Дьявол начинает и... (СИ) - Козак Елена - Страница 27

   - Есть прямая пентаграмма. Она рисуется острием вверх и... - попыталась я вспомнить все то, что мне рассказывала Катька. - И является чем-то вроде оберега. Есть перевернутая. Рисуется двумя остриями вверх. Это главный символ Сатаны.

   - Хватит! - Дамиан выразительно фыркнул. - Все перекручено. Прямая, перевернутая пентаграмма - не важно. Важно, что рисуют вначале. Если вперед звезда, затем круг, то создают защиту, если наоборот - вызывают демона. И главная ошибка - пентаграмма вовсе не знак Сатаны. Сомневаюсь, что у кого-то хватит сил его призвать или защитится от него. Это знак Ваала.

   - Кого? - не поняла я.

   - Ваала, - не заметив на моем лице ни тени понимания, Дамиан фыркнул. - Первый раз встречаюсь с подобным невежеством! Ваал - один из герцогов Ада. Тот, кто ушел вслед за Люцифером из эдема. Это трехголовый демон: в центре у него человеческая голова, а по бокам - кошачья и голова жабы. Ваал владеет тайными знаниями. Но за свои дары требует жертв.

   - И ты думаешь, убитые...

   - Ты видишь другое объяснение? - прервал меня Дамиан. - Поделись!

   Внезапно машина замедлила ход. Я выглянула в окно. Ничего особенного. С детства знакомая улица. Яркий свет солнца, что бил в стекло. После рассказа Дамиана я думала мы снова окажемся на кладбище или, по меньшей мере, в лесу.

   - Что мы здесь делаем?

   - Ты же хотела попасть на место будущего убийства? Это оно.

   - Но...

   - Что не так? - не понял Дамиан. - Это центр пентаграммы. Точка гармонии, тяжести. Именно здесь все закончится.

Глава 9. Жертва всесожжения  

   - Ваал? - Олежка скептически поднял брови. - И ты в это веришь?

   Я рассталась с Дамианом около часа назад. Все равно по его словам следующее убийство произойдет не раньше ночи. Мои доводы о том, что предыдущие преступления совершались так же и в светлое время суток, парня не убедили. Дамиан сказал, что последние жертвы особенные, что часы Ваала - переход ночи в утро. А значит, и ритуал призыва будут проводить именно в это время.

   - Когда первые лучи солнца коснуться земли, - говорил он. - Мрак начнет блекнуть, рассеиваться, тускнеть. Луна закатится за небосвод, одарив землю своим последним светом. Звезды последний раз мигнут, освобождая место старшему брату.

   - И придет солнце, - помнится, прервала я Дамиана, устав от образных выражений.

   - Придет. Только не солнце. Ваал...

   Я отвлеклась от воспоминаний и снова обратила свое внимание на Олежку. После расставания с Дамианом я позвонила ему и в целом обрисовала ситуацию. Затем встретились лично. Нам с Дамианом была нужна помощь. Сомневаюсь, что вдвоем удастся справиться с членами секты, или кем там являются наши убийцы.

   - Ты же сам только что сказал, у вас и вовсе нет никакой версии. Это лучше, чем ничего.

   - У нас есть замечательная версия о маньяке, - не согласился Олег. - О самом обыкновенном маньяке, который убивает только потому, что ему что-то там нашептал неведомый голос, или детство было тяжелым, отец избивал. Или по другой простой причине, о которой суду будет заливать серьезный адвокат, - под конец речи почти кричал друг, - когда мы, наконец, поймаем эту мразь!

   - Не кричи на меня, - попросила я. - Адвокаты спасают преступников - слышала множество раз. Не нужно опять об этом говорить. Ты прекрасно знаешь, меня в адвокатуру не тянет... Или случилось что-то еще?

   - После твоего звонка я покопался в деле десятилетней давности. Тогда преступников было двое. Их нашли. Они убили почти двадцать человек. Некоторых и вовсе сожгли живыми. Только посмотри фотографии с места преступлений, - Олег бросил мне на руки толстую папку. - Насмотришься, потом ночь спать не будешь!

   - Я рискну, - я открыла папку, но дальше первой страницы не продвинулась. В кабинет заглянул Сашка, как обычно при встрече, чмокнул в щеку, заметив при этом у меня на руках папку. - Чего это тебя на старые дела потянуло?

   - Одну теорию проверяю. Олег, что ты говорил про адвокатов? Неужели убийцы уже вышли на волю?

   - Им еще десятку сидеть. По году за каждого убитого дали. Год в тюрьме - именно столько стоит жизнь человека!

   - Олег! - я захлопнула папку и хотела подойти к другу, как-то утешить его, но он остановил меня.

   - Все нормально. Это - жизнь. А то, что рассказала ты, - бред. Демонов не существует, и точка!

   - Я согласна, но... - договорить мне так и не удалось. Олег захлопнул дверь и вышел в коридор.

   - Вы говорили о демонах? - на лбу у Сашки появились складки морщин. - Неужели и ты в них поверила?

   И Сашка туда же!

   - Нет, конечно, - я едва не ударила папкой с делом об стол, но сдержалась. Сняла со стула джинсовку, но одевать не стала, так и оставила в руках. - Но мало ли у нас идиотов, которые в это поверят! Если человек может совершить убийство из-за голоса в голове, которые приказывает ему убивать, то почему бы ему не сделать то же самое из-за веры в демонов? Это потом убийца поймет, что демон не снизошел на землю, но будет поздно.

   - Слушай, я попробую поговорить с начальством, - Сашка с сомнением покачал головой, затем улыбнулся, щелкнул меня большим пальцем по подбородку. - Все получится!

   - Спасибо. Ты - мой самый лучший друг. Самый близкий мне человек... Кроме, может, бабули. Ты... Знаешь, - внезапно поняла я. - Не нужно ничего делать. Моя идея - глупость. Да и не моя она, Дамиана - того приезжего. Он ошибся. Я пойду, - чмокнула Сашку в щеку на прощание и подошла к двери.

   - Виттория, ты уверена? - окликнул меня Сашка.

   - Теперь да, - прикрыла снаружи дверь и спустилась вниз по лестнице. Я снова солгала. Я не считала идею о вызове демона глупостью, но Олег прав, она выглядит бредом. Это скажет каждый. В том числе и Сашка. Его слова означали лишь его готовность мне помочь, не зависимо ни от чего. Вот только из-за этого он сам может пострадать, как уже бывало раньше. А этого я не допущу!

   Десять лет назад...

   - Чего плачешь?

   Не отвечаю. Только еще крепче заслоняю голову руками. Тру щеки, пытаясь вытереть их, но не прекращаю плакать.

   - А ну прекрати! - худая рука с силою отдирает мою ладонь от лица. - Ну?!

   - Фотография... Мамочка... Ненавижу! Ненавижу!

   - Ты мать свою ненавидишь? - заинтересовался подошедший мальчишка. - За то, что бросила тебя? А рыдаешь-то зачем? Глаза разуй, нас всех побросали, но никто не ревет!

   - Я не маму ненавижу, я всех ненавижу. Всех, понимаешь?! - еще громче заорала я, с кулаками бросаясь на мальчишку.

   Он оказался сильнее. Ударил в отместку в живот так сильно, что я согнулась пополам и принялась ловить воздух ртом, совсем забывая о слезах. Было жутко больно и страшно. А вдруг ударит снова? Я посмотрела на мальчишку. Старше меня. Высокий, худющий. Одна кожа да кости, но силищи!

   Мальчишка снова занес руку, я зажмурилась, ожидая вновь почувствовать боль. Но ничего не произошло. Одна секунда. Две. Три... Я рискнула открыть глаза. Сначала один - правый. Потом...

   - Ну, что, мелюзга, испугалась? - мальчишка рассмеялся.

   Я открыла второй глаза. Заморгала. Почувствовала сотрясание воздуха. Мальчишка не собирался ограничиваться одним ударом. Его кулак был уже близко, когда рядом раздался голос.

   - Миш, может, в своей весовой категории кого поищешь?

   - А то что? - мальчишка скорчил совершенно зверскую рожу и все-таки ударил меня. Не кулаком. Пощечину дал. Я взвизгнула, схватилась за щеку и отползла на шаг от драчуна, вместе с тем увидев, как на него набросился кто-то еще.

   Глухой удар, еще один. Я попыталась зажать уши, чтобы не слышать криков, и втайне радуясь, что от меня отстали. Впрочем, ненадолго! Кто-то коснулся моего плеча.