Дьявол начинает и... (СИ) - Козак Елена - Страница 11

   - Это большое обвинение. В ереси, - Демитрий сел на траву и прищурил глаза. - Карен, ты ведь обвиняешь Кристофа в том, что он не верит в силу Господа. Ты понимаешь это?

   - О чем ты? - девушка отшатнулась от Демитрия, как от прокаженного. - Я сказала, что все трое наших братьев - убийцы! Мы все... Мы не спасаем заблудшие души, мы убиваем невиновных!

   - Это ложь! - Демитрий встал и холодно кивнул девушке. - На епископе, на нас, на карателях... - с каждым словом он говорил все громче. - Держится весь мир! Мы не можем сомневаться в наших братьях, в нашем деле. Больше мне нечего добавить!

   Парень вскочил с насиженного места и поспешил в замок, который грозной тенью возвышался над полем в версте [7]от пары. Прошел в парадные ворота, не глядя на сторожевого. Так же быстро миновал лестницу, а затем без стука ворвался в покои.

   - Кристоф, может, хватит проверок?!

   Темноволосый черноглазый мужчина одних лет с Демитрием с загорелой кожей, немного резковатыми чертами лица и колючим от щетины подбородком поднял голову от своих записей и с удивлением посмотрел на гостя.

   - О чем ты говоришь, Демитрий?

   - О Карен, о ком же еще?

   - Что с ней? - Кристоф заметно нахмурился.

   - Это бы я и хотел знать. Ты используешь ее как марионетку, как подстилку, как...

   - Думай, что говоришь! - Кристоф со всей силы врезал Демитрию. - Я твой старший брат, она сестра, дочь высокого рода. И ты посмел...

   - Она приходила ко мне с еретическими суждениями, говорила, что мы убиваем невиновных.

   - Я поговорю с ней! - отрезал Кристоф.

   - Скажешь, что я прошел проверку на верность? - Демитрий едва не расхохотался. - Но знаешь, Микхале и Дерни может возмутить то, что ты считаешь себя старшим среди нас. У них ведь больше прав рассчитывать на эту должность, чем у тебя.

   - О чем это ты? - встревожился Кристоф.

   - Это ты приказал Карен устроить мне проверку. Иначе она бы не стала выделять тебя среди других жрецов.

   - Я ничего никому не приказывал. Если не веришь, идем вместе с ней поговорим, - Кристоф отбросил в сторону бумаги и поднялся, вслед за Демитрием вышел из комнаты.

   Замок жрецов никогда не славился роскошью. Длинные полутемные коридоры, висящая кое-где паутина. Тот, кто впервые видел их жилище, поневоле начинал сравнивать жрецов с аскетами, истовыми служителями, безразличным к телесному комфорту.

   Только частые гости - те, кто удостаивались чести проникнуть в покои самих жрецов -знали правду. Мягкие ковры, скрадывающие движения, золотые подсвечники на стенах, огромные зеркала, столы из красного дерева с ажурными ножками, широченные кровати, на каждой из которых поместилась бы большая крестьянская семья.

   Такими же были и те покои, что принадлежали Карен. Но не убранство комнаты интересовало ее братьев.

   - Где она?! - Демитрий со злостью ударил по стене.

   - Тебе лучше знать, - Кристоф еще раз окинул комнату взглядом. - Можешь точно повторить, что она тебе говорила?

   - Ересь! Что наши жертвы невинны, что мы не слепое оружие в руках Господа, не карающие за зло клинки, а самые настоящие убийцы!

   - Дьявол! - в глазах у Кристофа промелькнуло понимание, а затем он опрометью кинулся в коридор, моля про себя: "Только бы я ошибался!"

   Жрец не ошибся.

   - Я принесла вам воды. Выпьете, - она поднесла бокал к кровоточащим губам старухи. С высокой ножкой, россыпью камней на прозрачном стекле, он совершенно не гармонировал с остальной картиной: огромной пыточной камерой, ржавым молитвенным крестом, к которому была привязана еще не сознавшаяся жертва и самой ведьмой в разорванной одежде, с седыми волосами, что грязными прядями лежали на сером от грязи лице. - Вам станет легче. Обещаю! - Карен погладила ладонью морщинистую щеку. - Выпьете, а затем я вас освобожу.

   Пустое, невыполнимое обещание. Лишь только губы ведьмы коснулись воды в бокале, из тени выбрался Демитрий. Короткий взмах кнута. Карен закричала. Но разве мог какой-то жалкий крик остановить палача? Кнут со страшной силой полоснул девушку по руке, выбил бокал из трясущихся пальцев.

   - Нечестивая! Тварь! - заорал Демитрий, замахиваясь для нового удара.

   Кристоф перехватил руку брата, сдавил ее, причиняя боль.

   - Что?! Она предала нас, предала Господа, отдалась Лукавому...

   Кристоф, вгляделся в полубезумные глаза Дамиана, чистые глаза Карен, потухшие глаза ведьмы и скрипнул зубами.

   - Бей сильнее!

   **********************************************************

   Я открыла глаза, вздрогнула, мгновением позже села на кровать и прижала колени к своему лицу. Страшные картины все еще стояли перед глазами. Губы дрожали, да и по телу, как от страшного холода, проходила судорога за судорогой. В горле пересохло.

   Нет, ну почему другим могут сниться нормальные сны?! Или даже вовсе ничего не сниться! Только у меня, чуть глаза сомкну, новая картина, чем дальше, тем хуже.

   Катька, помешанная на очередном мистическом веении, заявляла, что я свою прошлую жизнь вспоминаю. Будто бы один из тех людей, которого я видела, является моей реинкарнацией, жаловалась, что сама такого не видит. Уж она-то смогла бы воспользоваться полученными знаниями!

   Я не раз заявляла, что безвозмездно отдала бы ей эти сны, если бы могла. Что в них хорошего? Да и ее идея о прошлой жизни казалась мне бредом. Не знаю, что я видела. И честно, не хочу знать. Слишком страшные порой являлись сны. Не хотелось бы мне присутствовать на них по-настоящему, а не только невидимым зрителем.

   Я встала с кровати и пошла на кухню. Горло все еще было сухим. Вот я и подумала, что стакан воды мне не помешает. Налила из бутылки воды, залпом выпила. Затем, немного подумав, налила еще немного. Только в этот раз пила медленно, глоточек за глоточком.

   - Вить, неужто уже встала? - на кухне появилась бабуля. Как всегда по утрам полная бодрости и сил на весь день. Не то, что я, пока душ не приму, как муха сонная хожу.

   - Да, буду с тебя пример брать! - я улыбнулась, привычно решив не нагружать бабулю своими проблемами.

   Помню, лет в двенадцать приснился мне такой же страшный сон, как сегодня. Я прибежала к ней вся в слезах. Кричала даже, что не могу так больше, что, если еще хоть раз такое увижу, из окна выброшусь. Понятное дело, не выбросилась бы. Простой детский страх. Бабушка меня успокоила, а на следующее утро в больницу с сердцем слегла. Навсегда я запомнила ее посиневшие руки, еле слышный голос и свои собственные дрожащие пальцы, набирающие номер скорой.

   - Ну, иди в душ! Я тебе завтрак приготовлю, - предложила бабушка, видя, что я ушла в свои мысли.

   От сна я отвлеклась только поев и вспомнив, что мне Мироше нужно бы позвонить. Я зашла к себе, по памяти набрала номер и прислушалась к раздавшимся в трубке протяжным звукам.

   - Алло! - уже после второго гудка Мироша снял трубку.

   - Привет! Это Виттория.

   - Только не говори, что ты заболела и сегодня не явишься на работу! - простонал Мироша. - Кстати, голос у тебя вполне бодрый.

   - Спасибо за заботу. Я вполне здорова.

   - И ты не звонишь, чтобы отлынить от работы? - сразу обрадовался Мироша. - Чудно, тогда встретимся на месте. Надеюсь, сегодня ты не опоздаешь.

   - Не опоздаю, - со смешком заявила я. - Я вообще не приду. Ко мне знакомый из другого города приехал, попросил ему достопримечательности показать. Так что я сегодня работаю за бесплатно.

   Мироша взвыл.

   - Нет, ну ты точно издеваешься! Как узнала, что я в эпидемию гриппа не верю, придумала себе родственника!

   - О какой эпидемии ты говоришь? - не поняла я.

   - Будто не знаешь! Сегодня почти никто не захотел на работу выходить. Все заболели. У одного насморк с кашлем, другая хрипит, говорить не может. А Люська с Мариной одновременно подвернули ноги. Теперь вот ты со своим гостем. Спорим, сегодня еще к троим родственники нагрянут?!