— Синди, я…

— Думаю, нам пора, — перебил его Говард. Оливер раздраженно посмотрел на него, но, вздохнув, все-таки сдался.

— Ладно. Прости меня, Синди, — вновь произнес он и направился к машине.

Она повернулась к Говарду.

— Спасибо тебе!

— Звучит искренне. А ты уверена… — начал было он, но увидел, как Синди, сложив на груди руки, строго взглянула на него. И рассмеялся. — Хорошо, хорошо. Для одного дня вполне достаточно. Мне-то казалось, что гражданская жизнь будет попроще.

— А ты разве уже не военный?

Он отрицательно покачал головой.

— С некоторого времени уже нет. Кстати, неподалеку отсюда я буду вести курсы по самообороне и спецподготовке.

— Ты сказал неподалеку?

— Когда-то я жил здесь, — оглянувшись, сказал Говард и вздохнул. — Теперь уже кажется, что это было очень давно.

Синди это сообщение явно заинтриговало. Ему едва перевалило за тридцать, но вместе с тем он уже много повидал в жизни. Она нервно потерла руки.

Звук заведенного мотора прервал ее мысли.

— Думаю, мне надо ехать, — улыбнулся Говард.

— Да уж, давно пора, — подмигнула ему Синди.

Он усмехнулся и открыл дверцу машины, но вдруг понял, что не слишком торопится садиться за руль.

— Платье Пэтти! — вдруг вспомнила Синди, догадавшись, что сама дает повод новому знакомому немного задержаться.

Говард распахнул заднюю дверцу, сгреб одежду и передал ей.

— Вот, пожалуйста.

— Спасибо. А теперь поторопись, а то Оливеру не терпится поскорее уехать отсюда.

— Да, ты права, — тихо ответил Говард. — У него сейчас на душе гром и молнии.