Дьявол начинает и... (СИ) - Козак Елена - Страница 67

   - Проведешь вызов этой ночью.

   - Этой? - удивленно переспросил Геран. А затем вмиг отмел сумасшедший, на его взгляд, приказ. - Это невозможно.

   - Я мало дал вам? - в голосе старика прозвучала мгновенно вспыхнувшая ярость. - Не будь меня, весь ваш орден давно бы сожгли. Подожди-ка, а ведь с одним из ваших эта беда и впрямь приключилась. Помниться, он все никак не мог понять, кто сейчас дергает за веревочки. Может, и ты такой нетямущий?

   - Я знаю, что многим вам обязан, - Геран скрипнул зубами, уже десять раз успев пожалеть, что связался со стариком. - Но такие дела быстро не делаются.

   - Я ждал два года. Этого ли недостаточно?

   - Это долго. Но если сейчас начать пороть горячку, все усилия будут даром.

   - Ты еще учить меня вздумал, щенок?! - вспылил старик и до того крепко сжал руки в кулаки, что костяшки побелели. - У меня нет времени! Завтра-послезавтра здесь будет епископ.

   - Что с того? - не понял Геран. - Вы - его доверенное лицо. Он полагается на вас и не будет особо здесь рыскать. А когда он уберется...

   - Если он уберется до того, как обряд будет проведен, считай ты не жилец. Лично предам огню. Так что готовься. Сегодня...

   - Да не могу я провести обряд сегодня! - взорвался Геран, чувствуя, что его жизнь висит на волоске. Мало кому, из врагов Демитрия, удавалось выбираться живым из его цепких когтей. - Эта тварь не говорит, где ее ребенок!

   - Всего-то? - Демитрий скривился. - Я попрошу своих ребят ею заняться. С ними вмиг заговорит.

   - Вы ее не знаете, - сокрушенно вздохнул Геран. - Когда время поспокойнее, она сущий ребенок. Доверчива до жути, плачет чуть что. И почти ни на что не способна. Размазня какая-то, честное слово. Но, как беда приходит, сразу когти выпускает, как дикая кошка. Да и внутри будто стальной стержень чувствуется.

   - И не таких ломали, - отмахнулся Демитрий. - В былые времена, я бы и сам ее на "колыбель" [28]  посадил, а к ногам побольше груза подвесил. Ничего, дело-то не хитрое. Без меня справятся!

 ***

   Софа ела быстро, как дикое животное. Вгрызалась зубами в чуть прожаренное мясо, глотала соленную воду, облизывала тарелку, пытаясь вобрать самую маленькую крошку. Едва не съедала уже обглоданные кости.

   Увидела б ее сейчас бабушка, точно по рукам надавала бы. Это ж надо, все приличия забыть. Да только не было бабули. Никого не было. Только молчаливые тени и сновали по ту сторону железной решетки. Иной раз подходили и к ней, закрывая единственный лучик света, проникавший в этот сырой мешок.

   Съев всю еду до последней крошки, девушка отставила тарелку в сторону и, тяжело дыша, оперлась головой о стену. Вот уже дней пять у нее и маковой росинки во рту не было. Казалось, еще немного, и сдохнет. Но вот, смилостивились мучители... Или... Решили продлить пытки... Ведь где ее сынишка, как изверги ни допытывались, она не сказала!

   - Нет у меня ребенка никакого. Мертвеца родила. В лесу возле Кислиц и похоронила. Ногтями ему яму рыла. Земля уже промерзнуть к тому времени успела, так я чуть пальцев не лишилась...

   - Идите к Дьяволу! Ненавижу... Я...

   - Лгу! Жив он. Жив! Но вы до него не доберетесь! Никогда не...

   Внезапно на голову женщине упала капля воды, вырывая ее из воспоминаний. Затем еще одна. Софа не стала прятать голову. Той уже было все равно. Вся в синяках, кровоподтеках, с вырванными клоками волос и копошащимися жуками в тех, от которых мучители не успели ее избавить. Вместо этого она заговорила хриплым шепотом:

   - Я справлюсь. Буду сильной. Не скажу им. Ничего не скажу... Ради Митьки. Ради него!

   Неловко повернувшись, Софа задела кружку с водой и опрокинула ее на земляной пол. Вокруг было до того влажно, что вода не ушла под землю, а растеклась небольшой лужицей по поверхности. Софа хмыкнула и провела по воде пальцем, затем им же коснулась израненных губ, вытерла со щеки засохшую кровь. А затем, словно сумасшедшая, расхохоталась. Ударила кулаком по водяной глади, осипшим голосом крикнув:

   - Ненавижу!

   - Ненавижу! - вторило ей ее отражение. Водяная гладь колыхнулась, как если б Софа вновь ударила по ней. Зазвенела и, как лед, пошла трещинами.

   - А-а! - он неожиданности вскрикнула Софа, отскакивая от странной лужицы сторону. Но далеко не ушла. Цепь, приковавшая ее лодыжку к стене, натянулась до предела и потянула ее назад.

   Софа упала. Снова вскрикнула, услышав, как в ноге что-то хрустнуло. Попыталась обхватить лодыжку ладонями, но вновь закричала от боли и повалилась на землю. Тотчас попыталась подняться. Но лишь приподняла голову над полом, как встретилась глазами со своим отражением в луже. Странным оно было. Будто прежним, до пленения. Без синяков, кое-как замазанных ран, грязи на щеках и носу. Это была она... И не она одновременно.

   - Кто ты? - не подумав, спросила Софа.

   Но отражение услышало.

   - Я...

   Снова молчание. Молчание...

   А затем полный отчаянья крик. Яркая вспышка и резкий, как если б всколыхнулась земля под ногами, удар, который отбросил Софу в сторону. Цепь на ноге вновь натянулась до предела...

   И порвалась. Софа со всей силы впечаталась в землю.

   Кое-как приподняв голову, она посмотрела на лужицу и едва не закричала от ужаса. На месте воды сидела девушка, до боли похожая на нее саму...

   Со слов Виттории...

   Я, тяжело дыша, пыталась понять, что произошло. Но ни черта не получалось. Из своей квартиры я каким-то чудом переместилась... А куда собственно я попала? Как только глаза привыкли к темноте и начали различать окружающие предметы, я осмотрелась по сторонам, прислушалась и даже принюхалась. Итог не радовал. Я очутилась в непонятном грязном погребе, со стен которого то и дело капала вода. На темных неприятно пахнущих стенах прорастал мох. В углу, на расстоянии вытянутой руки, в земле копошились черви и мокрицы. Рядом с ними в стене висел крюк с остатками ржавой цепи.

   Внезапно послышался всхлип. Я вздрогнула и подскочила на ноги.

   - Кто здесь?

   Никто не ответил. Но я и без слов заметила существо, сидящее в противоположном от меня углу. Света было слишком мало, чтобы я могла хорошенько рассмотреть, с кем я столкнулась. Потому, еще немного повременив, я подошла ближе. Передо мной, спрятав голову за коленями, сидела незнакомая девушка.

   - Эй, - я осторожно коснулась ее ноги. - Что здесь происходит?

   Она не ответила. Только дернулась, когда я прикоснулась к ней. Чувствуя, что мое присутствие пугает незнакомку, я отошла от нее на шаг и вновь попыталась задать вопрос:

   - Где мы?

   Молчание. Только капающая с потолка вода и разбивала воцарившуюся тишину.

   - Ты что, глухая?! - на этот раз резко спросила я и снова попыталась дотронуться до нее.

   Но девушка оттолкнула меня и еще сильнее забилась в угол.

   - Ну, и черт с тобой! - махнула на нее рукой я и подошла к двери. Ударила по ней кулаком и крикнула. - Помогите!

   - Не надо, пожалуйста, - все же заговорила бабенка. - Только не зови их!

   - Почему?

   Она не ответила. А я разозлилась.

   - Выбирай, либо ты молчишь, а я кричу, пока кто-нибудь не откликнется. Либо ты мне все рассказываешь.

   Незнакомка молчала. Я раздраженно фыркнула:

   - Ну, как знаешь.

   А затем занесла руку для удара.

   - Подожди! - она все же опередила меня. - Спрашивай.

   - Где мы?

   - Недалеко от Пригорного.

   - Что за Пригорное? - не поняла я.

   - Село здешнее.

   - А как мы здесь оказались?

   - Меня муж схватил. Ребенка у меня отобрать хочет. А ты только что появилась. Откуда - знать не знаю.

   - То есть, если я не нужна похитителям, если они не знают даже, что я здесь, то, может, отпустят, - обрадовалась я.