Дьявол начинает и... (СИ) - Козак Елена - Страница 46

   - Не могу я так! Устала! Ну чем же я виновата?! Мамочка!

   Несмело, с внезапно проснувшейся нежностью, Рем погладил ее по волосам. Провел раз-другой, а потом еще крепче прижал к себе, словно баюкая.

   - Все хорошо... Будет... Было... Не плачь! - его собственный голос срывался, да и нужных слов Рем никак не находил. Что можно сказать ребенку, который потерял мать, что может сказать он, как и эта девчонка, лишившийся самого дорогого? - Тише, тише...

   Снова послышались крики. Софу искали. Пламя требовало новую жертву. И люди охотно ему подчинились. Топот то приближался, то отдалялся. Вдали даже мелькнул свет факела, что один из ловцов держал в руках. Софа ничего не видела. Только хотела обернуться, но Рем снова прижал ее к себе.

   - Успокойся. Все хорошо...

   Мальчишка-то прекрасно знал, все как угодно, но не хорошо. Он видел, кто может заглянуть к ним на огонек. Впрочем, огонек гости захватят с собой!

   - Спасибо, - Софа, так до конца не успокоившись, но, попытавшись подальше спрятать все свои страхи, отстранилась от Рема.

   Мальчик молчал и смотрел на Софу странным взглядом. В Реме ненависть странным образом смешалась с нежностью, что внезапно пустила корни в его душе. Какая глупость! Мальчик отшатнулся, услышав свои собственные мысли. Словно девчонка! Он поднял софино лицо, вгляделся девочке в глаза, сам не зная, что хочет там найти. Не зная, нашел ли то, что искал.

   - Мой отец, мой брат... - он еле слышно скрипнул зубами, снова начиная ненавидеть девчонку. - Погибли из-за тебя?

   - Погибли? - Софа отшатнулась от Рема, с удивлением на него глядя. - Как?

   - Сожгли их. За пособничество ведьмы. За то, что вытащила ты Акимку из воды. Ведьмы не спасают за просто так. Они забирают душу в обмен на спасение тела.

   - И там на площади... - начала Софа, но Рем не дал ей договорить. Как прежде Кривой, прижал к ограде.

   - Аким сбежал. Не дотянулись твои руки еще и его забрать. Я ушел. Убежал... - мальчишка со злостью прикусил себе губу. - Отец велел. Не то я бы остался, помог бы ему. Он бы выбрался! Не сожгли бы его, как ведьмака! Это все ты!

   - Я? - снова вскрикнула Софа. - В чем я еще виновата?! В том, что Люцифер предал Господа? В том, что души грешников в аду горят? Ты скажи! Меня два года кликали ведьмой, мою мать сегодня сожгли на костре рядом с твоим отцом только от того, что мамочка, - Софа всхлипнула, затем тряхнула головой, - Кариму приглянулась, от того, что он сволочь, каких мало! Просто скажи, - девочка снова всхлипнула, но утыкаться мальчишке в грудь не стала, посмотрела прямо в глаза, смахнув ладошкой слезы с глаз. - В чем моя вина?!

   - Мой отец погиб, братишка, а ему всего пять лет, тоже, если, конечно, до тетки не успел добежать. Я... Я солгал тебе. Я ослушался приказа отца. Убил одного из карателей, что ворвались в наш дом, он мне этот удар и нанес, - он провел большим пальцем по порезу на щеке, а затем долгим непонятным взглядом смотрел на свои руки. - Я нарушил один из заветов. И не жалею об этом! Я должен вымаливать себе прощение. Мои руки в крови, - он бросил слегка насмешливый взгляд на Софу. - Как и твое лицо. Держи платок, - он вытащил из кармана брюк какой-то грязный обрывок. И кивнул на все еще лежавшего без сознания Пета. - Это он тебя?

   Девочка кивнула, взяв у Рема платок и начав вытирать кровь с лица.

   - Дай сюда! - мальчишка выдернул у нее из рук платок. - Не там ты трешь!

   Он осторожно провел по ее лицу, вытирая кровь, а вместе с ней и слезы. Потом сжал кулак и отбросил платок в сторону.

   - Ты так и не сказала, кого мне винить?!

   - Не меня! - пошатываясь, девочка сделала несколько шагов в сторону. - Дай мне пройти. Я хочу домой.

   - Зачем? - опешил Рем.

   - Я хочу домой! - упрямо повторила Софа. - К маме. Я устала! Мне страшно! Я хочу...

   - Твоя мать умерла, - отрешенным голосом проронил Рем.

   - Она жива! Она не могла умереть. Я не верю, не верю! - Софа снова уткнулась мальчику в грудь, размазывая по его голому телу слезы. - Она не могла!..

   Рем прижал девочку к себе, надеясь, что хотя бы у него по щекам не текут слезы. Что он баба какая?! Затем отстранился, посмотрел ей прямо в глаза.

   - Твоя мать... Она, - он смотрел на покрасневшие, все в слезах глаза восьмилетнего ребенка и понимал, что не может вымолвить ни слова. - Она...

   - Я знаю, она умерла, - внезапно сказала Софа. - Мне некуда идти. Если только далеко-далеко, - ее глаза затуманились и поглядели куда-то вдаль. - Где никто не скажет, что я ведьма!

   - Такие люди всегда найдутся, - Рем глядел на Софу и не понимал, как за один удар сердца можно так повзрослеть. Одно мгновение назад перед ним стоял испуганный ребенок. Сейчас кто-то другой. Еще не взрослая девушка, но уже и не ребенок. - Да и не сможешь ты уйти. Отец сказывал до ближайшего села верст [15] десять.

   - Скажи, куда еще мне пойти? - в ее голосе засквозило безразличие к своей судьбе. - Если Господу угодно, чтобы я умерла...

   - Ну, а если нет?! - он тряхнул ее за плечи. - Я не тот юродивый пророк, что на той неделе ходил деревней, но знаю, ты забудешь о смерти матери. Жизнь продолжится!

   - Как ты можешь знать? - на мгновение в ее взгляде промелькнула надежда. Но тотчас исчезла. Будто резкий порыв ветра затушил так и не разгоревшуюся свечу.

   - Когда погибла моя мать... Ее убили, как сегодня твою, - Рем сжал кулаки, почувствовав, что вместе со словами вернулись, казалось, давно утерянные воспоминания. - Сожгли на костре, как проклятую ведьму! Мне тогда было чуть больше, чем тебе сейчас. Сегодня убили моего отца. У меня никого не осталось, ровно как у тебя.

   - Как же Аким?

   - Я убил карателя. Мне лучше держаться от него подальше. Хоть какой-то шанс, что братишка, - на мгновение лицо Рема посветлело. - Останется жив.

   - Ты пойдешь со мной?

   Он усмехнулся.

   - Далеко-далеко, где нет карателей, где сожгут тебя на костре или нет, не зависит от прихоти одного придурка?

   - Ты же сам сказал, такого не бывает.

   - Мы найдем, - на мгновение Рем коснулся щеки Софы, а потом одернул руку. - Я только закончу здесь кое-что.

   Рем сделал шаг в сторону, присел возле неподвижного тела Кривого, достал из кармана перочинный нож и...

   - Стой! - Софа схватила его за руку, пытаясь остановить. - Не надо!

   - Из-за его отца погиб мой отец, моя мать. Я никогда не узнаю, удалось ли спастись моему брату. Он и тебя едва не убил сегодня!

   - Не убил ведь! Ты не можешь винить его в том, что творил его отец. Кариму мне тоже было бы что сказать! - ее губы затряслись. - Но он не Карим! Это его сын, кривой, к тому же! Не трогай его!

   - Ты же слышала, что он говорил о мамке моей!

   - И что?! Если ты убьешь его, станешь таким же, как они все, убийцей!

   - Ты прослушала, я уже убийца!

   - Ты защищал отца, себя... Не знаю. Но ты не можешь убить беззащитного!

   - Это уж мне решать! - Рем оттолкнул Софу, поднял выпущенный было из руки нож и замахнулся. - Он все равно станет таким же, как Карим. Отправит на костер десятки.

   - Я младше, слабее, - вскрикнула Софа, привлекая внимание Рема. - Я не смогу тебя остановить. Но если ты... Если ты убьешь его, я уйду сама! Пусть я погибну... Я не смогу уйти с убийцей!

   - Одна жизнь вместо десятка? Выбор очевиден! - Рем занес над Кривым кинжал. Сжал так, что костяшки на руках побелели. Да так и замер с вот-вот готовым сорваться вниз лезвием. Туда, навстречу с податливым, мягким, совершенно беспомощным в эту минуту телом. Мальчишка скрипнул зубами, отбросил нож в сторону и поднялся. - Когда-нибудь ты пожалеешь, что я не прикончил его сегодня. Пошли, уже светает. Мы должны покинуть село до того, как взойдет солнце.

Глава 16. Великий инквизитор